Адар — события (75-100 из 1160)
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
- писатель, филолог, грамматик и лексикограф языка иврит, внесший значительный вклад также в идиш литературу и лексикографию.(бен Ашер ха-Леви Ашкенази; Элия Бахур, Медакдек — `Грамматик`, Тишби). Родился в Германии (отсюда его прозвище Ашкенази, на латинском Elias Germanus), большую часть жизни провел в Италии, в основном в Падуе (с 1504 г.), Риме (1514–27, когда при взятии города войсками Карла V лишился всего своего имущества) и затем в Венеции (за исключением 1539/40–44 гг.), где он работал корректором в типографии Даниэля Бомберга. Уже в начале своей деятельности в Италии, несмотря на осуждение раввинов, Левита обучал языку иврит многих видных христианских гуманистов (в свою очередь учась у них греческому и латинскому языкам) и заслужил такую известность, что был приглашен от имени короля Франциска I преподавать иврит в Парижском университете, но отклонил это предложение. Среди сочинений Левиты по грамматике языка иврит — «Сефер ха-харкава» («Книга составления»), посвященный в первую очередь «грамматике каждого иностранного и составного (сложного) слова» в Библии, «Ха-бахур» («Избранный», по одному из имен автора; обе книги — Рим, 1518) о роли согласных и гласных звуков в грамматике (в более позднем издании — «Дикдук Элия ха-Леви» — «Грамматика Элии Левиты») и «Луах бе-дикдук ха-пе'алим ве-ха-биньяним» («Грамматическая таблица глаголов и их пород», не издана). Дополнением к сочинению «Ха-бахур» можно считать его книгу «Пиркей Элияху» («Главы Элияху», Рим, 1520; расширенное издание — Венеция, 1546). Левита писал также комментарии к трудам Кимхидов (см. Кимхи, семья). Благодаря четкости изложения книги Левиты (переведенные также на латынь) способствовали распространению знания языка иврит и его грамматики среди евреев и христиан, хотя значительных новшеств его грамматическая система не содержит; его разделение шва на на пять классов, однако, принято и поныне. Важным является сочинение Левиты «Масорет ха-масорет» («Традиция Масоры»; см. Масора), где впервые доказано, что знаки пунктуации и кантилляции существуют не со времен Моисея, а созданы после завершения Талмуда; этим же знакам — те'амим — посвящена и его книга «Тув та'ам» («Доброе разумение»; обе книги — Венеция, 1538). Чрезвычайно важны (в том числе для изучения исторической грамматики) два словаря Левиты: «Метургеман» («Переводчик») к арамейскому языку таргумов и «Тишби» (по одному из прозвищ автора) — к ивритским словам Талмуда и средневековой литературы (оба — Исни, 1541). Левита составил также одну из первых конкорданций к Библии — «Сефер ха-зихронот» («Книга упоминаний»), не получившую, однако, распространения (частично издана только в 19 в.). Первым идиш-иврит словарем явился его «Шмот дварим» («Названия вещей», Исни, 1542) на 985 слов. Левита широко известен и своими переложениями-адаптациями на идиш нескольких произведений христианской развлекательной литературы; из них сохранились «Буово д’Антона» (1507, издана в Исни, 1541, в позднейшем издании «Бове-бух») и «Парис ун Вьене» («Парис и Венера», 1508–1509?; частично сохранилось издание Верона, 1594). Левита впервые издал перевод Псалмов на идиш (Венеция, 1545; основан на прежних традиционных переводах). Умер в 1549 году в Венеции. www.eleven.co.il
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
издан трактат Berakhot из Вавилонского Талмуда.Сончино - семья знаменитых еврейских типографов Эпохи Возрождения. Фамилию получила от названия городка к востоку от Милана, сейчас провинция Кремона. Выходцы из германского города Шпеера, где родоначальник династии Моше упомянут ещё в 14 веке. В 1455 году следы Натана Снчино отыскиваются в Фюрте. Первым печатником семьи был Натан бен Сэмюэль. Эстафету принял его сын Джошуа Соломон и внук Гершон. Последним из Сончино был Елеазар бен Гершон, который работал в Константинополе с 1534 до 1547. Печатники помотались по всей Италии. Жили и выпускали книги в Сончино в 1483-86; Касаль Маджоре в 1486; снова Сончино 1488-90; Неаполь, 1490-92; Брешия, 1491-1494; Барко, 1494-97; Фано, 1503-6; Пезаро, 1507 -20 (с интервалом в Фано, 1516, и Ортона, 1519); Римини, 1521-26. Члены этой семьи были в Константинополе между 1530 и 1533, и имели дочернее предприятие в Салониках в 1532-33. Сончино не были первыми издателями книг на иврите, но первыми, напечатавшими Библию. Причём, изданный Джошуа Соломоном трактат Berakhot из Вавилонского Талмуда с комментариями рядом, на этой странице, стал стандартным форматом и эталоном для всех последующих изданий Талмуда. Династия Сончино присутствовала на рынке печатных изданий около 70 лет и выпустила около 130 книг на иврите. Впрочем, Сончино публиковали работы не только на иврите, но работали и с христинскими символами.
Метки:
Метки:
Прощеные грешники от семи приходов – семьсот пятьдесят мужчин и женщин – составили процессию и были приговорены к наказанию, известному как «verguenza» (позор, бесчестье (исп.)), которое, будучи унизительным для христиан, было столь пагубным для чести еврея (и мавра также), что он скорее предпочел бы умереть. Оно состояло в том, что как мужчины, так и женщины должны были пройти по улицам босыми, обнаженными до пояса, с непокрытыми головами.
Во главе процессии вслед за белым крестом шествовали по двое члены братства Святого Петра-мученика – соратники Святой палаты, – одетые в черное, с белыми крестами Святого Доминика поверх плащей. За ними следовало полчище полуобнаженных кающихся грешников, к чьим душевным мукам добавлялись и физические: погода стояла столь сырая и холодная, что им разрешили надеть сандалии, чтобы они были в состоянии идти.
В руках каждый держал незажженную свечу из зеленого воска, говорившую о том, что свет веры еще не озарил его душу. Вскоре, когда их допустят к прощению и отпущению грехов, эти свечи зажгутся в знак того, что свет веры вновь проник в их сердца – свет был символом веры, поскольку «свет» и «вера» стали почти идентичными терминами.
Ороско пишет, что среди кающихся грешников было много именитых горожан Толедо, много людей знаменитых и уважаемых, вынужденных подвергнуться глубочайшему позору, участвуя в этом шествии по улицам, заполненным толпами людей, которые приехали в Толедо со всех близлежащих районов страны. Напомним: объявления об аутодафе производились повсеместно в течение двух предшествовавших недель.
Свидетель событий сообщает, что стенания этих несчастных сливались в протяжный громкий вой. Но они, очевидно, не трогают его, ибо он считает, что их горе вызвано скорее позором шествия, чем раскаянием в преступлении против Господа.
Процессия проследовала по главным улицам города и, в конце концов, приблизилась к кафедральному собору. У главного входа стояли два капеллана, которые осеняли чело кающегося крестом, сопровождая это словами: «Прими знак креста, который ты отверг и который, впав в заблуждение, ты предал».
Внутри собора были сооружены два широких помоста. Кающиеся взошли на один из них, где их ожидали инквизиторы. На другом возвышался алтарь, увенчанный зеленым крестом инквизиции. Едва кающиеся вошли в собор, праздная толпа заполонила все пространство между помостами, началась месса и прозвучала проповедь.
В заключение выступил нотариус Святой палаты и зачитал длинный список кающихся. Каждый из них откликался на свое имя и выслушивал обвинение. Затем последовало объявление о назначенном наказании. Они обязаны были участвовать в процессиях каждую из шести последующих пятниц, обнаженные до пояса, босые, с непокрытыми головами; им надлежало поститься каждую из этих пятниц; их лишали до конца дней права занимать государственные должности, приходы, иметь почетные профессии, носить украшения из золота, серебра и драгоценных камней, а также ткани высокого качества.
Их предупредили, что, если они опять допустят ошибку или не выполнят какую-нибудь часть наказаний, их будут считать неисправимыми еретиками и передадут в руки гражданских властей. После этого страшного предостережения их отпустили.
В каждую из последующих шести пятниц великого поста они участвовали в процессиях, шедших от церкви Святого Петра-мученика до какой-либо из святынь, а когда, наконец, прошли через это унизительное наказание, последовало предписание сдать «милостыню» в размере пятой части от всего их имущества на нужды священной войны против неверных в Гранаде.
Едва жертвы этого аутодафе были распущены – последняя процессия прошла 23 марта, – как состоялось следующее.
Оно происходило во второе воскресенье апреля, и четыреста восемьдесят шесть мужчин и женщин были подвергнуты аналогичным наказаниям.
На троицын день в этот год проповедь читал инквизитор Костана, после чего эдикт был публично зачитан и вывешен на дверях кафедрального собора. Этим эдиктом вызывались в суд все, кто не явился в Святую палату в течение отведенных девяноста дней. В случае неявки их грозили осудить как не подчинившихся требованию суда. Среди перечисленных в этом списке граждан было несколько клириков, в том числе и три монаха.
В конце концов 11 июня – во второе воскресенье месяца – состоялось последнее аутодафе, укладывавшееся в сроки помилования. Кающимся грешникам из четырех приходов, общим числом около семисот пятидесяти человек даровали прощение на точно таких же условиях, как и в двух предыдущих случаях.