Писатель — события (0-25 из 119)

1469, 13 февраля — (1 Адара 5229) В Нейштадте близ Нюрнберга родился Элияху Левита

(бен Ашер ха-Леви Ашкенази; Элия Бахур, Медакдек — `Грамматик`, Тишби). Родился в Германии (отсюда его прозвище Ашкенази, на латинском Elias Germanus), большую часть жизни провел в Италии, в основном в Падуе (с 1504 г.), Риме (1514–27, когда при взятии города войсками Карла V лишился всего своего имущества) и затем в Венеции (за исключением 1539/40–44 гг.), где он работал корректором в типографии Даниэля Бомберга. Уже в начале своей деятельности в Италии, несмотря на осуждение раввинов, Левита обучал языку иврит многих видных христианских гуманистов (в свою очередь учась у них греческому и латинскому языкам) и заслужил такую известность, что был приглашен от имени короля Франциска I преподавать иврит в Парижском университете, но отклонил это предложение. Среди сочинений Левиты по грамматике языка иврит — «Сефер ха-харкава» («Книга составления»), посвященный в первую очередь «грамматике каждого иностранного и составного (сложного) слова» в Библии, «Ха-бахур» («Избранный», по одному из имен автора; обе книги — Рим, 1518) о роли согласных и гласных звуков в грамматике (в более позднем издании — «Дикдук Элия ха-Леви» — «Грамматика Элии Левиты») и «Луах бе-дикдук ха-пе‘алим ве-ха-биньяним» («Грамматическая таблица глаголов и их пород», не издана). Дополнением к сочинению «Ха-бахур» можно считать его книгу «Пиркей Элияху» («Главы Элияху», Рим, 1520; расширенное издание — Венеция, 1546). Левита писал также комментарии к трудам Кимхидов (см. Кимхи, семья). Благодаря четкости изложения книги Левиты (переведенные также на латынь) способствовали распространению знания языка иврит и его грамматики среди евреев и христиан, хотя значительных новшеств его грамматическая система не содержит; его разделение шва на на пять классов, однако, принято и поныне. Важным является сочинение Левиты «Масорет ха-масорет» («Традиция Масоры»; см. Масора), где впервые доказано, что знаки пунктуации и кантилляции существуют не со времен Моисея, а созданы после завершения Талмуда; этим же знакам — те‘амим — посвящена и его книга «Тув та‘ам» («Доброе разумение»; обе книги — Венеция, 1538). Чрезвычайно важны (в том числе для изучения исторической грамматики) два словаря Левиты: «Метургеман» («Переводчик») к арамейскому языку таргумов и «Тишби» (по одному из прозвищ автора) — к ивритским словам Талмуда и средневековой литературы (оба — Исни, 1541). Левита составил также одну из первых конкорданций к Библии — «Сефер ха-зихронот» («Книга упоминаний»), не получившую, однако, распространения (частично издана только в 19 в.). Первым идиш-иврит словарем явился его «Шмот дварим» («Названия вещей», Исни, 1542) на 985 слов. Левита широко известен и своими переложениями-адаптациями на идиш нескольких произведений христианской развлекательной литературы; из них сохранились «Буово д’Антона» (1507, издана в Исни, 1541, в позднейшем издании «Бове-бух») и «Парис ун Вьене» («Парис и Венера», 1508–1509?; частично сохранилось издание Верона, 1594). Левита впервые издал перевод Псалмов на идиш (Венеция, 1545; основан на прежних традиционных переводах). Умер в 1549 году в Венеции. www.eleven.co.il

 - писатель, филолог, грамматик и лексикограф языка иврит, внесший значительный вклад также в идиш литературу и лексикографию.

Метки:

1729, 22 января — Родился Готхольд Эфраим Лессинг, немецкий писатель, драматург, мыслитель и литературный критик, один из ведущих представителей Просвещения в Германии. Лессинг был поборником принципа религиозной терпимости. Уже в его раннем произведении — одноактной комедии «Евреи» (1749) — появляется, впервые в истории немецкого театра, положительный образ еврея.

Метки:

1747, 17 января — (17 Швата 5507) Marcus Herz (Маркус Герц) - врач, приятель Канта, писатель. Умер 19 января 1803 года

Метки:

1764, 18 августа — (20 Ава 5524) В Кракове родился Иегуда Лейб Бен-Зеев - писатель, языковед. "Он поставил себе целью создать орудие для возрождения древнееврейского литературного языка, вытесненного раввинским диалектом. Для этой цели им были написаны две капитальные книги: полная грамматика еврейского языка ("Talmud leshon hibri", Breslau, 1796) и полный его лексикон ("Otzar hashorashim", Wien, 1807). То было необходимое дополнение к библейскому комментарию мендельсонианцев и имело ту же цель: положить в основу новой литературы Библию вместо Талмуда. Бензеев первый осмелился опубликовать «Введение в Библию» ("Mevo lemikrae kodesh", Wien, 1810), с некоторыми, - весьма умеренными, конечно, - элементами библейской критики, заимствованными у известного немецкого ориенталиста Эйхгорна. Большая часть литературных трудов Бензеева была написана и издана в Вене, где автор провёл последние десять лет жизни, в качестве корректора еврейской типографии Шмидта (он умер в Вене в 17 февраля 1811 года, 43-х лет от роду)" (Шимон Дубнов. "Новейшая история евреев").

Метки:

1788, 2 октябряИмена.

Подробнее о людях октября см. Блог рубрика "Имена".

(1 Тишри 5549)  Родился Исаак Бер Левинсон - писатель, поборник просвещения русского еврейства.

Метки:

1795, 3 декабря — В Вильне родился историк, педагог и литератор Мордхе Арон Гинцбург (1795-1846), зарабатывал на жизнь репетиторством, был меламедом, переводчиком на немецкий язык. В 1829 году поселился в Вильне, где в 1841 году вместе с поэтом Залкиндом основал еврейское училище, которым руководил до конца жизни. Гинцбург был одним из ведущих представителей Гаскалы Вильны, хотя придерживался умеренных взглядов, находясь в оппозиции к радикальным переменам, был противником, как экстремизма ортодоксов, так и сторонников светской школы. В своей книге «Дебир» Гинцбург рассказал о заброшенных еврейских общинах в арабских странах, Китае и Эфиопии. В своей автобиографии писатель критиковал систему образования в хедерах. Как стилист Гинцбург значительно превосходил многих писателей своего времени

Метки:

1801, 8 ноября — (3 Кислева 5562) В главной синагоге Парижа исполнена ода «Ха-шалом» Эли Халфона Халеви

Халеви Эли Халфон (Алеви; 1760, Фюрт, Бавария, – 1826, Париж), еврейский просветитель, журналист и писатель. Писал на иврите и французском языке. Получив ортодоксальное образование, он из баварской провинции юношей прибыл в Париж, служил кантором, был секретарем еврейской общины, учителем. Самостоятельно занялся общим образованием; громадное впечатление произвела на Халеви французская литература. С 1817 г. по 1819 г. Халеви издавал и редактировал еженедельник «Л’Исраэлит франсе», в котором сочетались французский патриотизм и пропаганда «еврейского просвещения». Единственная опубликованная на иврите книга Халеви «Лиммудей дат у-мусар» («Уроки [еврейской] религии и этики», 1824) представляет собой трактат, излагающий основы просвещенного (реформированного) иудаизма. Наиболее известное художественное произведение Халеви — ода «Ха-шалом» («Мир»), посвященная заключению Амьенского мира между революционной Францией и Англией в 1801 г., написана на иврите и французском языке, затем положена на музыку www.eleven.co.il

Метки:

1805, 2 апреля — (3 Нисана 5565) Родился Ганс Христиан Андерсен

Вот мы и живем в третьем тысячелетии, когда-то немыслимом и недосягаемом. И скоро наши внуки, а тем более их дети и внуки станут если не говорить, то думать про нас, еще совсем не старых, как про динозавров: они родились так давно, еще в прошлом тысячелетии… Забавно думать, что и мои дети станут, пожалуй, такими -динозаврами-. И будут написаны романтические рассказы о том, где, кто и как встретил 2000 год... А мы перенесемся на сто с лишним лет назад. В новогоднюю ночь кануна 1900 года будущий писатель Константин Паустовский, тогда восьмилетний мальчик, сидел под елкой и читал сказки Ханса-Кристиана Андерсена. С тех пор старый сказочник, всего лишь за четверть века до того живший в маленькой Дании, любивший и как никто другой понимавший грустных детей и несчастливых взрослых, на всю жизнь стал его другом и самым любимым писателем. В то время маленький Паустовский думал, что Андерсен еще жив и его волновал вопрос: а тех, кто не знает датского языка и живет далеко от Дании, Андерсен тоже любит? (Об этом, со слов самого писателя, рассказал мне когда-то в Паланге Лев Адольфович Озеров.) Может, сказочники на самом деле не стареют и не умирают? Кто только ни пытался разгадать загадку вечного очарования и живучести сказок Андерсена, кто только ни писал о нем, но лучше Паустовского никто этого все-таки не сделал. Тем не менее, оказалось, что даже Паустовский кое-чего об Андерсене не знал. Сколько сказок Андерсена он прочел? А сколько прочли мы с вами? 48-50? Столько обычно собирается в сборник. Но, оказывается, он написал их более 200! По иным данным даже 256! В разных источниках - разные цифры, но намного больше, чем переводилось на русский язык. Писал он и стихи, и пьесы, в основном, трагедии, но и водевили, и путевые очерки о многочисленных путешествиях. Менее известно, что он еще трижды написал свою автобиографию, и каждый вариант был все светлей и счастливей. Видимо, ему не только надоело страдать, но даже думать и вспоминать о страданиях детства и юности надоело. В 70-е годы ХХ века в Дании - и этого Паустовский не знал: он умер в 1968 году - вышли в свет все дневники Андерсена - 12 томов! Как это можно написать о себе 12 томов? Но мы же говорим о человеке необыкновенном. А к 200-летию со дня рождения писателя, в 2005, вышла книга, в которой сказано, что кое-что он все-таки утаил. Но о чем не знаем, говорить не будем. Давайте порассуждаем: телевизоров нет, кино нет, радио нет. Даже самолетов нет - никуда, как бы этого ни хотелось, улететь нельзя. И что же остается? - читать, мечтать, ездить в дилижансе, выдумывать разные истории и записывать их. Так вот Андерсен и прожил всю жизнь, все свои семьдесят лет. Особенно далеко не ездил, ну, в Швецию, Италию, Англию, но фантазия могла перенести его и в очень далекие и совсем уж райские места... Кроме книг и упомянутых дневников, остались тысячи его писем разным людям. Тысячи! Как жаль, что они не переведены на русский язык. А может, пока я это пишу, их уже переводят? Андерсен не сразу стал писать свои знаменитые сказки. Сначала он собирался быть актером. Потом драматургом, поэтом, романистом. Но именно его устные рассказы пользовались успехом у всех, будь то дети или взрослые. Он не любил слово СКАЗКА, а предпочитал РАССКАЗ или еще лучше ИСТОРИЯ. И стал их записывать. И именно они-то принесли ему мировую славу. В России первое четырехтомное собрание сочинений вышло в 1864 году, еще при жизни писателя. Он об этом знал. Самым полным изданием до сих пор остается пятитомник в переводах А.и П. Ганзен 1895 года. Андерсена переводят и публикуют на протяжении более ста пятидесяти лет. Однако чаще всего это уже знакомые нам сочинения. А многих мы не знаем до сих пор, потому что на русский язык они не переводились. Даже о жизни его рассказано далеко не все. Вам, наверное, странно будет услышать то, о чем я хочу сейчас рассказать вам. По фрагментам из малоизвестных произведений Андерсена и по фактам его автобиографии мы вправе судить об особом отношении любимого нами и такого знакомого всем писателя к еврейскому народу, его традициям, его культуре. Рассказ Андерсена ЕВРЕЙСКАЯ ДЕВУШКА на русский язык никогда не переводился. Попробую его пересказать. Девочка Сарра училась в христианской школе для бедных. Во время уроков по религии ей позволялось заниматься чем-нибудь другим, например, географией или счетом. Но Сарру как раз очень увлекали рассказы о Библии. Задавая вопросы, она проявляла при этом хорошее знание предмета. Реакция учителей была неожиданной. Отцу девочки сказали: Если вы хотите, чтобы ваша дочь оставалась в нашей школе, она должна принять христианскую веру. И вот что, по словам Андерсена, ответил отец: Признаюсь, я сам не слишком благочестив и даже мало сведущ в иудейской религии. Но моя жена соблюдала все законы наших предков и перед смертью взяла с меня обещание, что наша девочка никогда не перейдет в другую веру. Я обещал ей, и Бог тому свидетель. Спустя несколько лет Сарра стала гувернанткой в одном богатом доме. Хозяева были люди верующие, протестанты, как и положено датчанам. По воскресеньям они уходили в церковь, которая стояла неподалеку, и Сарра вслушивалась в доносившиеся оттуда звуки воскресных песнопений и молитв. Они манили не только ее слух, но и сердце. Андерсен пишет: Ее волосы были черны как эбеновое дерево, а глаза сверкали особенным блеском, присущим дочерям Востока. Читала она только Ветхий Завет - наследие ее народа и сокровищницу знаний о нем. Она присутствовала при разговоре учителя с ее отцом, вследствие которого была исключена из школы. То обстоятельство, что мать перед смертью просила, чтобы их дочь не предавала веры предков, произвело на нее очень сильное впечатление… Однажды вечером хозяин дома читал своим домашним Жития святых. Все сидели тихо, но внимательнее всех слушала, сидя в уголке, Сарра, их служанка и гувернантка. Все, чему она внимала, виделось ей в картинках. Слезы заполнили ее черные блестящие глаза. Сердце ее трепетало, как в детстве, в школе, когда она слушала новозаветные истории. И вот уже слезы заструились по ее щекам. Внутренний конфликт становится все нестерпимей. Но Сарра не поступается своими принципами. В следующем отрывке появляется и дополнительный аспект - тема антисемитизма. Андерсену ведомо было страдание: его так часто и много унижали за его бедняцкое происхождение (отец был полунищий сапожник, мать - прачка), за некрасивость, за всевозможные странности, которые мы сегодня считаем достоинствами, например, за умение беседовать с вещами и сверчками, что он не мог не сочувствовать другим. Писатель приводит такой внутренний монолог Сарры: Нельзя, чтобы моя девочка крестилась (слова мамы перед смертью), и все ее существо эхом откликается на слова Чти отца своего и мать свою. Нет, я никогда не крещусь! Когда я стояла напротив входа в церковь, издали глядя на освещенный алтарь и слушая молитвенное пение, сын наших соседей крикнул мне, и с такой насмешкой: Еврейка! Да, это правда, с той поры, когда я училась в школе, и до сих пор меня волнуют и церковное пение и молитвы. В них - сила солнца. Даже, когда я закрываю глаза, лучи его проникают в мое сердце. Но я не предам тебя, мама, не обману. Я буду жить по законам Бога моего отца. Между тем хозяева Сарры разорились и не могут больше платить ей жалованье. Идти ей некуда, и она остается с ними и продолжает им преданно служить, не получая за это ни копейки. Проходит время, умирает хозяин дома. По просьбе его вдовы теперь уже сама Сарра читает ей из Жития Апостолов. И девушку снова охватывает забытое волнение. Повествование завершается в духе классического святочного рассказа, сильным аккордом, но вполне по-андерсеновски: Мамочка, твоя дочь не крестилась. Для христиан она была и осталась еврейкой. Обещание, данное тебе отцом на этом свете, не нарушено. Все - по твоей воле. Да, но разве не важнее исполнять волю Божию? Он посещает землю, обращает ее в пустыню, а затем превращает ее же в цветущий сад… Ведь это дело рук Христа! - и как только произнесла она это имя, дрожь прошла по всему телу, ужас объял ее и упала она лицом вниз, став бледнее своей больной госпожи, для которой только что читала вслух… Бедная Сарра, - сказали люди. - Она не жалела себя в заботах о других. Ее отвезли в больницу для бедных, там она и умерла. Ее не похоронили на освященной части кладбища, не нашлось там места для еврейской девушки; ей выделили могилку за пределами церковного кладбища, совсем под забором. Но когда божественный солнечный свет льет лучи на христианские могилы, он посылает лучик и на одинокую могилку Сарры, бедной еврейской девушки. Вот какую странную историю сочинил Андерсен. Подружку его юных лет звали Сарра Хейман. Судьба ее сложилась не очень счастливо, возможно, когда он писал, то думал о ней. Андерсен, в душе верующий христианин, был далек от официальной церкви. Это не единственный его рассказ, связанный с еврейской темой, но в нем особенно ощутимо уважение, с которым великий Ханс-Кристиан Андерсен относился к иудейской религии и приверженности евреев к своей традиции. Любопытные вариации этой темы прослеживаются и в рассказе ТОЛЬКО СКРИПАЧ и в двух его романах. Один называется БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ. В нем - целая серия теологических диалогов между мятущимся, нестойким в своей вере Нильсом и еврейкой Эстер, которая не только сама принимает крещение, но и возвращает в лоно его же религии самого Нильса. Для нас же поучителен конфликт между дедушкой Эстер и ею самой, как его осмысливает и описывает Андерсен: Дедушка не может понять ее чувств и не способен говорить с ней на эту тему. Он полагал, что своим молчанием сумеет притушить, извести чуждое влияние, надеялся излечить ее от идей, внесших дисгармонию в их семью. Он был горд за народ Израиля, который, несмотря на вековечные преследования, оставался народом особенным, избранным Всевышним - великим и в милости и в гневе. В романе СЧАСТЛИВЫЙ ПЭР его герой, подобно героям многих сочинений Андерсена, наделен автобиографическими чертами самого автора. Пэр - бедный юноша, который прежде, чем станет знаменитым оперным певцом, проходит через многие испытания и унижения. И в его жизни, как и в жизни самого Андерсена, появляется человек, который с деликатностью поддерживает его и морально и материально. О друге Андерсена речь впереди, а у Пэра им стал новый учитель музыки. В один из дней этот учитель открывает юноше тайну: он - еврей! Разумеется, он мог бы подняться по общественной лестнице, если бы согласился креститься, но он отказался от этой возможности, и хотя сам не выполняет религиозных предписаний, убежден, что религию предков не меняют. А теперь зададимся вопросом: что вызвало у Андерсена такой интерес к евреям и иудейской религии? Откуда? Почему? Допустим, Библию он знал и любил с детства. Но это обстоятельство еще ничего не объясняет. Известное сочувствие ко всем несчастным и гонимым? Безусловно. Но, скорее всего, тайна кроется в его биографии. На протяжении всей его жизни большинство из тех, кто протягивал ему руку помощи, были евреями. Фамилии этих людей известны: Карстенс, Коллин, Хенрикс, Мелхиор. Но если некоторые из них в литературе на русском языке и названы, нигде не сказано, что все они евреи. Не логично ли тогда предположить, что еврейская тема в его произведениях в какой-то мере - благодарная дань еврейским семьям, которые поддерживали писателя и помогали ему. Вы помните книжку Ирины Муравьевой АНДЕРСЕН в серии -Жизнь замечательных людей-? Наверное, у многих из вас она стоит на полке и сегодня. Первое ее издание вышло в 1959 году и мгновенно разошлось, и с тех пор она много раз переиздавалась. Автор, Ирина Игнатьевна Муравьева, ушла из жизни в 1961 году, еще до выхода второго издания, не достигнув и сорокалетнего возраста. Муравьева знала не только немецкий и французский, но и датский язык, была знакома с письмами и дневниками Андерсена, не говоря уже о работах исследователей жизни и творчества писателя, и книга ее - поэтичная и яркая. Можно было бы сказать, что и правдивая, и достоверная, если бы не одно маленькое обстоятельство. Вот один пример: Лето миновало, аисты улетели за море к пирамидам, а в опустевших полях завывала метель. В эту зиму Ханс-Кристиан… ходил в школу. Когда мать привела его сюда в первый раз, он порядком струсил, потому что уже знал, что не всегда в школе бывает хорошо. Этот печальный опыт он приобрел, посещая маленькую частную школу для девочек, где старая вдова перчатника с помощью прута учила читать по складам…. И когда эта -треска в чепце- ударила и его, мать забрала мальчика из этой школы, а так как в городской школе для бедных мест тоже не было, она отвела его к господину Ф. Карстенсу. Вот это -маленькое обстоятельство- последовательно опускается, выбрасывается из текста, и именно потому, что сам Ф. Карстенс был еврей, и его школа была еврейская. Да, Ханс-Кристиан Андерсен учился в еврейской школе - вот она, первая тайна, и я не сомневаюсь, что Ирине Игнатьевне она была известна. Не могу, однако, заподозрить ее в нелюбви к евреям: она сама дважды была замужем за евреями. Муравьева была скорее юдофилкой и уж никак не юдофобкой, но в 50-е годы написать, что великий датский сказочник учился в еврейской школе, что среди тех, кто помогал ему всю жизнь, было много евреев, она не могла, ее книжка, скорее всего, не увидела бы света… Поэтому о многом ей пришлось умолчать. О том же, что юный Андерсен стал свидетелем еврейского погрома в Копенгагене, Ирина Муравьева могла и не знать. В автобиографии Андерсена, изданной на английском языке, писатель вспоминает о своем приезде в Копенгаген. Это было в 1819 году. Ему четырнадцать. И он один в чужом городе. Вот его запись в дневнике: Вечером, накануне моего приезда, произошла тут еврейская свара (Андерсен не знал слова ПОГРОМ), которая распространилась на многие европейские страны. В городе беспорядки, улицы полны народу. Шум, паника, переполох - это было много сильнее моего воображения, моего представления той поры о характере большого города. В истории Дании погромы были редки. Они пришли сюда из Германии. После разгрома Наполеона реакция подняла голову и вспыхнула ненависть к чужим. Евреи, как обычно, стали первыми козлами отпущения. Ненавистные в Германии французы дали евреям гражданские права, свободу. Кому? Этим космополитам?.. Начались факельные шествия, преследования евреев, уже тогда жгли книги, выбивали витрины. Но после ареста зачинщика этих дел Фридриха Людвига Яана прусской полицией волнения покатились дальше, достигнув и Дании. И этому был свидетелем подросток Андерсен. Известный биограф Моника Стирлинг отмечает, что странный мечтательный мальчик не умел находить себе друзей, и Ф. Карстенс, директор еврейской школы, заметив это, часто занимался с ним отдельно, беседовал с ним и брал на прогулки вместе со своими сыновьями. Андерсен очень дорожил симпатией к нему Карстенса, в которой так нуждался. И в зрелые годы Андерсен не забывал своего доброго друга. Став знаменитым, он продолжал писать ему письма, посылал свои книги и навещал, когда бывал в Оденсе - городе, где прошло детство писателя. Из отдельных отрывков его сочинений видно, что Андерсен разбирался в еврейских обычаях, знал законы иудейской религии. И хотя в его автобиографии есть и портрет несимпатичного еврея, неопрятного на вид случайного попутчика, который без умолку болтает и сыплет анекдотами, или описание ужаснувшей его атмосферы в одной из римских синагог - вместо тихого религиозного экстаза он увидел там жестикулирующих и громко переговаривающихся друг с другом людей, -как на бирже-, замечает он, но в целом его симпатии всегда на стороне евреев. Тот же факт, что Андерсен не употребляет для сравнения таких слов, как УЛИЦА или БАЗАР, а именно БИРЖА, говорит, что и он не лишен был устоявшихся стереотипов в отношении евреев. Прибыв в Венецию, он направляется в район еврейского гетто, заходит вместе с другом в гости к еврейской семье, видит на столе ТАНАХ (еврейскую Библию), открывает книгу и, к удивлению хозяев дома, читает первые строки на иврите. Он уже знаменит на всю Европу, только его земляки все еще не могут простить ему его бедняцкого происхождения, его нищенского прошлого. Хуже всего ему именно в Дании. В 1866 году Андерсен побывал в Амстердаме. Он приходит на симфонический концерт и записывает потом в дневнике: Там была элегантная публика, но я с грустью отметил, что не вижу тут сыновей народа, давшего нам Мендельсона, Халеви и Мейербера, чьи блестящие музыкальные сочинения мы слушаем сегодня. Я не встретил в зале ни одного еврея. Когда же я высказал свое недоумение по этому поводу, то, к своему стыду - о, если бы мои уши обманули меня! - услыхал в ответ, что для евреев вход сюда воспрещен. У меня осталось тяжелое впечатление об унижении человека человеком, об ужасающей несправедливости, царящей в обществе, религии и искусстве. Остроту и этой реакции можно понять, помня о сердечной близости и многолетней дружбе с еврейскими семьями: он видел проблему как бы изнутри. Сначала был Ф. Карстенс. Затем появились Эдвард и Ионас Коллин, они не только помогли юному драматургу получить образование в Копенгагене, добились для него королевской стипендии для учебы в Латинской школе, но и брали на себя многочисленные хлопоты и расходы по устройству его быта. Без совета и помощи строгого, но заботливого господина Эдварда Коллина Ханс-Кристиан многие годы не принимал ни одного решения, хотя и сетовал порою на чопорную атмосферу в доме Коллинов и прохладное отношение к его творчеству. Но он всегда знал, чем обязан этой семье. А потом в его жизнь вошли два новых семейства - Хендрикс и Мелхиор. Особенно любил он радушный дом Мелхиоров. Тут не приходилось ничего скрывать, тут с сочувствием относились к его прошлому, в котором были и горе, и холод, и голод. Эти благородные люди сумели оценить его талант и полюбили как родного. Представители этой почтенной семьи до сих пор живут в Дании. В Краткой еврейской энциклопедии на русском языке я не нашла упоминания фамилии Мелхиор, но в энциклопедии на иврите 1987 года и в английской Judaica читаю: Мелхиор - еврейская семья в Дании. Глава семейства Моше Мелхиор прибыл из Гамбурга в Копенгаген в 1750 г. Добился успеха и известности торговлей кожей и табаком. Его сын Гершон и внук Мориц расширили фирму, а Мориц стал членом датского парламента. Он был другом Ханса-Кристиана Андерсена. В 1852 году был избран главой еврейской общины Дании. Скончался в 1884 году. Через девять лет после смерти Андерсена. Другой член семьи Мелхиоров, Маркус, был главным раввином Дании с 1947 по 1969 годы. Он же переводил на датский Шолом-Алейхема. И сын его Бент стал раввином… Один из отпрысков этого семейства, Михаэль Мелхиор, живет в Израиле и принимает участие в политической и общественной жизни. Будучи министром по делам диаспоры, он побывал с визитами в России и в Украине. А теперь вернемся из двадцать первого века в девятнадцатый, к Андерсену и Морицу Мелхиору. Мориц и его семья окружили Ханса-Кристиана такой любовью и сердечным теплом, что он не раз и не два говорит об этом в дневниках и письмах. После смерти сначала Эдварда, потом Йонаса Коллина, чей дом был для Андерсена своим на протяжении многих лет, практически со дня приезда в Копенгаген, именно дом Мелхиоров он награждает определением Home of homes - лучший из домов. В этом доме он провел последние годы жизни и здесь скончался. Из автобиографии Андерсена: В день моего рождения, 2 апреля (год 1866, ему уже 61 год), моя комната украшена цветами, картинами, книгами. Звучит музыка и звучат приветствия в мою честь. Я в доме моих друзей - семьи Мелхиор. На улице светит весеннее солнце, и такое же тепло я чувствую в своем сердце. Я осмысливаю прошедшее и понимаю, как велико счастье, которого я удостоился. Почти до конца жизни, даже когда Андерсен был уже болен, он писал свой дневник. А когда не смог писать, то принялся диктовать, а записывали хозяйка дома, Доротея Мелхиор, или две ее дочери. В последнюю неделю жизни, с 28 июля по 4 августа 1875 года, он уже и диктовать не мог. Осталась запись самой Доротеи Мелхиор: Среда. 4 августа. Андерсен спит с десяти вечера. А сейчас уже 10 часов утра. Он все еще дремлет, и мне кажется, что у него температура. Ночью он кашлял… У него не было сил поставить чашку с остатками каши на место, и каша вылилась на одеяло. Вчера, после ухода доктора Мейера, Ханс-Кристиан сказал мне: Доктор собирается вернуться вечером - это дурная примета. Я ему напомнила, что доктор приходит к нему уже две недели подряд два раза в день, утром и вечером. Мои слова успокоили его. И вот свет погас. Смерть - как нежный поцелуй! В 11 часов 5 минут наш дорогой друг вздохнул в последний раз… (А на интернетовском сайте peoples.ru читаю: Андерсен умер в полном одиночестве на своей вилле Ролигхед...) В отрочестве Андерсен обещал матери стать знаменитым, а когда стал им, никак не мог поверить в это. Однажды ему оказали большую честь: пригласили во дворец герцога Веймарского. Из письма приятельнице Генриэтте Вульф: Меня приняли очень тепло. А потом, в поезде, произошло следующее. И это уже не впервые. Когда люди узнают, что я - датчанин, тут же перечисляют моих знаменитых земляков - Торвальдсена-скульптора, Эленшлегера-поэта и Эрстеда-физика… А я с грустью произношу: Но никого из них уже нет на свете. И слышу в ответ: Но Андерсен еще жив! И я сжимаюсь, я так мал… Может, это сон наяву? Боже мой, возможно ли, что мое имя произносят рядом с этими великими… Писатель был гоним, он не был любим так, как любил сам, как хотел и умел любить, и у него всегда, даже в годы его славы, щемило сердце, когда он распознавал такое знакомое ему ощущение - боль… ШУЛАМИТ ШАЛИТ ЗНАКОМЫЙ НЕЗНАКОМЕЦ Альманах ЕВРЕЙСКАЯ СТАРИНА №12 (36) Декабрь 2005

, датский сказочник. Выдержка из его дневника :".. побывал в Амстердаме на симфоническом концерте. Там была элегантная публика, но я с грустью отметил, что не вижу тут сыновей народа, давшего нам Мендельсона, Халеви и Мейербера, чьи блестящие музыкальные сочинения мы слушаем сегодня. Я не встретил в зале ни одного еврея. Когда же я высказал свое недоумение по этому поводу, то, к своему стыду - о, если бы мои уши обманули меня! - услыхал в ответ, что для евреев вход сюда воспрещен. У меня осталось тяжелое впечатление об унижении человека человеком, об ужасающей несправедливости, царящей в обществе, религии и искусстве".

Метки:

1806, 4 октября — (22 Тишри 5567) Иерусалим посетил французский писатель Шатобриан: "Дома Иерусалима - это мрачные прямоугольные нагромождения, очень низкие, без дымовых труб и окон, выглядят словно тюрьмы или гробницы".

Метки:

1806, 12 октября — (30 Тишри 5567) Иерусалим покинул французский писатель Шатобриан: "поражает то, что настоящие, законные хозяева Иудеи являются рабами и чужаками на своей земле, поражает, как под столь тяжёлым гнётом они не перестают ждать прихода царя-освободителя".

Метки:

1808, 11 января — В местечке Слободка, ныне в черте Каунаса, родился Абрахам Мапу Абрахам Мапу - первый еврейский писатель эпохи Хаскалы - еврейского общественного течения в Европе, пропагандирующего отказ от культурно-религиозной обособленности еврейства

Метки:

1808, 28 декабря — (9 Тевета 5569) Родился Аврахам Мапу - писатель, первый беллетрист эпохи Хаскалы. Писал на иврите. Сын меламеда, Мапу с 12 лет самостоятельно изучал иудаизм и проявлял интерес к еврейской мистике. Некоторое время примыкал к любавичским хасидам затем занялся каббалой. Самоучкой освоил латинский, немецкий, французский и русский языки. Около 1832 г. стал увлекаться идеями Хаскалы. Большое влияние на Мапу оказало пребывание в городе Россиены — одном из первых центров Хаскалы в Литве. Там он усиленно работал над задуманным еще в начале 1830-х гг. историческим романом из библейской жизни «Ахават Цион» («Любовь в Сионе») — первым в литературе на иврите. Работа над романом продолжалась в Вильно (1844–47) и Ковно (с 1847 г.), где Мапу с 1848 г. и до конца жизни был учителем в казенной еврейской школе. Роман был издан в 1853 г. Романы Мапу из жизни Древнего Израиля написаны необиблейским стиле, пропагандируемым сторонниками Хаскалы. Изобилующие сложной интригой и неожиданными поворотами сюжета на фоне величавой природы произведения писателя ассоциируются с книгами А. Дюма и Э. Сю, но уступают им в художественности. Мапу умер в 1867 году в Кениксберге.

Метки:

1812, 21 января — (7 швата 5572) Родился М. Гесс

Моше Гесс родился в Бонне, был воспитан дедушкой в духе ортодоксальных еврейских традиций. Родители Гесса переехали в Колонь в интересах бизнеса. Моше смог присоединиться к ним только в возрасте 14 лет. В 1837 - 1839 гг. он изучал философию в Боннском Университете, но не получил диплома. В Колоне Мозес Гесс основал первую социалистическую ежедневную газету и с конца 1842 года был её парижским корреспондентом. В качестве журналиста Гесс много путешествовал по Бельгии и в 1845 году примкнул к коммунистическому движению в Бельгии. В 1848 году он вернулся в Париж, в 1849 году попросил убежища в Швейцарии. Двумя годами позднее Гесс переехал в Бельгию и, наконец, в 1853 году окончательно поселился в Париже, где прожил до смерти. После смерти отца в 1851 году Мозес Гесс унаследовал состояние, обеспечившее ему экономическую независимость. Тогда же Гесс женился на Сибилл Пеш, своей политической единомышленице, исповедовавшей христианство. В 1861 - 1863 гг. Мозес Гесс жил в Германии, где опубликовал свою самую известную работу -Рим и Иерусалим-, представляющую из себя классическую теорию сионизма. В конце 1863 года Гесс вернулся в Париж, наладил сотрудничество с еврейскими и другими издательствами. Он также был парижским корреспондентом ряда социалистических газет Соединёных Штатов и Германии. Когда началась Франко-Прусская Война, Мозес Гесс, как подданый Пруссии, был изгнан из Франции. Он поехал в Бельгию, но после войны вернулся в Париж и начал новую философскую работу. Однако смерть оборвала её. В соответствии с последней волей Гесса, он был похоронен на еврейском кладбище возле Колони. В 1961 году останки Мозеса Гесса были перевезены в киббуц Кинерет. Издание первой книги Гесса, историко-философского произведения, написанного под воздействием философии Спинозы и Ветхого Завета, а также второй книги, в которой он ратовал за объединение трёх великих держав (Англия, Франция и Германия) в единое европейское государство, поставило его имя в одном ряду с именами известных писателей. Позднее имя Гесса ассоциировалось с именами первых известных немецких социалистов. Самой знаменитой книгой Гесса стало произведение -Рим и Иерусалим-, опубликованное в 1862 году в Германии. Мозес Гесс полагал, что свободный труд должен заменить капиталистическую систему, основанную на эксплуатации человека человеком. Хотя идеи Гесса были подвергнуты критике Марксом и Энгельсом в их Коммунистическом Манифесте, он был одним из первых, кто признал величие Маркса и непреложность его идей. Однако, следует отметить, что Гесс так и не стал марксистом. Отношение Гесса к еврейскому вопросу претерпело изменения в течение его жизни. В 20-ые годы он ощущал себя немцем и верил, что евреи должны ассимилироваться. Позднее, реагируя на всплеск антисемитизма в Европе, он выражал сострадание своим собратьям. Так, в -Риме и Ирусалиме- - своей классической сионистской книге - Гесс заявил, что он возвращается к своим людям. После певого личного столкновения с антисемитизмом Моше Гесс вернулся к еврейской национальной концепции, основанной на том, что еврейский народ, живя в изгнании, обязан сохранить свою национальную самобытность и стремиться к возвращению в Эрец Исраэль, на землю предков. Единственное средство сохранения национальной самобытности Гесс видел в еврейской религии. При этом он считал, что надо придерживаться всех религиозных традиций в их первозданном виде, не подвергая их никаким модификациям - до возвращения народа Израиля в Палестину. И только затем, Синадрион, высший совет мудрецов, сможет внести изменения в законы Галахи, в соответствии с требованиями времени. Будущее еврейское государство, писал Гесс, должно быть построено на своей земле, при соответствующих социально-экономических условиях, направленных на повышение благосостояния рабочих, стимулирующих их труд. Работы Мозеса Гесса были по настоящему оценены только с расцветом сионистского движения. Статьи о Гессе и ранние переводы его трудов стали появляться в 80-ые годы. -Избранное- Гесса было опубликовано на немецком, польском и иврите под редакцией Мартина Бубера. http://www.jafi.org.il/education/100/russian/people/Forerunners/MosesHess.html

  - писатель, автор знаменитого исследования под названием "Рим и Иерусалим".

Метки:

1815, 15 апреля — (5 Нисана 5575) В Могилёве родился еврейский писатель и публицист Элиэзер Цвейфель

Писал на иврите и - в меньшей мере - на идиш. Его отец, любавичский хасид, занимал скромную должность меламеда. Цвейфель получил основательное домашнее образование и славился знанием раввинистической и хасидской литературы. Родители женили Цвейфеля в юном возрасте, но его семейная жизнь не сложилась, и молодость он провел, скитаясь и зарабатывая проповедями и преподаванием. В 1853 году Цвейфель был назначен преподавателем Талмуда в раввинское училище в Житомире и стал любимым наставником нескольких поколений воспитанников (среди них был и будущий главный раввин Московской хоральной синагоги Яаков Мазе). В 1873 г., когда училище было преобразовано в учительский институт, Цвейфеля уволили, и он вернулся к ненадежному заработку бродячего учителя; в старости поселился в доме дочери. Литературное творчество Цвейфеля отличается разнообразием жанров (стихи, рассказы, публицистика, проповеди, труды по истории, литературно-критические статьи) и новизной стиля. Первый его ивритский сборник стихотворений и статей - "Миним ве-угав" ("Струны и орган" - вышел в Вильно (1858), а в 1867 г. вышел сборник рассказов и стихотворений "Тушия" ("Мудрость"). Для распространения идей умеренного просветительства Цвейфель обратился к творчеству на идиш; его трактаты "Мусар хаскел" ("Нравственное наставление", 1862), "Тохахат хаим" ("Жизненное порицание", 1865), рассказ "Дер гликлехэр мафтир" (1886) и другие произведения пользовались широкой популярностью. Однако наибольшую славу (но и наибольшее неприятие) принесло Цвейфелю его крупнейшее произведение на иврите - четырехтомный исторический труд "Шалом ал Исраэль" ("Мир Израилю", Житомир-Вильна, 1868-73), посвященный истории хасидизма. Х. Слонимский, в то время цензор еврейской печати, попытался воспрепятствовать выходу 1-го тома, сочтя труд чересчур апологетичным; когда, несмотря на это, книга вышла, Слонимский, А.Готлобер и другие выступили в печати с резкими нападками на историческую концепцию Цвейфеля. Тем не менее, работа "Шалом ал Исраэль", опирающаяся на обширный документальный материал и изобилующая впервые введенными в научный оборот фактами религиозной борьбы в еврейской среде 18 в., была высоко оценена позднейшими историками (в частности, Шимоном Дубновым) и пользовалась вниманием писателей (М. Бердичевского, М.Бубера). Цвейфель - автор популярных исторически-философских трактатов "Хешбоно шел олам" ("Высший счет", 1878), "Нецах Исраэль" ("Вечность Израиля", 1884). Цвейфель снискал известность и как публикатор и комментатор художественных, публицистических и проповеднических произведений. Он подготовил к печати и снабдил комментариями сборник "Мусар ав" ("Отцовское наставление", 1865), в котором помещены письма Маймонида и Иехуды Ибн-Тиббона своим сыновьям; книгу испанского раввина 13 в. Шем-Това Ибн-Шапрута "Пардес римоним" ("Гранатовый сад", 1866; комментарий к произведениям аггадической литературы); сборник статей своего умершего коллеги - преподавателя Житомирского раввинского училища Гирша Сегаля "Ликкутей Цви" ("Сочинения Цви /Гирша/", 1866); переиздал комментарий Шломо Паппенхайма к литургическому гимну "Хомер бе-яд ха-йоцер" ("Глина в руках Творца", 1868), опубликован впервые в начале 19 в., а также трактат о морали И. Л. Маргалиота "Бет миддот" ("Храм", 1870), впервые опубликован в 1777 г. Умер Элиэзер Цвейфель в Глухове, Сумской области (Украина) 18 февраля 1888 года.

 

Метки:

1816, 2 июняИмена.

Подробнее о людях июня см. Блог рубрика "Имена".

(6 Сивана 5576)   В семье купца, предки которого бежали когда-то вследствие религиозных преследований из Испании в Англию, родилась Грейс Агилар

Первая её книга — поэтический сборник «Магический венок» — вышла (анонимно), когда ей было всего 19 лет. Интерес к еврейской истории, с детства отличавший Агилар, проявился в ряде ее беллетристических произведений, наиболее известным из которых был роман «Кедровая долина, или мученик» о преследовании марранов инквизицией. В сборнике рассказов на еврейские темы «Домашние сцены и наука сердца» (1843) Агилар впервые в английской литературе показывает уклад жизни современной еврейской семьи. Сентиментально-дидактической направленностью характеризуются семейные хроники «Домашнее влияние» и «Материнское вознаграждение» (написаны до 1836 г., изданы соответственно в 1847 г. и 1857 г.). Будучи глубоко верующим человеком и соблюдая мицвот, Агилар выступала против формализма в обрядах и проявляла интерес к реформизму в иудаизме. Ей принадлежит ряд религиозно-назидательных сочинений, в том числе «Дух иудаизма» — в защиту веры и ее приверженцев (1842), «Женщины Израиля» (1845), «Иудейская вера» (1846). Важнейшим средством борьбы против ассимиляции Агилар считала изучение еврейской истории; ее труд «История евреев в Англии» (опубликован в журнале «Чемберс мисселени», 1847) был одним из первых сочинений на эту тему. Большой популярностью пользовался роман «В дни Брюса» (1852), посвященный Шотландии 14 в. Произведения Агилар многократно переиздавались, переводились на немецкий язык и иврит. Особым успехом пользовались они у юношества, писательница пробуждала среди еврейской молодежи гордость за прошлое своего народа, а также сочувствие к требованию равноправия евреев в английском обществе. Умерла 16 сентября 1847 года в Чарльстоне, штат Южная каролина.

 - английская писатель-ница.

Метки:

1817, 26 января — (9 швата 5577) В городе Кобеляки Полтавской губернии родился Осип Рабинович, русско-еврейский писатель и публицист, основоположник русско-еврейской литературы.

Метки:

1825, 12 марта — (22 Адара 5585) Родился Г. Багров - еврейский писатель на русском языке. Критиковал обособленность еврейского образа жизни, иудаизм, религиозное воспитание. Палестинофильство называл авантюризмом.

Метки:

1826, 27 января — Родился русский писатель М. Салтыков-Щедрин. В 1882 он один из немногих русских интеллигентов выступил в защиту евреев: "Можно ли представить себе мучительство более безумное, более бессовестное?"

Метки:

1828, 9 сентября — По н. ст. родился Лев Толстой - русский писатель, считающийся юдофилом

"ЧТО ТАКОЕ ЕВРЕЙ?

Что такое еврей? Этот вопрос вовсе не такой странный, каким он может показаться на первый взгляд.

Посмотрим же, что это за особое существо, которого все> властители и все народы оскорбляли и притесняли, топтали ногами и преследовали, жгли и топили, и который назло всему этому все еще живет и здравствует.

Что такое еврей, которого никогда не удавалось сманить никакими соблазнами в мире, которые его притеснители и гонители предлагали ему, лишь бы он отрекся от своей религии и отказался от веры отцов?

Еврей - это святое существо, которое добыло с неба вечный огонь и просветило им землю и живущих на ней.

Он - родник и источник, из которого все остальные народы почерпнули свои религии и веры.

Еврей - первооткрыватель культуры Испокон веков невежество было невозможно на Святой Земле - еще в большей мере, чем нынче даже в цивилизованной Европе. Больше того: в те дикие времена, когда жизнь и смерть человека не ставили ни во что, рабби Акива высказался против смертной казни, которая считается ныне вполне допустимым наказанием в самых культурных странах.

Еврей - первооткрыватель свободы. Даже в те первобытные времена, когда народ делился на два класса, на господ и рабов, Моисеево учение запрещало держать человека в рабстве более шести лет.

Еврей - символ гражданской и религиозной терпимости. "Люби пришельца, - предписывал Моисей, - ибо сам был пришельцем в стране Египетской". Эти слова были сказаны в те далекие варварские дни, когда среди народов было общепринято порабощать друг друга. В деле веротерпимости еврейская религия далека не только от того, чтобы вербовать приверженцев, а напротив - Талмуд предписывает, что если нееврей хочет перейти в еврейскую веру, то должно разъяснить ему, как тяжело быть евреем, и что праведники других религий тоже унаследуют царство небесное.

Еврей - символ вечности. Он, которого ни резни, ни пытки не смогли уничтожить; ни огонь, ни стереть с лица земли: он, который первым возвестил слова Господа, он, который так долго хранил пророчество и передал его всему остальному человечеству - такой народ не может исчезнуть. Еврей вечен, он - олицетворение вечности.

Лев Толстой, 1891."

  см. 18 февраля 1896 года

Метки:

1831, 1 августа — На 55 году жизни умер Лев Николаевич Невахович (Иехуда Лейбе бен Ноах)

Родился в 1776 году в польском городке Летичеве Подольского воеводства (ныне Хмельницкая область Украины). Н. поселился в Петербурге в конце XVIII века вместе со своим другом и бывшим учеником, известным откупщиком Абрамом Перетцем. Быть может, занимал официальное положение в качестве переводчика; перевел на русский язык некоторые важные еврейские документы из дела по обвинению, тяготевшему над руководителем белорусских хасидов Залманом Шнеерсоном, причем переводы снабжены примечанием: "перевел с еврейского переводчик Лейба Ноах". Среди подписчиков "Меасефа" за 1809 г. фигурировал в качестве "секретаря сената". Посвящал свое время в Петербурге литературным занятиям. Владея несколькими языками, Н. был знаком с немецкой литературой, он цитировал Лессинга, любимым же его писателем был, по-видимому, Мендельсон. Но исключительным для того времени явлением представляется то обстоятельство, что ему не была чужда и русская литература. В противоположность даже более поздним поборникам общего образования, воспитанный на немецкой литературе, любил русскую литературу, был привязан ко всему русскому; далекие от русской культурной жизни, маскилим были космополитами, а H. почитал себя русским гражданином. Был склонен к мечтательному философствованию; но вместе с тем он обладал боевым темпераментом; тихое созерцательное настроение чередовалось в нем с бурными порывами возмущения. Свои размышления и душевные переживания Н. любил поверять бумаге — "тайная некая сила призывает меня к перу". И характерно, что Н. преднамеренно писал преимущественно на русском языке, "более известном и употребительном в моем отечестве". В 1803 г. Еврейский комитет вырабатывал законодательство о евреях; в комитете приняли участие и некоторые евреи, по личному приглашению его членов, — весьма вероятно, что был одним из приглашенных. Находясь в тесном общении с Перетцем и видным общественным деятелем Нотой Ноткиным, Н. выпустил в 1803 г. книжку "Вопль дщери Иудейской". Она была посвящена министру внутренних дел и члену комитета графу Кочубею, а появившуюся в 1804 г. переделку произведения на еврейском языке "Кол Шават бат Иегуда" посвятил Перетцу и Ноткину. Сочинение заключает в себе три небольших произведения, тесно между собой связанных: "Вопль дщери Иудейской"; "Собеседование между Синат-Гадатом (Нетерпимость), Эметом (Истина) и Шалумом (Миролюбие)" и "Чувствование верноподданного на случай учреждения по Высочайшему Его Величества Государя Императора Александра I повелению Комитета о устроении евреев на пользу государственную и их собственную". Целью книжки было вызвать в русском обществе гуманные чувства к евреям, напомнить читателю о том, что евреи лишены гражданских прав. Но более всего стремился к тому, чтобы внушить русским людям взгляд на евреев, как на "соотчичей". Быть может, потому, что еврейские деятели успели уже ознакомить правительство с условиями правовой и экономической жизни еврейского народа, Н. описывает в своей книге не физические, а нравственные страдания, которые переживает еврейский народ, будучи отвержен окружающим населением; душа самого автора "унижается прискорбием единоплеменников, отвергаемых от сердец соотчичей", и он в сильных выражениях изображает вопль униженного народа: "Быть презренным — сего не довольно! О, мучение, превосходящее всякую горесть на свете! О, мучение, меры которого ни один смертный изъяснить не может! Если бы громы, ветры, бури и шумное треволнение океана, смешиваясь с воплем человека презренного, составили единый глас, то разве бы тогда уже такой ужасный вопль мог выразить великость страдания оного!". Самого Н. угнетало, главным образом, общественное унижение: "Я чувствую, — писал он, — всю тяжесть этого мучения и прошу облегчения". Зло заключается в том, что предрассудки и нетерпимость, внушаемые людям в раннем возрасте, с трудом искореняются, и Н. в страстных выражениях пытается опровергнуть ложные обвинения, взводимые на евреев: "Ах, христиане! — восклицает он, — вы ищите в человеке Иудея, нет, ищите в Иудее человека, и вы, без сомнения, его найдете... Клянусь, что Иудей, сохраняющий чистым образом свою религию, не может быть злым человеком, ниже, худым гражданином!!!". Ноах, несомненно, добивался уравнения евреев в правах, но в своем сочинении он лишь слегка касается этого вопроса, останавливаясь, главным образом, на выражении своих пожеланий, чтобы русское общество приняло в свою среду евреев, как таковых; Ноах высказывается против измены религии: "Если бы мы и отвергли свой закон, чтобы уравняться в правах, то сделались ли бы чрез то достойными?". Это было единственное произведение, которое Н. посвятил евреям. Вероятно, Положение о евреях 1804 г. отняло у него надежду на лучшее будущее евреев в России. В 1804 г. Н. выпустил "Человек в природе. Переписка двух просвещенных друзей" — размышления философского характера; здесь, в первом письме, автор торжественно клянется в любви к родине, несмотря на то что народы, населяющие родину, различны по вероисповеданию и что найдутся такие, которые не признают в нем брата. В 1804—05 гг. Н. сотрудничал в "Северном Вестнике" Мартынова, как это можно понять из предисловия Ноаха к последующему сочинению, напечатанному в 1806 г. в журнале "Лицей" того же Мартынова, — "Примечания на рецензию, касательно опыта российской истории Елагина" (в 1806 г. выпущено отдельным изданием); в этой статье Н., между прочим, возмущается тем, что русские допускают, чтобы иностранцы превратно судили о России, и что русские люди предпочитают иноземное своему родному. В 1809 г. на сцене Императорского театра в Петербурге была поставлена драма Н. "Сулиоты или спартанцы XVIII в.", посвященная Марье Алексеевне Нарышкиной, подруге Императора Александра I; на втором спектакле присутствовал государь и тогдашний правитель Сули. Говорили, что Н. написал также часть трагедии "Дебора" князя Шаховского, у которого Н. жил (1810). По мере появления этих сочинений менялся, так сказать, внешний облик Н.: На "Вопле дщери Иудейской" красовалась подпись "Лейба Н."; на книжке "Рецензия и проч." — "Л. Н.", а на драме "Сулиоты" — "Лев Н.". Переход в христианство состоялся, вероятно, около 1809 г. Из дальнейшей жизни Н. известно, что с 1817 г. он служил в Варшаве при министре финансов Царства Польского в чине титулярного советника, а потом занимался коммерческими делами; он брал в аренду табачную монополию в Ц. Польском. В 1817 г. Н. напечатал в "Сыне Отечества" (№№ 30—31) перевод "Речи, говоренной покойным генерал-суперинтендантом Рейнботом". В 1829 г. Н. перевел "Мысли об истории человечества" Гердера. В 1832 г. в Петербурге была поставлена его драма "Меч правосудия". В "Энциклопедическом Словаре" Брокгауза и Ефрона ошибочно отмечено, будто Н. был начальником репертуарной части Императорского театра; Зотов, в своих воспоминаниях (Исторический Вестник, 1890, апрель, 103—105) писал, что сын Н., Александр, драматург, бывший начальником репертуарной части Императорского театра, занял в театре "место моего отца", т. е. отца Зотова, а не "своего" отца. Другой сын Н., Михаил (1817—1850) был известным карикатуристом; в 1846—49 гг. издавал в Петербурге "Ералаш". источник

  - писатель, публицист, драматург и просветитель, автор первого русского произведения в защиту евреев в России.

Метки:

1835, 20 декабря — (29 Кислева 5596) Родился Менделе Мойхер Сфорим

Его часто называют отцом литературы на идише. Ибо до него, если разговорный идиш и был распространен в Восточной Европе, литературным языком он не считался. И действительно, кроме газет на среднем уровне и книг религиозного содержания (главным образом, для женщин) очень мало было написано на идише на высоком уровне. Иногда просвещенные евреи писали на языке своего окружения, но гораздо чаще - на иврите. Да и Менделе начал свою литературную карьеру на иврите. В 1860г., когда ему было 25 лет, вышел его "Мишпат шалом" ("Мирный суд"). Семью годами раньше возрождение ивритской литературы было отмечено успехом, выпавшим на долю романа Аврагама Мапу "Агават Цион", основанного на рассказах из Танаха. А Менделе с самого первого его эссе интересовался современными евреями. Он был и строгим их критиком, и задушевным их бытописателем. Потому он и перешел на идиш, язык своего народа, чтобы "превратить эту Золушку, - как он говорил, - в настоящую даму". Однако он продолжал писать и на иврите - временами чаще, чем на идише, временами реже. Своего рода двоякий писатель и двоякая личность, что отражено в его псевдониме Менделе Мойхер-Сфорим (Менделе - продавец книг). Менделе родился в 1835г. в семье Абрамовичей в белорусском местечке, и назвали его Шалом-Яаков. Отец умер, когда ему было 13 лет. Юный Шалом-Яаков, уже весьма сведущий в Талмуде, продолжал религиозное образование во многих йешивах Волыни и Украины. Жил он крайне бедно и ощущал себя частью тех бедных и богобоязненных евреев, которых он потом описывал в своих произведениях как на иврите, так и на идише. После окончания учебы он стал учителем. Он прожил одиннадцать лет в Бердичеве, двенадцать - в Житомире, два года - в Женеве и наконец переехал в Одессу, где и прожил тридцать пять лет до самой смерти в 1917 году, когда ему было 82 года. Его первое произведение на идише "Дос клейне менчеле" ("Маленький человек") написано в последние годы его пребывания в Бердичеве. Оно печаталось с продолжением в журнале "Кол мевасер", выходившем тогда в Одессе. Успех пришел немедленно и надолго. С тех пор, - писал он в своих автобиографических записках, - "я был самим духом языка идиш... сдабривая его всеми положенными ему специями и приправами. Отныне это была настоящая дама, красивая и изящная, которая одарила меня многими детищами". Что толкало Менделе писать на идише, когда интеллектуальная еврейская элита презирала этот "жаргон" и старалась создать современную ивритскую литературу? Менделе объясняет это в двух автобиографиях, написанных, впрочем, на иврите: "Решимот летолдотай" ("История моей жизни") в 1889г. и "Баямим гагем" ("В те дни"), впервые вышедшую в 1904 году. Его тревожит следующий вопрос: когда он пишет на иврите, для кого он пишет? Для своего народа, но большинство евреев не понимает иврита - только идиш. И он решает писать для большинства народа, жаждущего культуры, на идише, не теряя своей репутации ивритского автора. Он знал, что вызовет на себя огонь критики, когда будет писать на идише. Распри по поводу преимущества иврита перед идишем начались с его первых рассказов на идише и длились до первой четверти XX века, когда иврит утвердился как официальный язык еврейского возрождения в Палестине, возрождения языкового и литературного, еще более утвердившегося с образованием государства Израиль в 1948г. Самая известная повесть "рассказчика на идише", конечно же, "Фишке дер крумер" ("Фишке-хромой"), 1869г. Герой повести - Фишке, который хромает, но колесит по всей России и Польше (как и Менделе в молодости). Ни завязки, ни развязки - просто яркая картина еврейского обнищания в России, написанная рукой мастера, произведение мирового значения. Популярный рассказчик, Менделе и потрясающий реалист, и безжалостный сатирик. Намеренно отойдя от изысканного искусства, к которому стремились сторонники иврита того времени, он обращается к сердцам своих читателей, и каждый узнает себя или своих родичей, или соседей в персонажах, которых писатель делает живыми. Тому пример Биньямин в "Путешествии Биньямина III". Родившись в Тунеядовке, вымышленном городке в Галиции, Биньямин мечтает стать великим путешественником, как знаменитый Биньямин из Уделы1, пересечь моря, попасть в Эрец-Исраэль... Отправился он, не предупредив никого, даже жену. Он чувствует себя сильным и смелым, как Александр Македонский. Он скоро станет славой Тунеядовки. Но, очнувшись за пределами своего местечка, которое до того он ни разу в жизни не покидал, он сразу же ударился в панику, поскольку услышал позади себя голос и конский топот: он представил себе страшнейшего из разбойников, который, конечно же, ограбит его и перережет ему горло. Мертвый от страха, он упал в обморок. Придя в себя, он увидел, что лежит в повозке доброго крестьянина, который в конце концов привез его, смущенного, в Тунеядовку, где жена и все местечко уже считали его жертвой погрома и называли "Биньямин - бедный мученик". Так это прозвище к нему и прилипло, хотя он вернулся живым и невредимым из своего грандиозного путешествия за три километра от Тунеядовки. 1 Биньямин из Туделы отправился в конце XII в. из Испании в путешествие по всем еврейским общинам Средиземноморья. Его путевые заметки на иврите - источник свидетельств. Улицы его имени есть в Тель-Авиве и Иерусалиме. (прим. автора) Этот тип храбреца на словах стал общечеловеческим. Те, кто читал Альфонса Доде, немедленно увидят сходство между Биньямином III и Тартареном из Тараскона. Но Менделе занимали также специфические конфликты между евреями. Свои глубокие анализы он писал чаще всего на иврите. В эссе "Перед судом небесным и перед судом земным" (по начальным словам торжественной молитвы в Йом-Кипур) он сталкивает сторонников Аскалы, самых строгих сторонников соблюдения всех предписаний и тех, кого еще называли "Ховевей Цион" и которые потом стали сионистами. Он излагает мотивировки каждый стороны. Хотя их аргументы сегодня можно считать устаревшими, поскольку прошло больше века, да еще такого, который глубоко изменил жизнь еврейского народа, этот глубокий антагонизм между евреями сохранился; рассматривая проблемы в исторической перспективе, он тем самым разбирает проблемы наших дней в их истинном объеме, который нельзя ни недооценивать, ни преувеличивать. В еврейскую историю Менделе вошел, но участия в ней не принимал. Правда, в различные периоды своей жизни Менделе разделял одну за другой эти идеологии, безжалостно критиковал окружавшее его еврейское общество, но не выдвигал никакого решения. Он писал с любовью и с юмором, иногда с глубокой печалью, но не пророчествовал. Он прекрасный рассказчик, но не моралист. В 1909г. семидесятипятилетие Менделе праздновалось как большое торжество. В Вильно, в Лодзи, в Белостоке и в Варшаве - везде его встречали овациями. Его называли "дедушкой", и писатели на идише следующих поколений жадно внимали этому неистощимому рассказчику. Менделе, по словам его биографов, не любил молчать и другим не давал говорить. Он рассказывал так же замечательно, как и писал, и его устные рассказы отличались необыкновенным обаянием. Но Менделе старел. "Грустно быть дедушкой", писал он Шолом-Алейхему, которого считал своим духовным внуком. Ему становилось все трудней писать. Феноменальная память слабела. Война 1914г. была последним испытанием. Евреи ушли в русскую армию; среди "внуков" были убитые и раненые. Все это он переживал тем более остро, что прекрасно понимал: если война несчастье для всех, то Для русских евреев она двойное несчастье. "Почему и во имя чего умирает еврейский солдат? Просто так. Умирать просто так - что может быть ужаснее! У нас есть единственное право на этой бесчеловечной родине: право быть убитым и в мирное время, и на войне, право быть уничтоженным во время погрома по приказу царя-батюшки или погибнуть за него на фронте". Эти мысли, которыми он делился с верными друзьями, окрасили печалью последние месяцы его жизни. Он умер в Одессе в 1917г., после октябрьской революции, которая не уменьшила его страхов за свой народ, за простых евреев, которых он так любил. Его "внуки" воздали ему должное в Израиле. Его именем названы улицы в Иерусалиме, Тель-Авиве, Нагарии, Нетании, Ашдоде, Холоне, Хайфе, Реховоте, Бат-Яме и т.д. Иногда они называются просто "Менделе", иногда "Менделе Мохер-Сфарим". Но повсюду его любят, читают, узнают себя во многих его персонажах - потому что если события изменяют мир, то человеческая природа меняется крайне мало. Р. НЕЕР. журнал "Ариэль". 1993 год. www.il4u.org.il

  - писатель, который считается отцом литературы на идиш.

Метки:

1841, 6 июня — (17 Сивана 5601) Родилась Элиза Ожешко

Дочь богатого помещика Павловского. Печаталась с 1866 г. выступала против социального угнетения, писала о забитых белорусских крестьянах, о бесправии еврейского национального меньшинства, о социальных и национальных барьерах, разделявших поляков и евреев. Ожешко интересовалась не только жизнью местечка, но и еврейской историей и Талмудом, обучалась ивриту и идиш. Последовательная противница антисемитизма. В написанном ею много произведений на еврейскую тему: романы «Пан Граба», «Меир Эзофович», «Миртала», рассказы «Дай цветочек», «Могучий Самсон», «Гедали», «Ротшильдовна», новелла «Звенья». Умерла писательница в 1910 году.

 - польская писательница.

Метки:

1842, 25 февраля — В Могилёвской губернии родился Перец Смоленскин (Перец Моисеевич Смоленскин) - писатель, публицист, издатель. С 1862 года жил в Одессе, зарабатывал на жизнь уроками, самостоятельно изучал иностранные языки и русскую литературу. В 1867 году в журнале «Га-Мелиц» опубликовал свой первый рассказ «Ге-Гемул», посвященный взаимоотношениям евреев и поляков во время польского восстания (1863-1864). В 1867 году в Вене начал издавать журнал «Га-Шахар», которому посвятил 18 лет жизни, где публиковал все свои произведения. В своих многочисленных публицистических статьях Смоленскин доказывал, что евреи – такая же нация, как и другие, с тем отличием, что еврейство, лишенное своей территории, является «духовной нацией». Утверждал, что без иврита нет иудаизма, а без иудаизма нет еврейского народа. С этих позиций Смоленскин критиковал взгляды идеолога немецкой Гаскалы Мендельсона, который по убеждению Смоленскина сводил иудаизм к простой обрядности и выступал сторонником ассимиляции. Эта работа вызвала бурную полемику. Но Смоленскин твердо стоял на своем, отмечая «губительное влияние идей Мендельсона на западно-европейское еврейство». Смоленскин неустанно проповедовал идеи национального возрождения еврейства. Вынужденный много лет путешествовать, он в серии романов «Скиталец по тропам жизни», «Радость безбожников», «Похороны осла», «Гордость и падение» представил обширную галерею картин еврейской жизни в России и Восточной Европе. Критики отмечали в его произведениях ходульные персонажи и надуманные ситуации. Первым сионистским романом в новой ивритской литературе считается роман Смоленскина «Отмщение Завета», написанный под влиянием встреч с евреями России. После погромов 1881 года в России Смоленскин начал активно пропагандировать идею о скорейшем переселении евреев в Эрец-Исраэль. Смоленскин также утверждал, что в ближайшее столетие евреям Европы грозит неизбежная гибель от рук антисемитов. В последние годы жизни Смоленскин был тяжело болен и скончался 1 февраля 1885 года в санатории в Южном Тироле. Писатель работал до последнего дня и закончил роман «Наследие» – первый на иврите социальный роман.

Метки:

1843, 6 октября — Родился Мойше-Лейб Лилиенблюм - писатель, драматург и публицист. Учился в иешивах в Кейданах и Вилькомире Ковенской губернии. В 1865 году открыл в Вилькомире собственную иешиву, которая не имела успеха из-за неприязни местных ревнителей веры, объявивших Лилиенблюма вольнодумцем, за то, что он руководил молодежной библиотекой и написал поэму в библейском стиле о польском восстании. Во второй половине 1860-х годов Лилиенблюм начал печататься в «Га-Мелиц» опубликовав статьи «Пути Талмуда» и «Дополнение к путям Талмуда». В 1869 году писатель уехал в Одессу, где был редактором еженедельника на идише «Кол мевасер». В 1870-е годы Лилиенблюм был одним из самых популярных еврейских публицистов России. Сильнейшее воздействие на современников оказала его книга-исповедь «Грехи юности». Предоставление евреям равных с остальным населением прав считал он предпосылкой прогресса в еврейской среде, но не гарантией исчезновения антисемитизма. Под впечатлением погромов начала 1880-х годов писатель обратился к палестинофильству и стал активистом Ховевей Цион, призывая восстановить полноценную национальную жизнь на древней родине. Он предлагал откупить Эрец-Исраэль у турок и сосредоточить там евреев, которые образовали бы большинство населения страны. Лилиенблюм возлагал большие надежды на те круги еврейской радикальной интеллигенции, которые были способны укрепить в народе стремление к национальному возрождению на его исторической родине. Утверждая, что в «жизни нет другой цели, кроме самой цели» Лилиенблюм выступал как сторонник практического сионизма и писал: «Одна коза, приобретенная евреем в Эрец-Исраэль, важнее десяти гимназий». Сионистские идеи пронизывают все последние сочинения Лилиенблюма, среди которых наибольшую известность получила драма на идиш «Зрубавел, или Возвращение в Сион» (1887). Умение Лилиенблюма ясно и сильно выражать свои мысли простым, лишенным риторики языком оказало значительное влияние на формирование публицистики конца XIX – начала XX веков на иврите. После смерти Лилиенблюма в 1910 году в Одессе вышло собрание его сочинений в четырех томах.

Метки:

1847, 12 марта — (24 Адара 5697) В Чехии родилась Роза Сонесшхейн (Sonneschein) - организатор первого в США журнала для еврейских женщин, первого литературного общества евроейских женщин, одна из самых известных женщин - общественных деятелей Сент-Луиса, активный работник в сфере благотворительности, писатель-ница и журналист. Умерла в 1932 году.

Метки:

Страницы: 12345