Еврейский календарь

1909, 2 июня — (13 Сивана 5669) Родился Бенцион Нетаньяху - отец Йонатана и Биньямина Нетаньяху, сионист, соратник Жаботинского

1909, 6 июня — (17 Сивана 5669) Родился И. Берлин - английский учёный, философ, историк, дипломат. Блестяще окончил Оксфордский университет. В 1942-45 гг. работал 1-м секретарем британского посольства в США. Осенью 1945 года - 2-й секретарь британского посольства в СССР. Здесь он встречается с Б. Пастернаком и А. Ахматовой. Последняя встреча нашла отражение в творчестве Ахматовой, она также была убеждена, что последовавшие за тем на нее гонения были вызваны именно визитом Берлина. В последующие года Берлин помогал Черчиллю писать мемуары, получил от Пастернака первый вариант романа "Доктор Живаго" и помог с его публикацией в Англии, с ним консультировался президент Кеннеди во время Карибского кризиса. На Заслуги Берлина были отмечены возведением его в рыцарское достоинство. Умер 5.11.1997.

1909, 10 сентября — (24 Элула 5669) Близ Ковно в Литве родилась Юдит Каплан - известный в США музыковед и композитор. Была первой в церемонии бат-мицва

Церемония «бат-мицва» — недавнего происхождения. Впервые ее совершила Юдит Каплан (дочь Мордехая Каплана, основателя движения реконструкции). «Бат-мицва» стала обычной церемонией у реформистов, реконструкционистов и консерваторов, их девочки совершают в синагоге те же церемонии, что и мальчики. Часто «бат-мицва» и празднуется в 13 лет, хотя по еврейскому праву девушки становятся «бат-мицва» уже в 12. Ортодоксы почти не приняли эту церемонию потому, что не позволяют женщинам участвовать в синагогальной службе. Тем не менее постепенно соответствующие празднования становятся популярными и среди ортодоксов. Часто семья устраивает в честь дочери обед, на котором она произносит двар Тора (обычно толкование некоторых понятий или событий того или иного отрывка Торы), чем и знаменует свое совершеннолетие.

  18 марта 1922 года.

1909, 22 октября — (7 Хешвана 5670) Родился Натан Гурдус

1 января 1932 года газета «ХаАрец» опубликовала статью своего берлинского корреспондента, главным героем которой стал молодой еврейский журналист Натан Гурдус. «Он стал первопроходцем в области сбора последних новостей из разных стран мира, его рабочим инструментом является новый коротковолновый радиоприемник».

«двадцатилетний журналист сидит в доме известного издателя Авраама Штибеля на Курфюрстендам и слушает выпуски новостей из разных стран мира. Ему помогает в этом знание нескольких языков. Гурдус обладает необыкновенной усидчивостью и покидает свою комнату лишь изредка. Все самые интересные сообщения он тут же передает в редакцию одной из выходящих в Берлине газет. Благодаря этому она опережает всех своих конкурентов в публикации последних новостей из-за рубежа».

В 1939 году Натан Гурдус смог бежать из оккупированной нацистами Польши и добраться до Палестины. Он сразу же начал сотрудничать с местными газетами, а с 1944 года и до самой смерти в 1972 году был корреспондентом агентства «Франс Пресс». Дело Натана унаследовал его сын – Микки Гурдус, имя которого знакомо каждому, кто слышал выпуски новостей радиостанции «Голос Израиля» в течение последних 50 лет. Микки Гурдус, как и его отец, занимался сбором последних известий со всего мира, слушая радиотрансляции из разных стран. Он скончался в 2017 году источник

  - журналист. Умер 23 октября 1972 года

1910, 3 февраля — (24 Швата 5670) Родился Моше Черняк - писатель, журналист и преподаватель шахмат Израиля, международный мастер. Был первым профессиональным шахматистом Израиля, умер 31 августа 1984 года.

1910, 15 февраля — (6 Адар-1 5670) Родилась Ирена Сендлер

Отец был врачом, заведуюшим больницей в г. Otwock. Дочь врача, она выросла в доме, который был открыт для любого больного или нуждаюшегося, неважно, еврея или нееврея. В лекционных залах Варшавского Университета, где она изучала польский язык и литературу, она и её единомышленники намеренно садились на скамьях "для евреев". В последних рядах Университетских аудиторий на территории Польши устанавливались в 1930-е годы особые скамьи для еврейских студентов (так называемое гетто лавкове - "скамеечное гетто"). В знак протеста они и поддерживавшие их неевреи слушали лекции стоя. (http://www.eleven.co.il/article/15411). Когда националистические головорезы избили её еврейскую подругу, Ирина перечеркнула в своём студенческом билете печать, которая позволяла ей сидеть на "арийских" местах. За это её отстранили от учёбы на три года. Такой была Ирина Сендлер к моменту, когда немцы вторглись в Польшу. Ирина была, как говорила её подруга, "самоотверженна по рождению, а не образованию". Конечно, она унаследовала хорошие гены. Её прадед, - польский повстанец, - был сослан в Сибирь. Ее отец умер от сыпного тифа в 1917, заразившись от пациентов, которых его коллеги избегали лечить Ирина впоминала напутственные слова отца, сказанные незадолго до смерти: "Если ты видишь, что кто-нибудь тонет, нужно броситься в воду спасать, даже если не умеешь плавать" Многие из них были евреями. Еврейская община предложила денежную помощь её испытывавшей нужду матери для оплаты образования молодой Ирины. Подобно многим социально активным людям в довоенной Польше, госпожа Сендлер была членом Социалистической партии, но не, как она говорила, из-за её политической убеждений, а потому что это соединяло для неё сострадание с неприятием власти денег. Её мотивация не была связана ни с какой религией. Она действовала "z potrzeby serca", по зову сердца. При нацистской оккупации евреев Варшавы загнали как стадо скота в городское гетто: четыре квадратных километра для приблизительно 400,000 душ. По другим данным (http://www.telegraph.co.uk/news/obituaries/1950450/Irena-Sendler.html), в Варшавском гетто на территории 1 кв. км было около 500.000 душ Даже до того, как началась депортация в лагерь смерти Треблинка, смерть в гетто была повседневным бытом. Но, парадоксально, была и щёлочка для надежды. Нищета и полуголодное существование (ежемесячная порция хлеба была два килограмма) создавали идеальные условия для распространения сыпного тифа, эпидемия которого могла бы угрожать и немцам. Поэтому нацисты разрешили госпоже Сендлер и ее коллегам доступ в плотно охраняемое гетто для распределения лекарства и прививок. И эта "законная" лазейка позволила ей спасти больше евреев, чем намного более известному Оскару Шиндлеру. Это было исключительно опасно. Некоторых детей удавалось тайком вывезти в грузовиках, или в трамваях, возвращавшихся порожняком на базу. Чаще, однако, их проводили тайными проходами от зданий в окружавших гетто. Детям давали новые имена и размещали в женских монастырях, в сочувствующих семьях, приютах и больницах. Тех, кто был постарше и умел говорить, учили креститься, так, чтобы не вызвать подозрений в их еврейском происхождении. Младенцам вводили седативные средства, чтобы они не плакали, когда их тайком выносили. Водитель медицинского фургона научил свою собаку громко лаять, чтобы заглушить плач младенцев, которых он вывозил под дном фургона. Операции были рассчитаны по секундам. Один спасённый мальчик рассказывал, как он, затаившись, ждал за углом дома, пока пройдёт немецкий патруль, потом досчитал до 30, стремглав выбежал на улицу к канализационному люку, который к этому моменту открыли снизу. Он туда спрыгнул и по канализационным трубам был выведен за пределы гутто. Ирина Сендлер вспоминала потом, перед каким страшым выбором ей приходилось ставить еврейских матерей, которым она предлагала расстаться и их детьми. Они спрашивали, можете ли она гарантировать, что дети будут спасены. Конечно, ни о каких гарантиях не могло быть и речи, не говоря уже о том, что каждый раз не было никакой уверенности, что вообще удастся выйти из гетто. Единственно, в чём была уверенность, так в том, что, если бы дети остались, они бы почти наверняка погибли. Ирина говорила: "Я была свидетельницей ужасных сцен, когда, например, отец соглашался расстаться с ребёнком, а мать нет. На следующий день часто оказывалось, что эту семью уже отправили в концлагерь." Она рассчитала, что, чтобы спасти одного ребёнка, требовалось 12 человек вне гетто, работающих в условиях полной конспирации: водителей транспортных средств, священников, выдававших поддельные свидетельства о крещении, служащих достававших продовольственные карточки, но больше всего это были семьи или религиозные приходы, которые могли бы приютить беглецов. А наказанием за помошь евреям был немедленный расстрел. Но что было еще более опасным, госпожа Сендлер старалась сохранить записи о происхождении детей, чтобы помочь им впоследствии отыскать свои семьи. Эти записи были сделаны на кусочках папиросной бумаги, пачку которых она держала на своём ночном столике, чтобы можно было быстро вышвырнуть их из окна, если бы нагрянуло гестапо. Нацисты действительно арестовали её. 11 гестаповцев нагрянули ночью 20 октября 1943. Ирина хотела быросить пачку из окна, но увидела, что дом был окружен немцами. Тогда она бросила пачку своей подруге и сама пошла открывать дверь, а та спрятала пачку подмышкой. Её не взяли. Но они, не сумев найти документы, которые прятала её подруга, сочли, что она была маленьким винтиком, а не центральной фигурой сети спасения из гетто. Под пытками она не раскрыла ничего Нацисты держали Ирину в тюрьме Pawiak, где её пытали, а потом приговорили к расстрелу. Рассказывают также, что в тюрьме она работала в тюремной прачечной и вместе с другими такими же заключёнными портила бельё немецких солдат, которое они стирала. Когда немцы обнаружили это, они выстроили женщин и расстреляли каждую вторую. Благодаря удачной взятке, Ирина Сендлер избежала казни, Её имя внесли в список казнённых; официально она была казнена в начале 1944 г. а все записи о происхождении детей были зарыты в землю в стеклянных банках. под яблоней в саду её подруги Остальную часть войны Госпожа Сендлер жила под вымышленным именем. Она никогда не хотела, чтобы её называли героиней. Она говорила: " Я до сих пор чувствую себя виноватой, что я не сделала больше,". Кроме того, она чувствовала, что она была плохой дочерью, рискуя жизнью своей пожилой матери, плохой женой и матерью. Ее дочери, чтобы иметь возможность видеться с ней, однажды пришлось даже просить, чтобы ей позволили посещать детский дом, где ее мать работала после войны. В послевоенной Польше ей также угрожал смертный приговор за то, что ее работа во время войны финансировалась польским Правительством в изгнании в Лондоне, и она помогала солдатам Армии Краёвой. И Польское Правительство в Лондоне, и Армия Краёва считались тогда империалистическими марионетками. В 1948, когда она была на последнем месяце беременности, допросы в тайной полиции стоили ей жизни её второго ребенка, рожденного преждевременно. Она была "невыездной", и ее детям не разрешали поступать на дневное отделение Университета. "Какие грехи Вы приняли на вашу совесть, Мама?"- спрашивала её дочь. В СССР и, повидимому, в странах "народной демократии", к которым принадлежала и послевоенная Польша, для поездки за границу требовалось разрешение "органов безопасности" при правящих коммунистических партиях. И там существовали чёрные списки тех, кому выезд не разрешался независимо ни от чего. Это были "невыездные" Только в 1983, польские власти сняли с неё запрет на выезд и разрешили приехать в Иерусалим, где в её честь в Мемориальном Музее катастрофы европейского еврейства в Иерусалиме "Yad Vashem" было посажено дерево В 1965 Ирина Сендлер стала одной из первых Праведников Мира, в честь которых в музее Холокоста "Yad Vashem" садят деревья. Там много деревьев в память Праведников из Польши и других стран Европы Многие из детей, которых она спасла, уже будучи пожилыми людьими, старались отыскать её, чтобы отблагодарить, а также чтобы попробовать узнать что-нибудь о своих утерянных родителях Последние годы Ирена Сендлер провела в Варшавском частном санатории Елизаветы Фиковской (Elzbieta Ficowska), которую она спасла из гетто в июле 1942 в возрасте в шести месяцев: её вынесли в ящике с плотницкими инструментами. В 2003 она получила самую высшую награду Польши, орден Белого Орла. По правде сказать, немного поздновато. Мир вообще мало знал о Ирине Сендлер до 1999 г., когда несколько девочек-подростков из штата Канзас в США, Лиз Камберс (Elizabeth Cambers), Меган Стюарт (Megan Stewart), Сабрина Кунс (Sabrina Coons) и Джанис Андервуд (Janice Underwood) открыли её историю. Эти школьницы из сельской средней школы г. Uniontown искали тему для Национального проекта "Дня Истории". Их преподаватель, Норман Конрад (Norman Conrad) дал им почитать заметку под названием "Другой Шиндлер" об Ирене Сендлер из газеты "US news and world report" за 1994. И девочки решили исследовать ее жизнь. Интернет-поиск открыл только один вебсайт, который упоминал Ирину Сендлер. (Теперь есть более чем 300 000) С помощью своего преподавателя они начали восстанавливать историю этого забытого героя Холокоста. Девочки думали, что Ирена Сендлер умерла и искали, где она похоронена. К своему удивлению и восторгу, они обнаружили, что она жива и живёт с родственниками в маленькой квартире в Варшаве. Они написали пьесу о ней по названием "Жизнь в банке" , которая с тех пор игралась больше 200 раз в США, Канаде и Польше. В мае 2001 они впервые посетили Ирину в Варшаве и через международную прессу. сделали историю Ирины известной миру. С тех пор они посетили Ирину в Варшаве ещё четыре раза. Последний раз 3 мая 2008 за 9 дней до её кончины. Ирена была номинирована на Нобелевскую премию Мира, но получил её, как известно, Эл Гор и вот за что: "за его усилия по собиранию и широкому распространению максимального количества знаний об изменениях климата, вызванных деятельностью людей, и закладке оснований для мер противодействия таким изменениям". Источник

  (Ирена Кржановска) - Праведник мира, она спасла из Варшавского гетто 2,5 тысячи детей. Умерла в Варшаве 12 мая 2009 года.

1910, 8 июня — (1 Сивана 5670) Поселковый совет Тель-Авива принял решение о строительстве первого киоска на углу улиц Герцель и Народной (сегодня бульвар Ротшильда).

1910, 27 июня — (20 Сивана 5670) В Берлине началась ежегодная конференция Всемирного сионистского движения. Примирение российских и западноевропейских сионистов. По уставу Всемирной сионисткой организации конференции устраивались в промежутке между конгрессами. В них участвовали представители сионистских организаций отдельных стран и главы сионистских учреждений (национального фонда и Колониального банка)

1910, 30 октября — (27 Тишри 5671) Погром в еврейском квартале иранского города Шираз. Причина - кровавый навет. 12 евреев были убиты и около 50 ранены, у 6000 уничтожено все имущество

1910, 11 ноября — (9 Хешвана 5671) Родился профессор И. Эльдад - один из идеологов сионизма и лидеров движения ЛЕХИ.

1910, 11 ноября — (9 Хешвана 5671) Ишув. Образован мошав Мерхавия.

Сто лет назад, на заре ХХ века, в заповедном уголке Изреэльской долины существовал небольшой арабский поселок Фула, построенный на том месте, где в древности высилась крепость крестоносцев La Feve. Переговоры о покупке еврейскими поселенцами 120.000 дунамов земли в долине Изреэли начались еще в 1891 году. Иегошуа Ханкин, представлявший барона Ротшильда, пытался склонить к сделке жившего в Бейруте эфенди Сурсука - одного из богатейших людей нашего региона. Путь к сердцу Сурсука оказался тернистым. В конце концов поселенцам удалось получить разрешение на покупку участка площадью 9.500 дунамов, а не 120 тысяч, как того хотелось Ханкину и барону Ротшильду. Финансировал покупку банк «Англо-Палестина», а также Элиягу Блюменфельд - состоятельный российский еврей. Он-то и стал одним из основателей мошава Мерхавия. Оставалась самая малость - найти людей, готовых обжить купленный с такими трудностями участок. Еще во время переговоров с эфенди и турецкими чиновниками Иегошуа Ханкин попросил организацию «Ха-Шомер» собрать группу рабочих, которые будут направлены на год в долину Изреэли, чтобы заселить землю, а заодно обеспечить ее охрану. Предложение Ханкина было встречено в штыки: до сих пор члены «Ха-Шомера» занимались только охраной выкупленных у арабов участков, обрабатывали же землю другие люди. В Хайфе, на квартире Мани и Исраэля Шохата, состоялось собрание. После долгих препирательств Ханкину удалось уговорить членов правления «Ха-Шомера»: был составлен список тех, кто обоснуется в деревне Фула. 11 ноября 1910 года Ханкин в сопровождении членов «Ха-Шомера» Натана Брегмана (Цви Надава), Игаля Элиовича и Ицхака Надава поднялись на холм Фула, чтобы самим фактом своего присутствия заявить: «Отныне мы здесь хозяева». Несколько дней спустя к охранникам присоединилось еще пятеро товарищей. Они занялись подготовкой к приему репатриантов. Точь-в-точь как в наши времена! С одним лишь отличием: в те далекие годы евреи могли только мечтать о возрождении своего национального государства... Обосноваться на месте оказалось непростой задачей: первопоселенцы столкнулись с рэкетирами в лице семейства Абдул Хади из Дженина и шейха Саида из соседней деревушки Сулам. Сообразительные арабы предложили сделку: деньги в обмен на «крышу». А по-простому - протекцию. Евреи «тактично» отказались. Тогда в наступление пошел турецкий подданный – чиновник из Назарета. В отличие от местных арабов, обличенный властью имперский служащий средств не выбирал: то и дело на холм Фула являлись полицейские, якобы желавшие удостовериться, что новые хозяева не нарушают закона. То был настоящий шантаж. Чудом Ханкину удалось погасить пожар, грозивший перерасти в настоящую интифаду. Когда на место прибыли первые поселенцы и выкопали колодец, из которого надеялись с помощью водокачки черпать питьевую воду, выяснилось, что вместо воды земля долины Изреэль выдает грязное месиво. Пришлось откупить у арабов водокачку. К 1911 году на земле Эрец-Исраэль был создан первый кооператив, который возглавил Шломо Дик. В отличие от коллективистов-кибуцников, его члены руководствовались принципом: «От каждого - по способностям, каждому - по труду». В считанные годы земля, казавшаяся арабам абсолютно мертвой, стала плодоносить. Первая мировая война не обошла стороной Мерхавию: часть повозок членов кооператива и продовольствие были конфискованы для нужд армии. За войной последовала засуха, нашествие крыс, эпидемии холеры и малярии... Крайне трудным выдался переходный период, предшествовавший установлению в Палестине режима британского мандата. Членам кооператива пришлось принять большую группу евреев, изгнанных в результате погромов из Яффо. Лучом света в темном царстве стали летчики баварского полка № 304. Прямо на полях кооператива был построен аэродром для 12 двукрылых самолетов-разведчиков «Ромплер», с борта которых велись фотосъемки вражеских объектов. Снимки, сделанные баварскими летчиками, впоследствии вошли в историю: то были первые фотографии всей территории Эрец-Исраэль! Бравые баварские пилоты искренне симпатизировали молодым красавицам-еврейкам. До сих пор по Мерхавии ходят легенды о любви – взаимной и неразделенной. Впрочем, легенды легендами, а от фактов не уйдешь. Стоило лишь соседям-арабам попытаться напасть на еврейское поселение, как немецкие самолеты взмыли и воздух. Больше в Мерхавию арабы не совались. По крайней мере, до тех пор, пока там действовал военный аэродром. Проблемы перед кооперативом встали уже по окончании Первой мировой войны, когда дело дошло до справедливой оплаты труда. За 7 лет существования хозяйства чисто капиталистического толка люди успели пережениться, в молодых семьях появились дети, из-за чего многим женщинам пришлось оставить работу. Тем временем, если зарплата больших начальников составляла 300 франков в месяц, то заработок рядового рабочего не превышал 30-ти франков. Выжить семье на такие деньги было невозможно. Среди обитателей Мерхавии произошло расслоение: холостяки стали богачами, а семейные – бедняками. Вместе с Первой мировой войной завершилась и короткая история первого в Эрец-Исраэль кооператива: в 1918 году он распался и был ликвидирован. Людьми владело крайне тяжелое чувство: разочарование, граничившее с отчаянием. До 1929 года жизнь в этом райском уголке едва теплилась: часть людей перебралась в город, другие примкнули к окрестным киббуцам. В 1929 году в Мерхавию прибыла группа членов организации «Ха-Шомер ха-Цаир» и основала на месте бывшего кооператива типовой социалистический киббуц. В 90-е годы ХХ века, когда стало ясно, что киббуцная идея потерпела полное фиаско, силами новых репатриантов из бывшего Советского Союза был восстановлен амбар, в котором первые отечественные кооператоры хранили зерно. В настоящее время бывший амбар является популярным туристическим центром, посетители которого могут не только узнать волнующую историю первого в стране кооператива, но и посмотреть кинофильм. Эту историю мне поведал ветеран киббуца Мерхавия Дорон Мор - человек, наделенный не только энциклопедическими знаниями истории, но и искрометным чувством юмора. А вообще Изреэльская долина описаниям не поддается: перед ее красотой и величием бессильны все слова. Даже сейчас, на пороге затяжного 9-месячного лета, когда трава уже выгорела и поблекла, палитра этого заповедного уголка остается столь яркой и разнообразной, что впору пригласить сюда всех левитанов Земного шара. Пусть окунут свои кисти в звонкую тишину полей, в голубизну бездонного неба, в золото колосьев и пишут, пишут, пишут... Леонид Келлер.

1910, 11 ноября — (9 Хешвана 5671) Михаил Яковлевич Дизенгоф избран главой городского совета Тель-Авива.

1910, 19 ноября — (17 Хешвана 5671) В городе Сморгонь, Виленской губернии в семье Мордехая-Авраама и Блюмы Розенсон родился Давид Разиэль

В 1914 году семья переезжает в Эрец-Исраэль, но в конце года турки изгоняют их как "российских подданых". Они живут в Киевской области, а затем в Саратове. В 1922 году семья возвращается в Эрец-Исраэль, изменив еще до приезда фамилию на Разиэль, и поселяется в Тель-Авиве. Давид поступает учиться в школу "Тахкемони", где преподает его отец. В 1928 году он оканчивает школу и решает учиться в йешиве. Сначала он думает поступить в недавно переехавшую в Хеврон йешиву Слободка, но в конце поступает в йешиву "Мерказ hа-Рав", во главе которой стоял раввин Авраам-Ицхак Кук. После страшных погромов 1929 года Давид Разиэль вступает в организацию Хагана ("Оборона"), и вскоре становится там инструктором. Кроме того он начинает изучать философию и математику в Еврейском университете в Иерусалиме, и присоединяется к близкой по взглядам к сторонникам Жаботинского студенческой организации "Брит Эль-Аль". В 1931 году группа командиров Иерусалимского округа Хаганы, недовольная монополией социалистов и недостаточным военным характером организации, выходит из нее и создает организацию Национальная оборона, командиром которой становится Авраам Теоми. Разиэль присоединяется к этой организации вместе со многими другими сторонниками Жаботинского. В университете он знакомится с Авраамом Штерном (Яиром), и они становятся близкими друзьями. Разиэль мобилизует его и других студентов в новую организацию. Они предлагают ей новое название - Национальная военная организация ( на иврите Иргун Цваи Леуми - сокр. ЭЦЕЛь), и командир организации Теоми утверждает его. Разиэль и Штерн выпускают книгу "Экдах" ("Пистолет"), которая подробно описывала устройство и использование этого оружия и проводят обучение бойцов организации. В апреле 1936 года начинается новая волна арабских бесчинств. Реакция социалистического руководства ишува - политика "сдержанности" (на иврите "hавлага"), которая заключалась в нереагировании на арабские нападения. В мае 1937 года Теоми возвращается в Хагану, а в ЭЦЕЛе в основном, остаются сторонники Жаботинского, который становится верховным командующим организации. Непосредственным командиром ЭЦЕЛя он назначает Роберта Биткера, а через несколько месяцев его сменяет на посту Моше Розенберг. Разиэль становится командиром Иерусалимского округа организации. 9 ноября 1937 года арабы зверcки убивают пятерых евреев, вышедших на работу в поле. Ишув потрясен убийством, но официальная позиция остается неизменной - "сдержанность". Жаботинский вначале принимает официальную линию, но видя продолжение арабского террора, после долгих колебаний, он дает бойцам ЭЦЕЛя право нанести ответный удар. В воскресенье, 14 ноября 1937 года, в 6.50 утра по арабам был открыт огонь в иерусалимском районе Рехавия. Один араб был убит, один - ранен, и еще одному удалось скрыться. Через 25 минут, был убит араб в районе Бейт-Исраэль, а в 9.30 бойцы ЭЦЕЛя обстреляли из автоматов арабский автобус в районе Ромемма. Трое арабов были убиты. Давид Разиэль лично руководил операцией. Арабы были ошеломлены, такого они еще не видели. Из-за того, что британские власти арестовали многих активистов ревизионистского движения, Розенберг объявил о прекращении ответных акций, что вызвало гнев среди командиров ЭЦЕЛя, особенно у Авраама Штерна. После казни Шломо Бен-Йосефа, вышедшего самовольно совершать акцию возмездия и казненного англичанами, в ЭЦЕЛе началось открытое недовольство прекращением акций возмездия. Жаботинский сместил Розенберга и назначил вместо него Разиэля. Под его командованием акции возобновились. 6 июля 1938 года переодетый арабским грузчиком боец ЭЦЕЛя подложил бомбы в молочных бидонах на арабский рынок Хайфы. Один за другим прогремели несколько взрывов. Двадцать один араб был убит, и пятьдесят два были ранены. В тот же день двое арабов были убиты при взрыве бомбы на рынке в Старом городе в Иерусалиме, а еще через два дня три араба были убиты и девятнадцать ранены в результате взрыва на автобусной остановке у Яфских ворот. 15 июля, в пятницу, бомба с часовым механизмом была взорвана на рынке в Старом городе, в то время, когда арабы возвращались из мечетей. Десять из них было убито, и более тридцати - ранено. Через десять дней прогремел взрыв на арабском рынке в Хайфе. Переодетый арабским грузчиком боец ЭЦЕЛя спрятал взрывное устройство в бочке с солеными огурцами. По официальным источникам как минимум тридцать пять арабов были убиты и семьдесят - ранены. Однако, по данным ЭЦЕЛя, погибли не менее семидесяти арабов! 26 августа бойцы тель-авивского отделения ЭЦЕЛя взорвали бомбу на рынке в Яффо; по официальным источникам двадцать четыре араба были убиты, и тридцать пять - ранены. Хотя и здесь, по-видимому, пострадавших было намного больше. Власти ишува осудили акции ЭЦЕЛя, называя их "провокациями". В апреле 1938 года Давид Разиэль женился на Шошане Шпицер, с которой он был знаком уже шесть лет. Наряду с подготовкой и осуществлением боевых операций, ЭЦЕЛь принимал участие и в организованных ревизионистами акциях по доставке нелегальных иммигрантов в Эрец-Исраэль. В начале 1939 года Разиэль выехал в Париж на встречу с Жаботинским, который назначает его также и главой БЕЙТАРа в Эрец-Исраэль. 17 мая 1939 года, после публикации англичанами Белой книги, в которой Великобритания обещала способствовать созданию в течение десяти лет на территории Эрец-Исраюль государства, большинство населения которого будет арабским, ЭЦЕЛь организовал бурную демонстрацию в Тель-Авиве. 19 мая англичанам удалось арестовать Разиэля, который был на пути в Хайфу на встречу с Пинхасом Ротенбергом, одним из руководителем ишува. Восемнадцать дней Разиэля держали в карцере, а затем его отправили в тюрьму в Акко, а оттуда - в Црифин. 2 июня 1939 года бойцы ЭЦЕЛя нанесли удар по телефонным линиям, которыми пользовались британские власти. В тот же день пять арабов погибли и многие из них были ранены при взрыве бомбы возле стен Старого города. Через несколько дней был нанесен удар по телефонным линиям в Тель-Авиве, а в Иерусалиме были повреждены четыре трансформаторных будки, и город покрыла темнота. Кроме того был убит известный своей жестокостью и издевательствами над подпольщиками английский сыщик Кирнс. В диаспоре Жаботинский вынашивал план восстания против английской власти. Предполагалось, что ЭЦЕЛь захватит на 24 часа правительственные учреждения в Эрец-Исраэль, а тем временем прибудет корабль с вооруженными евреями во главе с Жаботинским, который объявит о создании временного правительства. Но планам не было суждено осуществиться. 31 августа 1939 года англичане арестовали командование ЭЦЕЛя, которое собралось на обсуждение этого плана в Тель-Авиве. А 1 сентября Гитлер напал на Польшу и началась Вторая мировая война. После начала войны, Разиэль, объявил о прекращении акций организации и предложил англичанам содействие в войне с нацистской Германией. В октябре 1939 года Разиэль был освобожден. Он требовал освобождения и других командиров ЭЦЕЛя, но англичане не торопились с этим. Сами командиры были недовольны его решением прекратить акции организации и тем, что сам Разиэль освобожден, а они продолжают оставаться в заключении, и обвиняли его в предательстве. Они были освобождены только 18 июня 1940 года. На другой день после их освобождения Разиэль, глубоко оскорбленный их отношением к себе, объявил об отставке. Командиры ЭЦЕЛя выбрали вместо него Авраама Штерна. Жаботинский послал телеграмму, в которой заново назначил Разиэля командиром, и требовал от Яира подчиниться его приказу. Яир посылает ответное письмо, но оно не доходит до адресата, так как 4 августа 1940 года Жаботинский умирает. Штерн и его сторонники настаивали на прекращении зависимости ЭЦЕЛя от ревизионистской партии, и требовали продолжать войну с Британией, и во время ее войны с Германией. Разиэль считал главным врагом еврейского народа гитлеровскую Германию, а Штерн видел врага в Англии, которая поработила еврейский народ в Эрец-Исраэль и не дает евреям спастись на своей Родине от Гитлера. Раскол становится неизбежным. Штерн со своими сторонниками выходит из ЭЦЕЛЯ и создает свою организацию, которая вначале называлась Национальная военная организация Израиля, а затем ее название было изменено на "Лохамей Херут Исраэль" ("Борцы за свободу Израиля"), сокращенно - ЛЕХИ. Они продолжили борьбу с англичанами. А ЭЦЕЛь во главе с Разиэлем начал сотрудничать с англичанами в войне с Германией. В середине 1941 года положение англичан было тяжелым на всех фронтах. Кроме всего прочего в Ираке вспыхнул пронацистский мятеж Рашида Али. Мятежники захватили англичан в заложники и осадили аэропорт в Хабании. Английская разведка обратилась к ЭЦЕЛю с просьбой провести операцию по взрыву предназначенных для немецкой авиации складов горючего. Разиэль согласился и решил возглавить диверсионную группу. Кроме него в нее вошли Яаков Меридор, Яаков Сика-Аарони и Яаков Тарази. 17 мая 1941 года они вышли в путь с военного аэропорта в Тель-Нофе, и через несколько часов были в Хабании. Там им объяснили, что взрыв складов горючего откладывается и попросили заняться разведывательной деятельностью. Разиэль поставил себе еще одну цель - захватить находящегося в Ираке иерусалимского муфтия Хадж-Эмина аль-Хусейни, инициатора арабских погромов против евреев в двадцатых-тридцатых годах, который ко всему прочему сотрудничал с нацистами. Разиэль отдал приказ Меридору и Яакову Сика-Аарони переправится через реку для сбора информации, а сам с Тарази и английским офицером ехал в машине. Неожиданно появился немецкий самолет, который сбросил на них бомбу. Разиэль и английский офицер погибли. источник

  - командир организации ЭЦЕЛ. Погиб 17 (или 20) мая 1941 года.

1910, 21 ноября — (19 Хешвана 5671) Зарегистрирована организация еврейских врачей Вильно, которая позднее была названа «еврейский врачебный кружок». Власти название не хотели утверждать, но фактически в этом обществе были только евреи, кроме русского врача Краинского. 20 апреля 1920 года объединение еврейских врачей Вильно было преобразовано в Союз и получило название на польском языке “Zwiazek lekarzy Izraelitow”, а позже “Zwiazek lekarzy Zydow”. В 1921 году Союз объединял 64 врача.

1910, 29 ноября — (27 Хешвана 5671) Родился Иосиф Давидович Амусин – выдающийся советский историк древнего Ближнего Востока, автор книг «Находки у Мертвого моря», «Рукописи Мертвого моря», «Кумранская община». Судьба его – редчайший случай, когда советский учёный-историк, при том, что со второй половины 50-х годов прошлого века открыто занимался почти исключительно еврейской темой, не только пользовался авторитетом и уважением в научном мире, но и приобрёл широчайшую популярность у читающей публики.

1911, 4 февраля — (6 Швата 5671) В Чикаго увидел свет первый номер еврейской еженедельной газеты на идиш The Jewish Sentinel ("Еврейский страж"). Выходила по четвергам. Основана Луи Берлином и Авраамом Л. Вебером. Берлин был первым редактором. Последний выпуск газеты - 26 декабря 1996 года

1911, 23 февраля — (25 Швата 5671) В арабской засаде погиб один из основателей организации Бар-Гиора Иезекииль Nissanov (род. 1886).

1911, 20 марта — (20 Адар-1 5671) В Киеве обнаружен труп 13-летнего А. Ющинского, в его смерти обвинили еврея, начало знаменитого "дела Бейлиса", очередной Кровавый навет.

1911, 23 сентября — (1 Тишри 5762) Шоа. Родился Яаков Грояновский. Он работал в зондеркоманде в лагере смерти Хелмно. В начале 1942 года ему удалось сбежать — он добрался до Варшавского гетто, где подробно рассказал об увиденном Хершу Вассеру (Hersh Wasser), члену организации «Онег Шабат» (см. 2 ноября 1900 года). Грожановский сказал следующее: «Нам не пришлось долго ждать приезда следующего грузовика с новыми жертвами. У него была специальная конструкция. Он был похож на обычный большой грузовик серого цвета с двумя герметично закрытыми задними дверями. Внутренние стены были из стали. Сидений не было. На полу была деревянная решетка — как в общественных банях — с соломенными матами сверху. В перегородке между кабиной водителя и задним отсеком были два глазка — с помощью фонарика через них можно было проверить, мертвы ли жертвы. Под деревянной решеткой были две трубы около 15 см толщиной, которые шли в кабину. В них были небольшие отверстия, из которых выходил газ… Таких фургонов было два». Грожановский бежал из Варшавского гетто в Замосць (также в гетто). По-видимому, оттуда его повторно депортировали в Белжец, где он 11 апреля 1942 года был убит

1911, 24 октября — (2 Хешвана 5672) Родился А. Райкин - артист

1911, 6 ноября — (15 Хешвана 5672) Ишув. К охране селения Реховот и его сельхозугодий приступила еврейская организация Хашомер.В ней участвовали 5 конных и 15 пеших сторожей. Каждую ночь они охраняли виноградники и плантации цитрусовых. Услуга Хашомера стоила селению на 7 тысяч франков в год дороже, чем та же - арабов. Однако грабежи прекратились. Хашомер - предтеча Хаганы.

1912, 29 апреля — (12 Ияра 5662) В Данциге (ныне Гданьск, Польша) в семье доктора Исаака Ландау и Бетти Эйзенштадт родился Моше Ландой. Его отец был одним из лидеров еврейской общины города. В 1933 году Моше с отличием юридическую школу Лондонского университета и репатриировался в подмандатную Палестину, где вначале занимался частной адвокатской практикой, а затем стал судьей. В 1980 году он был избран председателем Верховного суда. Мировую известность Моше Ландой получил в 1961 году благодаря процессу над нацистским преступником Адольфом Эйхманом, где выступал председателем трибунала. Именно он огласил смертный приговор убийце миллионов евреев. Помимо этого судья Ландой возглавлял одноименную комиссию (в русском звучании - комиссию Ландау), которая была созвана в 1987 году для расследования действий ШАБАКа во время первой интифады. Он также в разные годы был членом Международного суда ООН, председателем трибунала Всемирного сионистского конгресса, главой комиссии по присвоению звания Праведник народов мира в мемориале "Яд Вашем".

1912, 27 мая — (11 Сивана 5672) В Катовицах основана Агуддат Исраэль - еврейское религиозное движение, объединенное затем в политическую партию, целью которой является стремление сохранить устои еврейской религии и традиции, еврейского общества на основе Галахи. В учредительной конференции принимали участие около 300 делегатов. Большую роль в ее работе сыграли представители неоортодоксальных групп из разных городов Германии. Среди них были делегаты 10-го Сионистского конгресса (1911), вышедшие из состава Сионистской организации после того, как конгресс высказался за активное участие сионистов в культурной работе. В создании Агуддат Исраэль, кроме германских неоортодоксов, участвовали венгерские ортодоксы и ортодоксы из польско-литовских губерний Российской империи.

1912, 10 июня — (25 Сивана 5672) В Харбине создано общество содействия харбинским евреям по переселению их в Палестину. Недавно приехавший с Урала в Харбин А. Н. Кауфман

В истории евреев Дальнего Востока первой половины ХХ века, до предела насыщенной драматическими событиями войн и социальных потрясений, Авраам Кауфман сыграл исключительную по своему значению роль. Он был руководителем еврейства Харбина в годы его расцвета и защитником - в самых тяжёлых ситуациях.

Местечковый городок Мглин в Черниговской губернии, в тридцати верстах от железной дороги, в конце XIX века был небольшим и скромным: две тысячи евреев составляли большинство населения. Зажиточная хасидская семья Кауфманов, владельцев крупного пенькового дела, была одной из самых уважаемых и в городских, и в помещичьих кругах. В большой патриархальной семье Шнеура-Залмана Кауфмана предметом особой гордости стало то, что сын Иосиф женился на красавице Софье, внучке гениального "Старого Равви" Шнеерсона, основателя религиозно-философского учения и движения "Хабад". Естественно, и сами молодые гордились такими предками и свято соблюдали традиции хасидизма. Абрам (Авраам), родившийся в 1886 году, был вторым сыном в семье, первым был брат Борис. Затем ещё родилась дочь Зина, и в 1891 году Иосиф с Софьей и тремя детьми переехали в Пермь, один из разрешённых для евреев за чертой оседлости и перспективных для купечества городов. Тогда в Перми насчитывалось 45 тысяч жителей, в том числе тысяча евреев. В целом по губернии евреи составляли около одного процента. Иосиф открыл большой оптовый склад мануфактуры. Через четыре года добавится в семье сын Семён.

В суровой Перми евреи, быстро приспосабливаясь к местным условиям, в то же время сохраняли свои национальные обычаи, общинные связи. Ещё в 1886 году была построена первая деревянная синагога, в 1903-м - каменная. Семейным и внутриобщинным языком оставался идиш. Как и братья, Авраам начинал учёбу в хедере. Учились за столом в квартире меламеда, который, чтобы прокормиться, ещё и выпекал хлеб. Затем была гимназия, куда евреев принимали, соблюдая процентную норму: один на двадцать "гоев". Параллельно ещё и хедер, а с 4-го класса тот же учитель хедера приходил домой заниматься с братьями. Отец был знатоком еврейской литературы - в молодости писал на иврите стихи. Отлично знал Талмуд и еврейские законы, но фанатом не был. Начав с участия в пропалестинском движении д-ра Лео Пинскера, Иосиф затем включился в работу сионистского кружка Герцля, со временем возглавив его, часто сам выступая с докладами на еврейские исторические и сионистские темы. Сионистские настроения отца Авраам впитал с юных лет. Окончив гимназию, он продолжил учёбу в Швейцарии, на медицинском факультете Бернского университета. После революционных событий и октябрьских погромов 1905 года политические страсти в еврейской студенческой общине были накалены. Первый шок от многочисленных сообщений о зверствах в кровавых погромах сменился бурным возмущением. В университете был организован цикл платных лекций о бесправии евреев России, в защиту веротерпимости. Все сборы были направлены в фонд помощи жертвам погромов.

В знак протеста против погромов в те годы Россию покинули и поселились в Швейцарии виднейшие еврейские писатели: Шолом-Алейхем, Менделе Мойхер-Сфорим, Бен-Ами, поэт Шауль Черниховский, доктор Иосиф Клаузнер и другие. Общение с этими выдающимися личностями, их пример верности своему народу сыграли важную роль в формировании мировоззрения и сионистском воспитании еврейской студенческой молодёжи. Кауфман - в числе самых активных: его избирают заместителем председателя Бернского академического ферейна - Союза еврейских студентов - в то время, когда председателем этого Союза был Хаим Вейцман, будущий президент Израиля, тогда аспирант-химик Женевского университета.

В 1908 году, получив диплом Бернского университета, доктор Авраам Кауфман приехал к родителям в Пермь и приступил к медицинской практике. За четыре года, как пишет исследователь истории евреев Урала Ирина Антропова, Авраам стал одним из наиболее известных пермских врачей. В то же время он не мог оставаться в стороне от политической борьбы своего народа, в чём был единомышленником со своим отцом. Авраам, по поручениям признанного руководителя сионистского движения в России тех лет Иехиэля Членова, много ездил по городам Поволжья и Урала, способствуя развёртыванию деятельности местных организаций и сбору средств в фонд покупки земель в Эрец Исраэль.

В 1911 году в Пермь приехала подруга Авраама по учёбе в Бернском университете и его единомышленница Берта. Родители её жили в бессарабском городке Бричаны. Вместе с Авраамом Берта получила диплом врача. В Перми молодые пошли под хупу. К тому времени у них созрел план начать самостоятельную жизнь - что называется, с чистого листа. Тем более, что, воспользовавшись льготами царского правительства, предоставлявшимися переселенцам в зону Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), масса евреев из европейской части Российской империи переезжала в этот богатый, но необжитый край. В 1912 году Авраам и Берта Кауфманы приехали в Харбин, тогдашнюю "столицу" КВЖД. К тому времени относится новая волна притока евреев в Харбин. А первые из них начали селиться в этом городе после заключения в1897 году договора России с Китаем о строительстве КВЖД. Хотя Маньчжурия считалась приграничной зоной, куда евреи не допускались, но без богатых еврейских подрядчиков властям было никак не обойтись. И в 1901 году генерал-губернатор Гродеков согласовывает с Генштабом вопрос о разрешении въезда в Маньчжурию тем евреям, чьё пребывание "будет признано желательным интересам дороги по удостоверению администрации последней". Уже в 1903 году в Харбине насчитывалось 500 евреев - больше, чем во Владивостоке. Была создана и официально зарегистрирована харбинская еврейская духовная община (ХЕДО) и приобретён большой участок для строительства синагоги. Несмотря на запрет, продолжался рост еврейского населения и в период русско-японской войны, усилившийся в связи с волной погромов в европейской части Российской империи. После окончания боевых действий многие из 25 тысяч евреев, принимавших участие в русско-японской войне, остались жить в зоне КВЖД, воспользовавшись разрешением бывшим военнослужащим селиться в любой зоне. Немалое число из них пригласило к себе и родственников.

К 1907 году в Харбине было уже не менее трёх тысяч евреев. Работали общественное училище, бесплатная еврейская столовая; благотворительное общество оказывало помощь двумстам семьям; выдавались беспроцентные ссуды. В 1909 году открылась синагога в новом здании. Общественная библиотека к 1912 году насчитывала 13 тысяч книг. Быстрое всестороннее развитие еврейской общины Харбина стало возможным потому, что зона КВЖД, как частного предприятия, находилась на особом положении, не подпадая, как все российские города Дальнего Востока, под продолжавшие действовать драконовские ограничения для еврейского населения. Но община не в полной мере использовала свои возможности как для внутреннего духовного развития, так и для разностороннего участия в быстро нараставшей в то время политической борьбе еврейского народа во всём мире. Приезд в 1912 году Авраама и Берты Кауфманов заметно оживил общественную жизнь в городе, и прежде всего - сионистскую деятельность, "пробудив от летаргического сна" харбинских евреев, и "введя их в контакт с внешним миром", как писал современник. Уже в год их приезда создаётся Палестинское общество, ставшее центром сионистской деятельности всего Дальнего Востока. Прекрасный организатор, знаток еврейской истории и литературы, Авраам не только сам читает лекции и пишет статьи, но и вовлекает в активную деятельность других. Он публикует яркие статьи в защиту Бейлиса, вызывая недовольство цензуры, но завоёвывая уважение в общине. Одновременно Авраам и Берта, как врачи, включаются в профессиональную деятельность, быстро приобретя авторитет и клиентуру.

Время перед Первой мировой войной характеризуется как количественным ростом общины, в том числе за счёт переселения евреев из Сибири и Дальнего Востока, так и ростом доли еврейского капитала в промышленном и торговом развитии Харбина и зоны КВЖД. О роли еврейской общины в жизни города лучше всего говорит то, что в городской думе из 40 гласных 12 были евреями. Это стало возможным также благодаря городской атмосфере, отличавшейся в то время, по словам историка Г.В. Мелихова, "высоким уровнем образования и культуры, широтой взглядов, веротерпимостью, более широким размахом культурной, торговой и предпринимательской деятельности". С началом Первой мировой войны многочисленное еврейское население местечек черты оседлости было изгнано из прифронтовых районов, и харбинская община включилась в кампанию помощи беженцам. Потом начался массовый исход евреев - в том числе в Америку, причём многие бежали через Китай, и Харбин служил для них перевалочной базой. С надеждой приветствовали евреи Февральскую революцию 1917 года. А. Кауфман писал, что евреи Харбина встретили ликвидацию самодержавия "не как раскрепощённые рабы, а как свободные сыны еврейского народа, всегда свободной в своей духовной жизни еврейской нации, идущей по историческому пути национального возрождения". Российские события октября 1917 года сионисты Харбина встретили сдержанно, зато с ликованием - ноябрьскую Декларацию Бальфура, сыгравшую важнейшую роль в дальнейшей борьбе за создание еврейского государства в Палестине. Среди еврейского населения возросла роль сионистских партий, а Авраам стал одним из их авторитетнейших лидеров. В конце 1918 года он был избран заместителем председателя Национального совета евреев Сибири и Урала, возглавлявшегося М. Новомейским.

А в 1919 году Авраам избирается председателем Харбинской еврейской общины. Показателен состав Совета общины, избранного всеобщим прямым и тайным голосованием: из 40 членов Совета - 16 сионистов, 8 бундовцев, 7 - из партии Поалей-Цион, 4 - из Цеирей-Цион, 5 - Агудат Исраэль. В Совете шла острая внутриобщинная борьба. Основным противником сионистов во главе с А. Кауфманом был Бунд, прочие социалистические и рабочие партии включились в работу Палестинской комиссии, созданной для реальной помощи возрождению Эрец Исраэль. Аврааму приходилось преодолевать оппозицию и в других вопросах. Так, Бунд и Поалей-Цион настаивали на приоритете языка идиш в еврейских школах. Сионисты и в этом вопросе одержали победу в пользу иврита. Одновременно новое руководство общины укрепляло свой авторитет практическими делами. Ещё в 1918 году было открыто новое здание еврейской гимназии. Построили общежитие для беженцев и малоимущих, школу в еврейском пригороде, новую дешёвую и бесплатную столовую. Для финансирования всесторонней социальной и благотворительной работы ввели добровольный прогрессивно-подоходный налог, и в этом вопросе преодолев сопротивление оппозиции. Эти своевременные меры помогли общине выстоять в тяжёлый период гражданской войны в России. С помощью банкира М. Бунимовича Авраам и группа врачей создают медицинское общество "Мишмерес холим" - "Охрана здоровья" и организуют бесплатную медицинскую помощь для неимущих и малоимущих, в том числе и бесплатные медикаменты и дополнительное питание для детей.

Поток еврейских беженцев из России через Китай возрос многократно. Многие оседали в Харбине. В 1919 году здесь было уже свыше 7,5 тысяч евреев. Авраам Кауфман занимался приёмом и помощью евреям-беженцам, оказанием гуманитарной помощи голодающим России в 1921 году, оказанием помощи жертвам погромов и приёмом еврейских сирот, чьи родители погибли в этих погромах. При всех проблемах, Авраам не ослабляет работу в пользу еврейской Палестины. В Харбине проходит конференция с участием председателя Национального совета евреев Сибири и одновременно председателя Сибирского бюро сионистов М. А. Новомейского. Приезжает из Лондона в Харбин эмиссар ЦК сионистов И. Коэн, - и организуется сбор средств в пользу палестинских проектов. С 1921 года начинает выходить еженедельник "Еврейский вестник" на русском языке. Между тем в дружной семье Кауфманов были и свои радости, и свои невзгоды. В 1919 году родился сын Исай, в 1924 году - второй сын Теодор. К сожалению, в 1925 году от отравления умерла Берта. Пройдёт время, и сыновьям Теодора заменит мать Эсфирь Давыдовна, а в семье прибавится ещё один сын - Давид.

Развитие еврейских организаций и учреждений продолжалось, несмотря на все сложности, и в 20-е, и в начале 30-х годов. В 1921 году было открыто Харбинское общественное коммерческое училище. В нём с 1934 по 1945 год вёл уроки еврейской истории Авраам Кауфман. В том же 1921 году открылся дом престарелых, в 1932-м - приют для хроников и душевнобольных. В 1933 году в большом здании начала работать еврейская больница, в которой лечили больных 25 врачей разных специальностей. В ходе и после Гражданской войны десятки тысяч бывших белогвардейцев и членов их семей бежали в зону КВЖД, главным образом в Харбин. Среди них было немало антисемитов. Созданные ими партии и общества профашистского толка терроризировали советских граждан и еврейское население, усиливая свои наглые действия по мере вытеснения Японией Советского Союза из зоны КВЖД. Разнузданный антисемитизм пропагандировался с начала 30-х годов со страниц газеты Российской фашистской партии "Наш путь" под редакцией К. Родзаевского. Участились хулиганские нападения и похищения людей с целью выкупа. В этих условиях еврейская община и лично А. Кауфман многократно выражали протест японским властям, требуя запрета деятельности хулиганских элементов. Одновременно еврейская община приняла меры самообороны. Ещё в мае 1921 года в Харбине состоялся съезд еврейской молодёжи и была создана организация "Геховер" для подготовки молодёжи к нелёгким условиям жизни в Палестине. Теперь же, в 1929 году, была создана секция всемирной молодёжной полувоенной организации "Брит Йосеф Трумпельдор" (БЕЙТАР), где молодёжь проходила духовную, военно-спортивную и профессиональную подготовку, изучала иврит для будущей палестинской жизни и обороны, и одновременно членам "Бейтара" и другого созданного общества - "Маккаби" - не раз приходилось давать отпор бандитам - антисемитам Харбина.

Но, конечно, численное преимущество, да и негласная благосклонность властей и полиции были на стороне фашиствующих молодчиков, и они себе позволяли многое. Харбин потрясло похищение, а затем и зверское убийство в 1933 году Семёна Каспе, сына крупного предпринимателя, молодого музыканта и, между прочим, французского подданного. Хотя фашисты признались в преступлении, хотя убийцам был вынесен суровый приговор, все они в результате вышли "сухими из воды". В апреле 1934 года, после прихода к власти в Германии фашистов, в знак протеста против травли и убийств евреев этой страны в синагоге Харбина состоялось грандиозный митинг, в противовес трусливому отмежеванию большинства Совета ХЕДО. На митинге в присутствии двух с половиной тысяч евреев с яркой антифашистской речью выступил и А. Кауфман. Положение общины усложнилось после создания в 1934 году Бюро по делам российских эмигрантов, и хотя еврейская община основные вопросы решала напрямую с китайскими и японскими властями, контакты с БРЭМ были неизбежны. Все годы японской оккупации, вынужденный контактировать с властями Японии и марионеточного Государства Маньчжоуго в интересах общины и беженцев, в том числе из Германии и оккупированных ею стран Европы, Авраам в то же время вёл бескомпромиссную борьбу с антисемитизмом, печатая на страницах "Еврейской жизни" острые статьи, выражая протесты властям. Заключение антикоминтерновского пакта Германии и Японии в 1936 году сказалось на росте антисемитских настроений за счёт фашистской пропаганды и демаршей германских властей. Но, тем не менее, японцы принципиально проводили свою линию, и с 1935 года первые из 20 тысяч европейских евреев прибыли в Шанхай. В 1939 году А. Кауфман прибыл в Токио, где многое сделал для защиты евреев Китая и еврейских беженцев из Европы. И всё-таки ограничения продолжались В 1940 году закрыли Коммерческое училище, которое закончил Теодор. Старшему сыну Исаю удалось в 1939 году эмигрировать в США. В декабре 1941 года, когда Япония начала войну против США, десятки евреев были арестованы как шпионы и подвергнуты пыткам и истязаниям. В 1943 году в Шанхае было создано еврейское гетто для европейских беженцев. Закрыли журналы "Еврейская жизнь" и "ха-Дегель", одновременно - и русский фашистский журнал "Нация". В то же время основные учреждения еврейской общины продолжали функционировать, обеспечивая интересы еврейского населения Харбина, вплоть до вступления советских войск 17 августа 1945 года.

21 августа Авраам Кауфман был арестован советскими властями, наряду с 250 другими активными административными и общественными деятелями города. Свыше месяца в тюрьме, в ужасных условиях, и 26 сентября он был, в числе многих, вывезен в российский лагерь. Работал по специальности, но как заключённый без суда, и лишь в конце 1946 года был переведён в тюрьму Свердловска, где началось продолжительное следствие: от него требовали признания в шпионаже в пользу англичан, японцев. Затем за Авраама Кауфмана, как, по словам следователей, "вождя сионистов", взялась непосредственно московская печально знаменитая Лубянка. Авраам не отрицал своей сионистской деятельности и исписал сотни листов о всей своей работе, начиная с учёбы в Базеле. Но категорически отрицал какую-либо причастность свою и сионистских организаций к деятельности против СССР. Следователи, целеустремлённо выбивавшие то, чего не было, в ярости разрывали написанное. Приговор был вынесен не судом, а так называемым "Особым совещанием" при МГБ день в день через три года после ареста в Харбине. 1 августа 1948 года Авраам Кауфман был приговорён к "вышке" того времени - 25 годам лишения свободы.

Невозможно без содрогания читать книгу доктора Кауфмана "Лагерный врач" о том, что пришлось испытать ему самому и чему был он свидетелем за долгие годы пребывания в застенках и лагерях Казахстана и Мордовии, из которых его освободили только в сентябре 1956 года, то есть через 11 лет после ареста. Полный произвол следователей, тюремного и лагерного руководства, безнаказанность уголовников-убийц, унизительное полуголодное существование заключённых на долгие сроки без суда и следствия… Большой авторитет и повсеместная востребованность опытного врача, в сочетании с умением завоевать симпатии и уважение людей помогли Аврааму выжить в этой адской обстановке. Все эти годы Авраам не имел возможности переписываться с семьёй, и далеко не сразу узнал, благодаря случайным возможностям, что Эсфирь с Тедди в 1950-м году (а Давид - несколько раньше) смогли репатриироваться в Израиль. После освобождения Авраам приехал в Москву и навестил сестру, с которой незадолго до освобождения начал переписку через третьих лиц. Но оставаться в Москве, как и ещё в восьми десятках городов Союза, он права не получил. Обратившись в ОВИР, сионист А. Кауфман, несмотря на отсутствие советского гражданства, не получил права выезда в еврейскую страну для воссоединения с семьёй. Не смог он также, несмотря на имевшееся разрешение и закон, получить прописку в Подмосковье и вынужден был вернуться в Карагандинскую область Казахстана, в лагерях которой "отбыл" несколько лет. Здесь он приступил к работе врача и, наконец, начал переписку с семьёй.

Приводя в своей книге высказывание У. Черчилля об СССР: "Богатая страна и нищий народ", Авраам иллюстрирует их описанием убогого быта в Караганде, где не было зубной пасты и трусов, а колбасу можно было купить только с дворового входа магазина. В Караганде, получив из Израиля от семьи вызов, Авраам подал в ОВИР заявление на выезд, но там ему заявили, что для продолжения разговора ему следует иметь советское гражданство или вид на жительство. От получения советского гражданства, памятуя прошлое, Авраам отказался. Но когда через полгода он получил вид на жительство, оказалось, что вызов из-за границы принимается во внимание только для граждан СССР. Тогда Авраам Кауфман избрал другой путь. Сделав фотокопии своего паспорта без гражданства, он послал их заказным авиаписьмом в посольство Израиля в Москве с просьбой о предоставлении ему израильского гражданства, как еврею - лицу без гражданства. После томительного ожидания и контактов с представителями посольства в июле 1958 года Авраам получил загранпаспорт гражданина Израиля, а в августе подал в ОВИР заявление о выезде. Начальник ОВИРа обещал оформить визу в срок до шести недель, но время это растянулось на два с половиной года, и только в марте 1961 года, проявив невероятную настойчивость, Авраам Кауфман, с помощью посольства Израиля, вылетел через Вену в Тель-Авив.

И молодое государство приняло выдающегося сына своего народа с радостью, теплотой и уважением, достойными того неоценимого вклада, который он внёс в приближение его рождения. В Израиле Авраам оказался в окружении своих соратников и учеников, к тому времени уже объединённых Ассоциацией выходцев из Китая - "Игуд Иоцей Син". А потом, как пишет сын и верный продолжатель дела Авраама - Теодор Кауфман, "на склоне жизни - десять лет счастья, подаренных Судьбой на Родине. Не как пенсионер, не как наблюдатель, а как активный, полезный гражданин страны, врач и общественный деятель". Авраам Кауфман скончался от кровоизлияния в мозг на 86-м году своей насыщенной жизни, сущностью которой он, как писал его ученик и последователь И. Надель, "отобразил решающую эпоху истории нашего народа, и его биография составляет концентрированный экстракт жизни целого поколения".

  был избран его председателем. В 1913 году в Харбине было 5032 еврея-эмигранта, или 11.5% от общей численности всех эмигрантов из России.

1912, 4 августа — (21 Ава 5672) Родился Рауль Валенберг

Для тех, кто ничего или мало слышал о Рауле Валленберге следует упомянуть, что он в 1944-45 гг., будучи в составе шведского посольства в оккупированной Германией Венгрии, самоотверженно делал все возможное для спасения уничтожаемого еврейского населения: организовывал прием евреев под охрану шведского флага, кормил умирающих от голода, подкупал немцев и спасал людей, обреченных на уничтожение. Ему обязаны жизнью не менее 120 тысяч евреев Венгрии. Уцелев среди гитлеровцев (которые имели все основания быть недовольными его деятельностью) Валленберг был похищен властями СССР и исчез в системе секретных лагерей и спецтюрем. Характерно, что если о Валленберге все же известно в свободном мире, то о его помощнике и шофере Вильмосе Лангфельдере никто за эти 35 лет даже не упоминал, а ведь он также был похищен вместе с Валленбергом и исчез в советской мясорубке! Одновременно с похищением Валленберга советские военные власти письменно уведомили шведское правительство о том, что они -взяли под свою защиту Р.Валленберга и его имущество-, но никто в мире не задумался: а что это за -имущество-? И почему советская армия из всего шведского посольства в Венгрии -взяла под защиту- только Р.Валленберга и только его -имущество-? А именно в этом, как теперь мною установлено, кроется разгадка похищения Р.Валленберга из Будапешта, который еще был в эти дни объят огнем боев: тот, кто планировал его похищение, не хотел ждать, так как знал о том, что в руках Р.Валленберга находятся наличные деньги - много десятков (а может быть и сотни) тысяч долларов, золото и бриллианты, которые; отдавали ему на хранение венгерские евреи. И целью похищения Валленберга было мародерство. Лишь недавно стало известно, что операция по похищению Р.Валленберга была совершена по указанию Л.И.Брежнева - он был начальником Полиотдела 18-й Армии Будапештской Группы Войск. А данные о Валленберге, его работе и ценностях, сосредоточенных у него, передал в Политотдел 18-й Армии полковник Левин, ведавший ОКНОМ в линии фронта, окружавшей Будапешт: через это окно в 871 полку 317 девизии разведчики доставляли сведения из Будапешта, а Левин принимал эти данные и передавал их в Политотдел, т.е. Брежневу. Получив столь интересное сообщение (не имевшее никакого отношения к операции захвата Будапешта!) советское политическое командование срочно организовало ОПЕРАЦИЮ по захвату Валленберга, вернее сосредоточенных у него ценностей. По трубам канализации опергруппа прошла к зданию, где находился Валленберг, и увела его в расположение советских войск, после допроса его провели вновь в Будапешт (через линию фронта!), где обыскали его дом и канцелярию, изъяли ценности и деньги и вторично увели в советское расположение: теперь уже в город Дебрецен, где находился Политотдел 18-й Армии, т.е. сам Брежнев. Подробности допроса Валленберга еще никто не знает, и вряд ли Брежнев сообщит их нам. Но руководивший опергруппой мародеров капитан Аминьев получил от него орден Александра Невского - награду, даваемую лишь старшим офицерам за планирование и проведение сложной боевой операции… А командир 571 полка подполковник Карташков и ныне не забыт: он стал Министром Внутренних Дел Чувашской АССР. Данные о встрече с Аминьевым, Левиным и другими сообщил Центру Исследования лагерей СССР прибывший из СССР Яков Менакер, бывший сержант 571 полка 18 Армии. Теперь нам стало ясно, о каком -имуществе- упоминал мародер, и почему Р.Валленберг до сих пор не возвращен в Швецию.: есть конкретное лицо, ЗАБОТЯЩЕЕСЯ об этом, и этот человек - Л.И. Брежнев. Характерно, что сведения эти я опубликовал еще 8 августа 1981 г., но СССР хранит молчание. Преступление СССР против Рауля Валленберга самоочевидно, но не поставлены к позорному столбу государственные деятели и государства, виновные в замалчивании трагической судьбы Валленберга. Прежде всего, о правительстве Швеции. Оно хорошо знало с 1945 года, что Рауль Валленберг похищен и находится в СССР: через посла СССР в Швеции, г-пжу Коллонтай было об этом сообщено официально и ясно. Сейчас шведский МИД рассекретил документы, связанные с периодом похищения Рауля Валленберга. Из них мы узнали, что шведский посол в СССР в 1946 году однажды спросил у Сталина на дипломатическом приеме в Москве о судьбе Валленберга, и Сталин ответил, что Валленберг, возможно, погиб в Будапеште (это после того, как сами советские власти сообщили о его вывозе в СССР!). А шведский посол... поддакнул Сталину и согласился, что такая возможность не исключена. Вот оказывается, как АКТИВНО требовали шведы возвращения своего похищенного дипломата. Понятно, что власти СССР сразу поняли свою безнаказанность и поэтому на запрос шведского правительства в 1947 г. ответили: Валленберга в СССР нет. И бывший министр иностранных дел СССР Вышинский уже прямо заявил, что Валленберг погиб в Будапеште. Раз уж сами шведы поддакивают, то почему же не воспользоваться? Но из советских тюрем и лагерей все же иногда прибывали на Запад бывшие заключенные. И некоторые из них сообщали шведскому правительству о встречах или каких-либо сведениях, известных им о Рауле Валленберге. Это были прямые свидетели, а мать Валленберга, госпожа Май Фон Дардел настаивала на требовании о его возврате из СССР. И шведское правительство, наконец, обратилось опять к властям СССР в 1957 году. Через 12 лет после похищения! Припертые к стенке списком свидетелей, власти СССР через Андрея Громыко (и ныне бесстыдно лгущего в глаза всему миру о миролюбии СССР) сообщили Швеции, что они СЛУЧАЙНО обнаружили рапорт врача Лубянской тюрьмы в Москве о кончине Рауля Валленберга 17 июня 1947 г. вероятно, от инфаркта миокарда. Швеция успокоилась... А свидетели из СССР все приезжали, и они утверждали, что видели Рауля Валленберга в разных концлагерях и тюрьмах СССР после 1947 г.! А значит, ложь властей СССР была явной. И как ни неприятно было шведским социалистам беспокоить грозного соседа, но приходилось иногда под давлением свидетелей и матери Валленберга запрашивать СССР. В ответ им вновь сообщали, что Валленберг скончался в 1947 год. Так и шла эта спокойная дипломатическая переписка, и ничего не попадало в печать. А Валленберга таскали из тюрьмы в лагерь, в психбольницу и опять в тюрьму. Но вот в 1961 г. случилось нечто непредвиденное: советский профессор-психиатр Мясников на конгрессе в Москве рассказал шведскому коллеге профессору Нане Шварц о том, что видел Рауля Валленберга в психбольнице в СССР. Шведский профессор сообщила эту новость своему правительству и оно... написало дипломатическое письмо в СССР. Никто не поднял шум на весь мир: лгунов поймали с поличным! Отдайте свою жертву, палачи! Нет: тихое письмо, тихая дипломатия... Так предпочитал премьер Швеции Зрландер говорить с бандитами из СССР, так говорят с ними и сегодня. Результат: профессор Мясников, как ответили из СССР отказался от своих слов, после чего он...умер. Все было сделано так, как и полагается в этой страшной стране. Я приехал в Израиль в 1970 г., ничего не зная о Рауле Валленберге, и лишь случайно столкнулся с первым найденным мною свидетелем Ефимом Мошинским, который знал о том, что Рауль Валленберг был в 1962 г. в секретном концлагере для иностранцев на острове Врангеля в далеком Заполярье. Очевидно, туда его перевели после разоблачения профессора Мясникова. Начав поиск Рауля Валленберга путем опроса прибывающих из СССР, я, при выступлении в 1973 г. со свидетельством о советских лагерях в Сенате США, рассказал о новых сведениях, касающихся Валленберга, и мое сообщение было воспринято, как сенсация: никто в 1973 г. о Рауле Валленберге уже и не вспоминал! Созданный мною впоследствии в Израиле Центр Исследования лагерей СССР продолжал и продолжает поиски Валленберга. Шведское правительство любезно попросило нас держать их в курсе наших поисков. Но не помогло нам ни в чем. Приехавшее к нам шведское телевидение сделало фильм о поисках Валленберга, и его показ дал результаты: свидетель-венгр из секретного лагеря для иностранцев в СССР (ныне живущий на Западе) увидел этот фильм и сообщил матери Валленберга в Швеции о встрече с ее сыном Раулем в лагере в Забайкалье. Казалось бы, что еще надо Швеции? Требуйте возвращения своего похищенного дипломата! - убеждали мы их. Мы действуем - отвечали мне. Может быть, они опять и писали в СССР вежливые письма. Не знаю. Может быть, еще через 30 лет они рассекретят и эти документы, и тогда мы узнаем... Но знаю, что шведы строго засекречивали всю информацию, поступавшую к ним от нашего Центра, и не давили ее в прессу. И мы, в конце концов, были вынуждены начать практику передачи новой информации о Валленберге одновременно в правительство Швеции и в прессу. Это не понравилось шведскому МИДу, но это дало результаты: именно с этого времени и заговорили газеты, радио и телевидение всего мира во всеуслышание о судьбе Рауля Валленберга. И тут-то возникли, как грибы после дождя, все комитеты защиты Валленберга. Но делают ли они хоть что-нибудь? Давайте посмотрим вместе. За последние два года нам в Израиле удалось найти несколько человек, чьи показания доказывают, что еще несколько лет тому назад Валленберг был жив. Например, свидетель А.Калинский бесспорно и документированно подтвердил тот факт, что Валленберг был в тюрьме г.Владимира в 1959 году; в 1975 г. Валленберга встретил в больнице Бутырской тюрьмы г.Москвы свидетель Ян Каплан. Советские власти отреагировали быстро: Яна Каплана, передавшего по телефону своей дочери д-ру Анне Бильдер о встрече с Валленбергом, арестовали, и он исчез в застенках КГБ. Мы немедленно предложили конкретный план действий: если советские власти отрицают наличие в живых Валленберга, то они должны дать возможность представителям свободного мира поговорить с Яном Капланом, причем разговор этот должен происходить на Западе, в условиях исключающих опасность для него. Мы обратились ко всем комитетам защиты Валленберга, так любящим поговорить о своей деятельности, но не сделавшим еще ничего реального в его защиту, с предложением поднять компанию под лозунгом Встреча с Яном Капланом!. Ведь и в Сенате США есть такой комитет; и в парламенте Англии он есть, и в Израиле сам премьер г.Бегин выступил с речью о Валленберге, и был создан комитет. В Израиле на наше предложение не отреагировали, но зато... посадили дерево в память о Валленберге. Член парламента Англии г.Гревел Джанер от своего имени распространил сведения полученные от нас, но на предложение требовать встречи с Яном Капланом не отреагировал; сенатор Мойнихен в США нашел время ответить нам лишь через год после получения нашего предложения, но в его письме, полном общих мест, почему-то Ян Каплан вообще не был упомянут. Забыл... Наша попытка обратить внимание Папы Римского на судьбу христианина Р.Валленберга, пострадавшего ради спасения евреев, и на судьбу еврея Яна Каплана, жертвующего собой ради спасения Рауля Валенберга, ни к чему пока не привела: мое открытое письмо к Папе Римскому осталось без ответа. Я, правда, знаю в Израиле одного человека, г-на Моше Барнеа, который уже много лет пытается объединить усилия людей в деле спасения Рауля Валленберга, но усилия его так же тщетны, как наши. Мать Рауля Валленберга умерла, а его сводные брат и сестра на наше предложение начать личную компанию с призывом к главам правительств свободного мира обратиться к СССР с требованием о встрече с Яном Капланом, промолчали. Мать Рауля Валленберга в 1970 году обращалась в Госдепартамент США с просьбой о помощи в деле спасения сына, но Киссинджер отказал ей в этом. Еще в 1949 г. Альберт Эйнштейн ходатайствовал о присвоении Раулю Валленбергу Нобелевской Премии Мира, но этого не случилось. Киссинджер - виновник гибели миллионов людей во Вьетнаме - ее получил. В начале 1950 г. СССР предложил возможность обмена людьми Швеции и просил вернуть советских граждан, бежавших в Швецию. Министр иностранных дел Швеции г. Остен Унден приказал вернуть в СССР всех беглецов и не потребовал возвращения Рауля Валленберга. Генеральный секретарь ООН - Даг Хаммершельд - отказался ходатайствовать перед СССР об освобождении Валленберга, сказав: Мне как-то неудобно просить русских о земляке... В 1980 г. Шведский комитет защиты Рауля Валленберга громогласно объявил о проведении -Сахаровского слушания-, посвященного судьбе Рауля Валленберга. Подготовка длилась год. В этот период г.Визенталь выступил с заявлением о том, что слушание -не должно превратиться в антикоммунистическую конференцию-. Вот что заботило устроителей Слушания: не раздражать бандитов из СССР! Мы предложили вызвать в Стокгольм на Слушание таких свидетелей как А.Калинский и дочь Яна Каплана, которой он сообщил о встрече с Р.Валленбергом в 1975 году. Свидетели эти не были приглашены. Правда в Стокгольме в 1981 г. объявили, что их Комитет получил сведения об еще одном свидетеле, встречавшемся с Раулем Валленбергом в лагере в СССР в 1980 г. Но развития это сообщение еще не получило. И еще ни один из Комитетов не обратился к населению СССР с просьбой искать Валленберга и сообщить о нем на Запад. Вот как реально обстоит дело с БОРЬБОЙ за Рауля Валленберга, страдающего уже 35 лет в застенках КГБ. Вот как обстоит дело с борьбой за Яна Каплана, пожертвовавшего собой ради спасения Рауля Валленберга. Я уж не говорю, что о судьбе Вильмоса Лангфельдера, похищенного вместе с Валленбергом, вообще молчат. Статья была опубликована в израильской газете НАША СТРАНА 14 октября 1981 г. Седьмой Канал Израильская газета на русском языке

- шведский дипломат, спасший в годы войны жить 100 000 евреям. Второй человек после Уинстона ЧЕРЧИЛЯ, которому было присвоено звание почетного гражданина США. После освобождения Будапешта советскими войсками был схвачен сотрудниками СМЕРШа и сгинул в сталинских лагерях.