Тевет — события (25-50 из 637)

1488, 19 декабря — (15 Тевета 5249) В Италии, городке Сончино недалеко от Милана, издана книга талмудиста 13 веак Моисея бен Иакова из Франции (Moses de Coucy) "Сефер Mitsvot Гадол", печатник - Гершон бен Моисей Сончино (Gershon ben Moses Soncino). Это был обширный правовой сборник, основанный на трудах Маймонида, но составленный в соотвтствии со всеми 613 заповедями, перечисленными в Пятикнижье. Издание - одно из первых выполненных Иехошуа Шломо Сончино совместно с племянником Гершоном бен Моше Сончино.

Метки:

1489, 25 ноября — (1 Тевета 5250) В Лиссабоне печатником Элизером Алантанси издана книга писателя 14 века Абудархама под условным названием "Нibbur Perush га-Berakot hа-Tefillot". Абудархам жил в Севилье около 1340 года, был учеником Якова бен Ашера, принадлежал к группе писателей, считавших необходимым распространять в популярной форме знания, хранящиеся в различной раввинистской литературе. Второе издание книги было осуществлено в Константинополе в 1513, третье и четвертое в Венеции в 1546 и 1566 соответственно, пятое в Амстердаме в 1726 году, а шестое и седьмое в Праге в 1784 году и 1817, соответственно; восьмое в Лемберге в 1857 году, и девятое в Варшаве в 1877 году.

Метки:

1492, 31 декабря — (11 Тевета 5253) Изгнание евреев из Сицилии.

Метки:

1493, 16 декабря — (7 Тевета 5254) В Брешии печатником Гершомом Сончино (см. 23 января) издана книга "Псалмы".

Метки:

1493, 13 декабря — (4 Тевета 5254) Печатниками братьями Давидом и Самуилом Нахмиасами из Константинополя издано сочинение Якова бен Ашера"Арба Турим" (Список первых еврейских печатных книг)

Метки:

1496, 16 декабря — (11 Тевета 5257) В португальском городе Фару печатником Самуилом Портейро завершена работа на изданием трактата Вавилонского талмуда "Гиттин" (Разводные письма) с комментариями Раши (Список первых еврейских печатных книг)

Метки:

1503, 23 декабря — (5 Тевета 5264) Родился Нострдамус (или 14 декабря).

Метки:

1531, 17 декабря — (8 Тевета 5292) Папа издал буллу, учреждавшую инквизицию в Португалии и назначавшую на пост инквизитора францисканца Диогу да Силву с той, однако, существенной оговоркой, что папа оставлял за собой право контроля над его деятельностью. Это не вполне отвечало намерениям короля Португалии Жоана III, но он сделал вид, что добился своего, и со свойственным ему коварством приступил к осуществлению намеченных планов. В глубокой тайне были составлены списки наиболее состоятельных "новых христиан", подлежавших аресту и ограблению. Выезд "новых христиан" и пересылка их капиталов за границу были запрещены. (см. 14 июня).

Метки:

1559, 4 января — (25 тевета 5319) Впервые опубликована переведённая с арабского на иврит книга философа 11 века Бахии ибн Пакуды "Chovat Halvavot" (другая дата издания 18 ноября 1489 года)

Метки:

1571, 18 декабря — (1 Тевета 5332) Изгнание евреев из Венеции без права на возвращение; евреям было разрешено оставаться в Венеции не позднее февраля 1573г. Подробнее

В 1571г. вспыхнула война Венеции, Генуи, других итальянских государств и Испании с турками. Первой жертвой этой войны оказались евреи. Ещё до начала войны из Венеции выслали левантийских евреев, подозревая их в шпионаже. Главным врагом власти объявили маррана Иосефа Нази, жившего одно время в Венеции, а затем под угрозой судебного преследования бежавшего в Турцию. Там он сделал блестящую политическую карьеру, (в какой-то момент он даже претендовал на правление Кипром), и вернулся к иудаизму. Когда в 1569г. в Венеции сгорел Арсенал, виновным в его поджоге посчитали Нази, хотя прямых доказательств его тайного участия в этом событии не было. Известно было, что в гетто его уважают и вообще, что поддерживают связь с евреями Оттоманской империи. Поэтому все венецианские евреи оказались под подозрением. После победы над турками один из видных сенаторов Гримани в благодарность Иисусу, помогшему христианам разбить врага, предложил изгнать из государства всех евреев, ибо они извечно отвергают христианскую веру, а в недавнем времени предали Венецию. Они, заявил он, преувеличивали пожар в Арсенале и нехватку зерна в городе, чтобы усилить надежды турок на победу (говоря сегодняшним языком, распространяли провокационные слухи). Выдвигал он и другие обвинения: евреи разоряют патрицианские семьи и развращают молодёжь, поощряя её к излишествам. Против предложения Гримани выступил сенатор Цорци. Он заявил, что хотя у евреев много пороков, «не надо доводить столь многих людей до отчаяния новой политикой, которая уничтожит тех, кто когда-нибудь смог бы послужить Богу». Победил Гримани. 18 декабря 1571г. было вынесено постановление: изгнать всех евреев из Государства без права на возвращение; евреям было разрешено оставаться в Венеции не позднее февраля 1573г. Однако через несколько дней после вынесения этого указа вмешались судебные власти, они заявили, что указ незаконен, т.к. он не утверждён верховной властью Совета десяти. Указ был заменён взиманием с евреев дополнительных налогов, (что венецианской республике было, конечно выгоднее). После 1573 г. когда кончилась война с турками, Сенат навсегда отказался от мысли изгнать евреев из Венеции.

 

Метки:

1668, 25 ноября — (1 Тевета 5429) 30-пушечный корсарский фрегат под командой Моисея Воклена

Моисей Воклэн (Moїse Vauquelin) был корсаром еврейского происхождения, промышлявшим в Карибском море в 1660-е годы. Другие варианты написания его имени – Моисей ван Вайн, Вау Кляйн, Воклейн. В 1666 г. он участвовал в знаменитом походе Франсуа Олоне на города Маракайбо и Гибралтар. Первоначально флотилия Олоне насчитывала пять судов (по данным А.О. Эксквемелина – восемь). На их борту разместилось около 400 человек (в советском издании «Пиратов Америки» приводится явно ошибочное число – 1660 человек). В конце апреля 1666 г. они покинули Тортугу, и их первая стоянка была в Байяхе, на северном побережье Эспаньолы. Там к пиратам присоединилось несколько десятков охотников-буканьеров. Подремонтировав суда и взяв на борт свежий запас провизии, флибустьеры в конце июля добрались до восточной оконечности острова. Здесь был захвачен испанский 16-пушечный торговый корабль, направляющийся из Пуэрто-Рико в Новую Испанию с грузом какао и драгоценностей. В трюмах корабля нашли 120 тыс. фунтов какао, 40 тыс. пиастров и драгоценностей на 10 тыс. песо. Олоне отослал корабль на Тортугу, чтобы там разгрузить его и привести на остров Саону. Когда пиратские суда достигли Саоны, им повстречался еще один испанский корабль; последний шел из Куманы (Венесуэла) с оружием и жалованьем для гарнизона Санто-Доминго. Приз был взят легко, без единого выстрела. На нем обнаружили 8 пушек, 7 тыс. фунтов пороха, мушкеты, фитили и 12 тыс. пиастров в звонкой монете. Высадив пленных испанцев на берег, флибустьеры переименовали свой приз в «Пудриер» («Пороховой погреб») и передали его под командование Антуану дю Пюи. Тем временем корабль, нагруженный какао и переименованный разбойниками в «Какаойер» («Плантация какао»), пришел на Тортугу. Губернатор острова Бертран д’Ожерон велел разгрузить его и спешно отослал назад к Олоне со свежим провиантом и пополнением. Через две недели «Какаойер» догнал флотилию. Олоне пересел на этот корабль, сделав его флагманом, а свое собственное 10-пушечное судно (с экипажем в 90 человек) передал Моисею Воклэну, командовавшему также собственной бригантиной с экипажем в 40 человек. Кроме «Какаойера» (командир – Франсуа Олоне, экипаж – 120 человек), двух кораблей Воклэна (общая численность команд – 130 человек) и «Пудриера» (командир – Антуан дю Пюи, экипаж – около 90 человек), во флотилию входили бригантина под командованием Пьера Пикара (Пикардийца) с командой в 40 человек и две небольшие барки, насчитывавшие на борту примерно по 30 человек каждая. Таким образом, всего в походе участвовало около 440 человек. Поход на Маракайбо оказался удачным. По данным миссионера Жана-Батиста дю Тертра, чеканного серебра было взято на 80 тыс. пиастров, а полотна – на 32 тыс. ливров, «фут которого они, говорят, продавали за полцены». Губернатор Тортуги писал, что на каждого участника экспедиции пришлось по 200 экю в звонкой монете. В мае 1668 г. Воклэн отплыл с Тортуги в составе новой экспедиции Олоне, которая захватила в Гондурасском заливе несколько испанских судов и ограбила города Пуэрто-Кавальо (совр. Пуэрто-Кортес) и Сан-Педро (совр. Сан-Педро-Сула). Поскольку в целом добыча оказалась не очень большой, Воклэн и его люди решили отделиться от флотилии Олоне. Переоснастив корабль, взятый близ Пуэрто-Кавальо, пираты пошли вдоль побережья Гондураса в восточном направлении. Воклэну, однако, не повезло – его корабль неожиданно налетел на рифы. Спас потерпевших кораблекрушение шевалье Филипп Дюплесси, прибывший в Гондурасский залив на снаряженном во Франции 30-пушечном корсарском фрегате. Отправившись в воды Кубы, шевалье Дюплесси вступил там в сражение с испанским кораблем и погиб. Воклэн занял вакантное место капитана и вскоре овладел у берегов Кубы флейтом водоизмещением от 400 до 500 тонн, в трюмах которого находился груз какао. Этот приз он повел на Тортугу, куда хотел доставить также тело погибшего шевалье. 25 ноября 1668 г. Воклэн встретился в море с корсарским судном, которым командовал капитан Франсуа Больё из Руана. Последнее известное нам упоминание о Воклэне встречается в документе, датированном 1670 г.; ветеран флибустьерского промысла вместе с капитаном Филиппом Бекелем участвовал в составлении подробного отчета о Юкатане и Гондурасе для вице-адмирала французского флота графа д’Эстре.

  следует курсом на Тортугу с "призом" - флейтом водоизмещением от 400 до 500 тонн, в трюмах которого находился груз какао.

Метки:

1670, 12 декабря — (9 Тевета 5431) Сефардская община Амстердама приобрела участок земли для строительства синагоги. Португальская синагога Esnoga - одна из красивейших в мире - до сих пор находится в старом еврейском квартале Амстердама.

Метки:

1676, 3 января — (27 тевета 5436) Фридрих Вильгельм Бранденбург издал указ о сохранении привилегий евреев в Берлине. После изгнания евреев из Вены в 1670 г. курфюрст разрешил 50 богатым еврейским семьям из Австрии временно (на 20 лет) поселиться в маркграфстве Бранденбургском (столицей которого был Берлин) и герцогстве Кроссен. Евреям была предоставлена полная свобода торговли, но им запретили заниматься ростовщичеством; запрещена была и постройка синагог. Среди других налогов был установлен и налог за покровительство. По истечении 20-летнего срока евреи, желавшие остаться в Берлине, должны были получить на это разрешение специальной комиссии и заплатить особый налог.

Метки:

1702, 1 январяИмена

Подробнее о людях января см. Блог рубрика "Имена"

. (12 тевета 5462)  В возрасте 64 лет умер немецкий раввин, учёный Яир Хаим Бахарах (Jair Нayyim Bacharach). Первоначально находился под сильным влиянием саббатианства. В 1666 г. стал раввином и главой бет-дина в Кобленце, но в 1669 г. был вынужден оставить этот город и вернулся в Вормс, где жил ранее. В 1689 г., с оккупацией Вормса французами, бежал в Мец, откуда в 1690 г. переселился во Франкфурт-на-Майне. Лишь незадолго до смерти, в 1699 г., Бахараху удалось осуществить свою давнюю мечту: получить пост раввина Вормса, который занимали в свое время его дед и отец. Основной вклад Бахараха в еврейскую религиозную мысль — собрание 238 респонсов «Хаввот Яир» («Селения Яира», 1699). Другой его крупной работой является собрание респонсов «Хут ха-шани» («Алая нить», 1679). В оба собрания включен также ряд респонсов отца и деда Бахараха. Респонсы Бахараха отличаются строгой логичностью, обращением не только к традиционному кругу еврейских религиозных наук, но и к светским дисциплинам, в том числе к математике и астрономии.

Метки:

1711, 4 января — 24 числа месяца Тевет 5471 года по Еврейскому календарю произошёл пожар в еврейском квартале Франкфурта-на-Майне. Сгорело около 500 домов. Пожар возник в доме рабби Нафтали бар Ицхака Каца — законоучителя и каббалиста.

Метки:

1719, 4 января — (24 тевета 5479) На 77 году жизни умер раввин Нафтали бар Ицхак Кац

Родился в г. Остроге на Волыни. Его дед, р. Нафтали Кац, был главой раввинского суда г. Люблина, а отец, р. Ицхак, — даршаном (проповедником) в Праге и Люблине. Во время казацкого восстания 5408 /1648/ года шестилетний Нафтали был захвачен в плен татарами, союзниками Богдана Хмельницкого. Позднее ему удалось бежать — вернувшись к евреям, он посвятил все свое время и силы изучению Торы.Был раввином в Остроге, затем в течение пятнадцати лет в Познани, и, наконец, во Франкфурте на Майне. Р. Нафтали Кац был общепризнанным главою кабалистов своего поколения, он прославился также как целитель и чудотворец — многим страждущим он вручал написанные им камеи (кабалистические амулеты), способствующие скорому излечению от недугов. Сохранились свидетельства, что р. Нафтали в полной мере осуществлял знаменитое высказывание из трактата Авот: «Таков путь Торы — хлеб с солью ешь и воду пей, спи на земле… и трудись над Торой» (6:4). Он действительно питался лишь хлебом и водой, причем в самых скудных количествах, спал на голом полу, подложив камень под изголовье — в полночь он поднимался и до рассвета пел сложенные им самим духовные гимны, изливая душу перед Всевышним (Праким бетолдот Исраэль). В 5464 /1704/ году во франкфуртской типографии был опубликован его трактат Смихат хахамим (Посвящение мудрецов), прославивший имя автора. В первой части трактата приведено уникальное исследование «стыков» — мест сопряжения между трактатами Талмуда. Автор прослеживает, каким образом каждый из трактатов тематически «перетекает» в последующий, а также разъясняет, почему трактаты Талмуда расположены именно в данной последовательности. Во второй части книги приведены подробные комментарии к трактату Брахот, которым открывается Талмуд.Его перу принадлежит также ряд важных кабалистических сочинений. Наибольшей известностью пользуется трактат Пей йешарим (Уста прямодушных), в котором исследуются глубинные смысловые пласты всего одного, первого, слова Торы: «Берешит» (В начале). Двадцать четвертого тевета 5471 /1711/ года, на седьмой год его пребывания во Франкфурте, в его доме возник пожар: огонь быстро распространялся, и сгорело более пятисот домов в еврейском квартале. Городские власти обвинили р. Нафтали в том, что причиной пожара стали его «кабалистические чары» — он был арестован, но ему удалось бежать из тюрьмы. После длительных скитаний р. Нафтали поселился в Праге и преподавал там в ешиве, основанной р. Давидом Оппенгаймом, главным раввином Праги и всей Богемии. Затем р. Нафтали возвратился в Острог, где к этому времени общину возглавил его сын р. Бецалель Кац. В последний год своей жизни р. Нафтали отправился в Землю Израиля, намереваясь провести там остаток дней. Он умер в пути, достигнув Стамбула, двадцать четвертого тевета 5479.

 

Метки:

1728, 8 декабря — (17 Тевета 5489) Общиной Шеарит Исраэль ("Шеарит Исраэль" - испано-португальская синагога) был приобретен участок земли в нижнем Манхэттене, на нем были построены синагога, миква и кладбище общины Шеарит Исраэль. Подробнее

Первые 23 бразильских еврея прибыли в Новый Амстердам (будущий Нью-Йорк) в 1654 году: 4 мужчин, 2 женщины и 17 детей. Они поселились на краю Манхэттена, по соседству с 800 голландцами. Имя одного из них (его называют первым) — Ашер Леви (1628 — 1682). Леви добился для евреев права на гражданство и ведение торговли. В 1661 году он построил в Новом Амстердаме первый еврейский дом. К 1690 году евреи создали там общину Шеарит Исраэль (остаток Израиля — ивр). В 1705 году член общины Луи Мозес Гомес стал английским подданным, купив у королевы Анны патент о подданстве за 57 фунтов. В 1728 (или в 1729) году он купил участок в Нижнем Манхэттене. На нем были построены синагога, миква и кладбище общины Шеарит Исраэль.

 

Метки:

1728, 19 декабря — (28 Тевета 5489) На 74 году жизни умер раввин Давид Нетто - один из образованнейших евреев своего поколения, равно отличавшийся как талмудист, философ, поэт и математик, астроном, лидер сефардской общины в Лондоне, родом из Венеции. После того, как стараниями Манассии бен Исраэля Кромвель разрешил амстердамским евреям поселиться в Англии, там возникла община весьма ассимилированных португальских евреев. Нието был в 1701 приглашен на должность хахама (раввина) португальской синагоги в Лондоне. Созданный им календарь использовался в Лондоне до конца XVIII века. Он был автором книги «Матэ Дан» («Удел Дана») в которой защищал устную традицию и критиковал ересь Спинозы и Хойона

Метки:

1741, 16 декабря — (20 Тевета 5520) Во Франкфурте родился Натан Ха-Коэн Адлер

был ближайшим учеником франкфуртского даяна (судьи) р. Давида-Тэвли Шифа, впоследствии ставшего раввином Лондона. Учился также у главного раввина Франкфурта на Майне, выдающегося праведника р. Авраама-Абиша Франкфуртера. Кабалистическую традицию, и в частности духовное наследие Аризаля , он воспринял от посланца Цфата р. Хаима Модаи, который в течение двух лет жил в его франкфуртском доме. В возрасте двадцати лет р. Натан Адлер основал во Франкфурте на Майне ешиву, в которую стекались одаренные юноши из многих стран Европы. Его ближайшим учеником был юный Моше Софер (Хатам Софер), ставший впоследствии одним из духовных вождей своего поколения.Наряду с углубленным изучением Талмуда и законодательных сводов, р. Натан Адлер приобщал своих ближайших учеников к сокровенным разделам Устной Торы, приоткрывая перед ними и тайны практической кабалы. Хатам Софер вспоминал множество историй, связанных с особыми духовными способностями р. Адлера. Он рассказывал, например, как однажды по ложному доносу в дом наставника явились полицейские чиновники, чтобы конфисковать хранящийся у него свиток Торы. Поняв их намерения, р. Адлер, бережно взяв свиток в руки, встал с ним в самом центре комнаты. Полицейские перерыли все в доме, тщательно обыскав каждый угол, но не заметили ни свитка, ни самого р. Адлера, спокойно наблюдающего за происходящим, – потому что «он стал невидим» (Гдолей адорот). Но особенное влияние оказывала на учеников сама личность наставника, отмеченная его исходящей из самой глубины сердца любовью к своему народу и заботой о каждом из сынов Израиля. Рассказывают, что однажды вьюжной зимой он был приглашен в деревню под Франкфуртом на почетную роль сандака, на коленях которого лежит младенец в момент обрезания. Всю ночь р. Натан Адлер провел в дороге, чтобы рано утром выполнить возложенную на него роль. После церемонии обрезания, во время трапезы, собравшиеся вдруг заметили, что почетный гость исчез. После непродолжительных поисков его обнаружили во дворе, подпрыгивающим от холода. Он объяснил, что отпустил возницу немного погреться в дом, а сам взялся сторожить его лошадь – но вот уже целый час возница не возвращается. Вскоре нашли и возницу, спящего сном праведника на печи, – однако р. Натан не позволил его будить. Он согласился возвратиться к столу лишь после того, как кто-то из домочадцев сменил его на добровольном посту (Маасей авотейну, Тазриа). Р. Натан Адлер был достаточно состоятельным человеком – однако всеми делами в семейном торговом доме управляла его жена, а он имел возможность посвящать все свое время изучению и преподаванию Торы. Двери его жилища не запирались ни днем, ни ночью – друзья и ученики приходили в любое время суток, чтобы вместе с ним разобраться в каком-либо сложном вопросе или воспользоваться книгами из его обширной библиотеки. Рассказывают, что однажды, склонившись над священным манускриптом у окна своей комнаты, р. Натан Адлер заметил, что какой-то еврей залез в его дровяной сарай и вытаскивает оттуда охапки поленьев. Р. Натан Адлер закричал с дрожью в голосе: «Эфкер! – Все это бесхозное! С этой минуты я объявляю все свое имущество бесхозным!». Он выскочил на улицу, возбужденно схватил вора за край одежды и сказал: «Слава Б-гу! Как тебе повезло, что я выглянул в окно и, заметив тебя, успел объявить эти дрова бесхозными! Ведь иначе, не дай Б-г, ты бы мог преступить запрет Торы! Слава Б-гу! …А теперь, поскольку эти дрова никому не принадлежат, ты можешь с чистой совестью выбрать из них лучшие и взять, сколько тебе необходимо». Р. Натан Адлер помог растерявшемуся бедняку водрузить связки дров на плечи и проводил его до ворот» (Сарей амеа 1:8). Р. Адлер остро чувствовал не только нужды и страдания отдельного человека, но и страдания всего народа. Сохранились свидетельства, что каждую ночь он, опустившись на пол, без обуви, как Девятого ава, читал Тикун хацот (Полуночную молитву), оплакивая разрушенный Храм и судьбу народа, томящегося в бесконечном изгнании. Он многократно, с сердечной болью, повторял стихи из псалма (Теилим 137:5-6): «Если я забуду тебя, Йерушалаим, пусть онемеет моя десница! Пусть присохнет мой язык к небу, если не буду о тебе помнить…». И согласно сказанному в том же псалме: «…Вознесу Йерушалаим на вершину моей радости», р. Натан Адлер стремился перед каждым праздником Суккот приобрести этрог, пальмовую ветвь и ветви мирта, привезенные именно из Земли Израиля, – и лицо его светилось от счастья, когда он удостаивался произносить благословение на эти растения, согретые теплом родины. В качестве коэна в своей синагоге он произносил коэнское благословение каждый день, как это принято лишь на Святой Земле, в то время как во всех странах рассеяния коэны благословляли общину только в праздники. Более того, р. Натан Адлер был единственным из выдающихся ашкеназских мудрецов, кто молился и изучал Тору, произнося слова святого языка по-сефардски, – поскольку именно так говорили на Земле Израиля. Сефардский вариант произношения он воспринял от уже упомянутого посланца Цфата р. Хаима Модаи, с которым в течение двух лет говорил только на святом языке (Сарей амеа 1:8). В 5542 /1782/ году р. Натан Адлер был приглашен занять пост раввина в моравском городке Босковиче. Покидая Франкфурт на Майне, он отказался взять с собой в дальний путь кого-либо из учеников. Предание свидетельствует, что двадцатилетний Моше Софер бежал за его повозкой много километров – до тех пор, пока наставник не разрешил ему занять место рядом с собой. Моше Софер вспоминал, что во время дальней дороги пала одна из двух лошадей, и возница отправился в ближайшее поселение, чтобы приобрести замену. Через некоторое время он возвратился, ведя под уздцы …осла. Завидев осла, р. Натан Адлер спрыгнул с повозки и пустился в пляс. «Только ради этого стоило уехать так далеко от Франкфурта!» – воскликнул он. На недоуменный вопрос ученика, не понимавшего причины веселья, р. Натан пояснил: благодаря вознице они удостоились выполнить очень редкую заповедь «Не паши на быке и осле вместе» (Дварим 22:10) – ведь этот запрет Торы подразумевает также использование двух разных видов животных для совместного перемещения повозки. По просьбе р. Адлера возница отвел обратно осла и приобрел вместо него коня (Маасей авотейну, Ки теце). В Босковиче р. Адлер провел только три года – в общине этого городка не смогли примириться с теми строгими требованиями, которые он предъявлял, – и особенно в области забоя скота и кашерности мясной пищи. Р. Адлер был вынужден оставить свое раввинское кресло и вернуться во Франкфурт на Майне, где возобновил работу ешивы. Р. Натан Адлер не писал книг и не делал даже кратких заметок. Он говорил, что мудрецы разрешили записывать Устную Тору только тому, кто забывает изученное, – однако, если человек помнит все, что изучил и открыл в Торе, он по-прежнему подпадает под запрещение. Поэтому он позволял себе лишь ставить значки и пометки на полях прочитанных книг (Сарей амеа 1:7). Натан Адлер был призван в Небесную Ешиву двадцать седьмого элуля 5560 /1800/ года.

  - известный немецкий раввин и каббалист. Умер 17 сентября 1800 года.

Метки:

1744, 18 декабря — (24 Тевета 5505) Указ императрицы Австрии об изгнании евреев из Праги до конца января 1745 г. и в шестимесячный срок — всю Богемию (еврейское население Праги в это время составляло около 20 тыс. человек). Евреи Праги, а также правители ряда европейских государств просили отменить указ; Мария-Терезия согласилась только отсрочить его исполнение для евреев Праги (до 31 марта 1745 г.) и отменила для евреев остальной части Богемии. Но в 1748 г., уступив ходатайствам представителей местной власти, потерявших из-за изгнания евреев большие доходы, Мария-Терезия разрешила евреям вернуться в Прагу на десять лет и при условии уплаты ими в казну 409 тыс. флоринов; число еврейских семей, получивших разрешение на проживание в Праге, не должно было превышать 1147. Срок затем был продлен, а со временем власти перестали обращать внимание на это ограничение. В конце своего правления императрица даровала некоторые льготы ремесленникам-евреям. www.eleven.co.il

Метки:

1775, 11 января — (19 тевета 5536) Впервые в США еврей - Фрэнсис Сальвадор - был избиран на государственную должность. Это произошло в штате Южная Каролина.

Метки:

1778, 13 января — (14 Тевета 5538) Родился Сэр Исаак Лион Голдсмид - общественный деятель и финансист, первый английский еврей-баронет. Со времени эмансипации католиков в Англии (1829) стал деятельно агитировать за проведение такого же закона относительно евреев; сблизившись со многими влиятельными членами партии вигов, побудил либеральную партию вписать в свою программу вопрос об эмансипации евреев, который и был поднят в палате общин Робертом Грантом. Был сторонником реформ иудаизма и в качестве такового выступал против некоторых ортодоксальных обычаев. Как финансист пользовался большою известностью; уладив в 1816 г. спорный финансовый вопрос между Португалией и Бразилией, Г. получил от португальского правительства титул барона де Пальмейра.

Метки:

1781, 22 декабря — (5 Тевета 5542) Родился Мозес (Моше) Поргес фон Портхайм - один из братьев-основателей в Праге фабрик по производству ситца. Они первыми применили пар в ситцевом производстве в Австрии. В 1841 г. одну из фабрик посетил кайзер Фердинанд и даровал братьям Поргес дворянский титул фон Портхайм. Мозес Поргес и его младший брат Леопольд (умер 10.1.1869 года) были известны ещё тем, что в 1799 году побывали в Оффенбахе у сторонников лже-мессии Я. Франка и оставили о том свидетельства

Вечером я уже был в Готе, а затем через Эйзенах, Гессен и Хагау без особых приключений к полудню следующего дня прибыл в Оффенбах. Община верующих (франкистов) называлась Махане, в память лагеря евреев при праотце Моше. Уже сегодня мне предстояло быть принятым в этом лагере. В открытый город Оффенбах я вошёл вечером. Моросил дождь и было темно. Я стал выспрашивать у прохожих, где находится Польский двор, и мне указали на роскошное здание в другом конце города. Слёзы потекли из моих глаз, когда я увидел этот святой дом. Я был встречен молодым человеком, одетым в турецкое платье. Он обнял и расцеловал меня, называя братом, и сказал, что меня здесь давно ждут. Собралась толпа мааминим. Среди них выделялся почтенный пожилой мужчина в мундире полковника, с белоснежной бородой на благообразном лице. Звали его Цинский. Он привёл меня в свою комнату на втором этаже, где наставлял, как следует себя вести в присутствии святой матери. Он также пообещал, что всегда поможет советом, как родному сыну. Потом меня завели в комнату, в которой, склонившись над толстыми фолиантами, сидели три длиннобородых старца, облачённых в польские платья. Здесь я был поражён, увидев на стенах эмблемы и символы, которым скорее пристало украшать стены католического храма. Ещё там был портрет Гвиры в виде святой Богородицы, и висели другие картины с еврейскими надписями. На одной из картин художник начертал те десять слов, которые были мне хорошо известны из праздничных молитв: венец, мудрость, разум, важность, мужество, великолепие, победа, величие, царство, основа. Слова эти соединялись линиями между собой, а каждое из них - со словом "Эйнсоф". Один из старцев обратился ко мне: - Сын мой, Шехина (находится) в бедственном положении, Шехина в изгнании; Эдом и Ишмаель держат её в заточении, и мы обязаны её вызволить. А пока вместе с нею принуждены переносить страдания. Как только три сфиры соединятся в триединстве - грядёт избавление. Две сфиры уже воплотились в человеческом образе. Мы ожидаем третью. Счастлив тот, кто избран сочетаться с "Великолепием", так как от него выйдет Избавитель. Неси свою службу и стой на страже, чтобы удостоиться стать избранным. При этих словах он дал мне амулет с портретом и начертанными на нём десятью речениями (сфирот). В этот вечер меня посетили многие мааминим. А на следующий день я должен был представиться Гвире. Она жила на первом этаже. В передней меня встретила камеристка и предложила некоторое время подождать. О, как я был взволнован, и как билось моё сердце! Наконец отворилась дверь, и меня пригласили войти. Я не смел смотреть Гвире в глаза, только опустился перед ней на колени и целовал её ноги-так меня научили. Она произнесла несколько добрых слов. Хвалила моего отца и одобрила моё решение приехать в Оффенбах. Перед уходом я положил кошелёк с шестьюдесятью гульденами на стол и удалился, пятясь спиной к двери. Она произвела на меня сильное впечатление: не молодая, но привлекательная; руки и ноги её были чрезвычайно хороши; лицо выражало одухотворённость, скромность и доброту. Как мне позже стало известно, я ей тоже понравился. Потом меня привели в караульную комнату, где я увидел несколько человек - молодых и старых - все они были вооружены и одеты в военную форму. Мне тоже выдали такую форму, и на другой день я стал изучать воинские приёмы. Кормили нас хорошо, а служба состояла в несении караула в замке и вокруг него. Если не случались нападения или другие происшествия, то служба наша была лёгкой. Те, кто вечером были свободны от службы, имели обыкновение собираться в комнате трёх учёных старцев и там выслушивать их рассказы о Шабтае, царе-машиахе, о десяти "Сфирот" и почти всегда речь заходила о праведнике по имени "Малхут", которого мы никогда не видели. По распоряжению Гвиры меня вскоре перевели в отделение "Либерия", состоявшее по преимуществу из молодых людей. Работой их было обслуживание господ за столом, а также сопровождение при ежедневных выездах и при воскресных посещениях церкви. Таким образом, я получил возможность - чаще всего за трапезой - ближе присмотреться к господам. Мне выдали егерскую униформу, а вместо шапки - каскетку из зелёной кожи, обтянутую металлической лентой. Служить в этом отделении считалось большой честью. Во время трапезы моё место было за стулом Гвиры. Господа обедали в большом зале и их обслуживали три наших человека. Остатки еды мы потом съедали. А другие питались из общей кухни. Их обед состоял только из супа с зеленью, что было очень мало. Каждое воскресенье совершался парадный выезд в церковь, и мы участвовали в нём, одетые в праздничные мундиры. Встречался я только с нашими мааминим, а беседовать любил больше со стариками: Воловским, Дембицким, Матишевским, Червесским. Молодые люди, особенно те, которые жили вместе со мной, хотя и утверждали, что они богобоязненны, были, как это часто случается в молодости, достаточно легкомысленными. Несмотря на то, что нас окружала суровая аскетическая атмосфера, вели они себя не очень строго. Никакие разговоры с другим полом не допускались, жениться было совершенно запрещено. Однажды утром нам предложили, чтобы каждый, кто возбуждается при виде женщины, добровольно подставил спину для десяти ударов палкой. И почти все молодые люди решили подвергнуться подобной экзекуции. О таких случаях ежедневно докладывали одному из трёх господ, который записывал это в специальную книгу ("Книга откровений"). Каждый день экзерсис - мастер из "поляков" - проводил с нами занятия. Однако, когда в 1799 году в Оффенбах вошли французские войска, мы попрятали свои мечи и другое оружие. Летом 1798 года в общину приехали три сына Йонаса Вехели и с ними мой младший брат Йегуда - Леопольд. Братья Вехели были воспитанными и образованными молодыми людьми. Их звали: Авраам, Йосеф и Акива. А здесь им дали имена: Йозеф, Людвиг и Макс. Моему брату дали имя - Карл Младший. Тогда ему было 17 лет. Он не был ещё самостоятельным. Ему предложили работать парикмахером. Осенью того же года вместе с господами Йонасом Вехели и Аароном - Бером Вехели приехал и мой дорогой отец. Я был вне себя от радости снова увидеть своего дорогого, любимого отца. Трое учёных и уважаемых господина были радушно приняты всеми мааминим, а на следующий день они представились Гвире и её братьям, к ногам которых сложили свои подарки. Оба Вехелисы были людьми состоятельными и в подарок они привезли много золота, а золото здесь особенно охотно принимали. Мой любимый отец, у которого не было никакого богатства, привёз штуку батистового штофа. Этот подарок стал причиной, что в моей слепой вере появились сомнения, которые потом превратились в подозрения, что всё здесь происходящее-обман и мошенничество. У сотен приезжающих сюда честных людей вытряхивают кошельки, и они становятся несчастными бедняками. В тот же самый год приехал господин Церковиц. Когда-то он был очень состоятельным человеком и привёз с собой все остатки былого богатства. Здесь ему приказали всё отдать, как подношение. Его капитал состоял из австрийских государственных бумаг. Когда он отдавал последнее из того, что у него осталось - он плакал. Потом я отвёз эти бумаги во Франкфурт и обменял их у Ротшильда на серебро. Рядом со столовой находилась "священная" комната. В ней хранились кровать и одежда "святого отца" - так здесь называли Йакова Франка, отца Гвиры и её братьев. В комнате этой всегда царил полумрак, потому что окна были постоянно завешены. Здесь мааминим совершали молитву, предварительно благоговейно опускаясь на колени. Заходить сюда разрешалось в любое время дня. Перед входом стояла стража из девушек, одетых амазонками и вооружённых мечами. В этот караул обычно назначались молодые и красивые девушки. Как я уже раньше отметил (?), у меня вызвала чувство досады насмешка, с которой святой Йозеф в моём присутствии отозвался о скудости подарка, привезённого моим отцом. При этом я подумал, что здесь дорожат больше подарком, чем человеком, который его преподнёс. С этого времени я стал внимательно смотреть на всё, что происходит вокруг. Поначалу я старался отбросить критические мысли, рассуждая так: ведь это непозволительная дерзость сомневаться в том, во что верят многие уважаемые и учёные мужи. И я зашёл в священную комнату и долго покаянно молился. Но вскоре я снова вернулся к моим сомнениям. Среди тех, кто жил со мной в одной комнате, был также молодой человек из Дрездена, которого звали Йонас Хойфзингер. Со временем мы с ним подружились. После осторожных подготовительных бесед, он намекнул, что не со всем, что здесь происходит, он согласен. А когда уверился, что я его не выдам, стал говорить более откровенно: после долгих раздумий он пришёл к убеждению, что тут творится непостижимое мошенничество, и только большие жертвы, которые принесли мааминим, не дают им признать, что это обман. У них похитили все средства, которые позволили бы им вернуться в их далёкие дома. Вследствие таких разговоров, мы решили, что отсюда надо бежать. Хойфзингер предложил способ достать денег (на дорогу), но я отверг его план, потому что он не подобал чести и имени нашей семьи. Но так как у нас совсем не было наличных, то я написал письмо своему брату, доктору Поргесу, и сообщил ему о своём решении покинуть Оффенбах. Я попросил его, чтобы он указал дом во Франкфурте, где мы могли бы остановиться и получить деньги для дальнейшего пути. И прибыл ответ: семья согласна с нашим планом и сообщает, что известный господин Нейштатл дружелюбно примет нас и снабдит всем необходимым. Я посвятил младшего брата в свои намерения, показал ему письмо и он сразу согласился бежать с нами. Мы договорились о том, как всё будет происходить. Некоторое время тому назад один поляк (польский еврей) был схвачен при попытке бежать и жестоко наказан. Поэтому мы решили свои намерения держать в строжайшей тайне. Бежать решили в четыре часа утра через сад. Так как мы с Хойфзингером часто бывали в одном дозоре, то я так устроил, чтобы мы с ним попали в караул одновременно. Вещей у нас было мало, и все их мы засунули в один мешок. Вечером, накануне побега меня позвали к Гвире. Уже наступили сумерки, когда я зашёл в её кабинет. Её любимый пёс, Виндшпиль, с которым я был хорошо знаком, вдруг стал злобно лаять. Необычный час приглашения и неожиданное нападение собаки напугали меня: я решил, что нас предали и наш план раскрыт. Гвира принялась успокаивать собаку: -Что с тобой сегодня? Разве ты не узнаёшь нашего любимого Карла? Потом она обратилась ко мне по-польски: -Я заметила, что твоя униформа протёрлась. Ты можешь завтра поехать во Франкфурт и заказать новый мундир. Она также спросила, нет ли у меня других просьб. Я был так тронут, что уже чуть было, не сознался из благодарности за симпатию и милость. Но тут она протянула руку для поцелуя и отпустила меня. Я ушёл плача, потому что уважал и любил эту возвышенную женщину. А мне ведь тогда было всего 19 лет. В двенадцать часов ночи я покинул свой пост и немного прилёг. Но в два часа я уже встал, собрал одежду и бельё и связал их в платок. Всё, что я не привёз с собой, я оставил. Хойфзингер и мой брат сделали то же самое. В четыре часа утра я и Хойфзингер снова стояли на посту. Вещи мы уже прихватили с собой. Пост наш находился в нижнем коридоре, у комнат святого Бернарда и святого Йозефа. Когда мой брат спустился со ступенек, мы составили оружие в угол и с бьющимися сердцами вышли во двор. Была опасность, что кучер или конюхи задержат нас. Со двора мы проникли в сад, перепрыгнули через деревянный забор -и стали свободными. Мы добежали до ближайшего леса, оттуда - в Оберрод и в шесть утра были уже во Франкфурте

. (см. 24 ноября, 25 ноября)

Метки:

1782, 2 января — (16 тевета 5542) Император Австрии Иосиф Второй издал «Эдикт о терпимости» (Толеранцпатент) для евреев Вены, Богемии, Моравии, Венгрии. Во вступительной части эдикта говорилось, что все подданные без различия религии и происхождения должны пользоваться свободой и плодами благосостояния государства. Иосиф II разрешил евреям, кроме уже упомянутого, заниматься свободными профессиями, владеть мануфактурами и нанимать рабочих — христиан, предоставил евреям свободу передвижения и право жить в имперских городах (кроме горнозаводских), разрешил учебу в высших учебных заведениях. Евреям было предписано создавать начальные школы на немецком языке или посылать детей в общеобразовательные школы. Указ отменял ряд ограничений, сохранившихся с Венского собора 1267 г., например, запрет евреям выходить из своих домов до 12 часов дня в воскресенье и дни католических праздников, посещать увеселительные заведения.

Метки:

1784, 10 января — (16 тевета 5544) Король Людовик Шестнадцатый отменил налог в Эльзасе, который власти Страсбура взимали с евреев за пребывание в городе в течение нескольких часов — так называемый лейбцол (его также взимали за провоз в город скота).

Метки: