Адар — события (400-425 из 831)

1944, 10 марта — (15 Адара 5704) Торжественное открытие в Тель-Авиве городского парка. Подробнее

История эта началась давно. Весной 1931-го года, городской совет Тель-Авива готовился к празднованию 70-летия первого мэра – Меира Дизенгофа. В длинном списке торжественных мероприятий было записано среди прочего: »… открытие первого городского парка на улице Кармель (сегодня это улица Кинг Джордж V) и присвоение этому парку имени Меира Дизенгофа». Сам Дизенгоф очень долго не соглашался с этим пунктом, будучи человеком порядочным и скромным и, уступив настоятельным просьбам специального комитета, настоял все-таки на том, чтобы из названия была убрана фамилия. Городские власти объявили конкурс на проект парка и этот конкурс выиграл молодой художник Аарон Халеви. Он создал очень необычный для того времени проект, совместив на небольшой территории тенистые аллеи, солнечные лужайки, небольшой фонтан и места для отдыха горожан. Но, мы-то с вами знаем, как далека, иногда, бывает дорога от проекта до его исполнения. Прошли празднования, на песчаном пустыре были посажены несколько деревьев и даже установлена табличка с названием парка. И всё! На этом создание парка остановилось. В 1932-м году поэт Хаим Нахман Бялик писал в статье для городской газеты: «… и я вижу грядущую катастрофу, если мы уже сегодня не обеспокоимся созданием парков и садов в быстро застраиваемом городе. Ни в коем случае нельзя оставлять город в его сегодняшнем облике. Без достаточного количества зеленых насаждений… Сейчас же, немедленно, безотлагательно необходимо продолжить создание центрального городского парка, парка Меир!»*** Иногда слова поэта могут быть оружием. Но против бюрократов и это оружие зачастую бессильно. Меир Дизенгоф не мог смириться с чиновничьим беспределом, препятствующим созданию парка. Но именно потому, парк был назван его именем, он считал себя не вправе вмешиваться в ход строительства. Но, в конце концов, его гнев оказался сильнее его скромности. 17-го июля 1936-го года Дизенгоф вошел, точнее – ворвался на заседание городского совета с гневными словами: « Я пришел забрать свое имя!» Не давая чиновникам опомниться, он сказал, что возмущен тем, как движется (а точнее – как не движется) создание парка. И в связи с тем, что парк носит его имя, он не может вмешиваться в ход дела. Но эти бюрократические проволочки уже дано вызывают смех горожан и ему стыдно. Стыдно и как мэру, и как человеку, чье имя присвоено парку. Поэтому он решил «забрать» свое имя, чтобы ни каким образом не связывать себя с этим «долгостроем». Но через несколько месяцев Меир Дизенгоф скончался. И едва начавшееся строительство парка снова замерло. На целых 8 лет. И лишь в январе 1944-го года, молодой агроном Авигдор Машаль, сменивший Авраама Кроуна на посту начальника отдела озеленения города, настоял на продолжении проекта Аарона Халеви. Он лично и ежедневно контролировал проведение работ, и к марту 1944 года первая очередь парка (11 дунам из 35) была готова. 10-го марта состоялось торжественное открытие, с оркестром, с выступлениями почетных гостей. Но уже не было в живых Меира Дизенгофа, не было Хаима Нахмана Бялика, и молодой Аарон Халеви поседел… Новый городской глава Исраэль Роках напомнил собравшимся, в честь кого был назван парк, почтив память первого мэра минутой молчания. Поэт Натан Альтерман (которого часто называли «молодым Бяликом», вот такое совпадение) в своей еженедельной колонке в городской газете посвятил парку стихотворение. В первые годы парк, обнесенный забором, закрывался на ночь. Перед закрытием сторож прохаживался по аллеям парка с колокольчиком в руке, пугая забывшиеся в поцелуе влюбленные парочки, и напоминал горожанам, что парк закрывается. Весной 49-го года было решено не закрывать больше парк на ночь, и убрать сторожа. Но вскоре произошло событие, заставившее городские власти пожалеть о таком решении. В августе того же 1949-го года в одном из укромных уголков парка на молодую влюбленную пару было совершено нападение. Юноша был убит, а девушка изнасилована. Нападавший пытался зарезать ее, но девушка выжила, и даже смогла позвать на помощь. Через несколько дней преступник был задержан. Это ужасное происшествие, а затем следствие и суд над преступником надолго заняло первые полосы всех газет молодой страны. Еще бы – первое уголовное преступление убийство, да еще и изнасилование. Суд приговорил убийцу к смертной казни на виселице. На казнь не была приведена в исполнение – буквально в дни суда израильское правительство, желая продемонстрировать всему миру свою гуманность, отменило смертную казнь. И смертная казнь была заменена на пожизненное заключение. Через десять лет преступник вышел на волю. А парк «Меир» снова стал закрываться на ночь. И еще много лет влюбленные парочки, гуляющие по темным аллеям, сторонились отдаленных уголков парка. В начале 2000-х годов в парке был произведен капитальный ремонт. Архитектор Яэль Мория изучила архивные документы, фотографии и рисунки 30-40-х годов и постаралась воссоздать парк в первоначальном виде. Вместе с тем, ряд объектов парка были изменены – так, например, старый фонтан заменил искусственный пруд с водными цветами, ряд старых деревьев были выкорчеваны и вместо них посажены новые. Заново была создана площадка для выгула собак, отреставрирован памятник Меиру Дизенгофу. Парк и сегодня является любимым местом отдыха горожан и гостей Тель-Авива. В любое время дня на его аллеях можно встретить молодых родителей с колясками, собачников со своими питомцами, пожилых людей, сопровождаемых своими опекунами. Кроме того. в парке регулярно проводятся различные встречи и фестивали. Наиболее популярные из них – это ежегодный фестиваль цветов и фестиваль клубов, объединяющих лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Ежегодный тель-авивский «Парад гордости» тоже начинается свое шествие в парке «Меир». А в юго-западном углу парка стоит неприметный памятник солдатам «АНЗИК» - австралийским и ново-зеландским солдатам, освободившим Тель-Авив от турков 16-го ноября 1917-го года. Батальон «АНЗИК» в составе британских войск первым ворвался в Яффо. источник

 

Метки:

1945, 26 февраля — (13 Адара 5705) Еврейская бригада английской армии завершила подготовку к отправке на фронт. Численностью до 5000 человек - добровольцев из Ишува она состояла из трёх пехотных батальонов, полка полевой артиллерии, вспомогательных подразделений. На рукавах бойцы носили нашивки со щитом Давида на фоне национального флага и надписью на иврите и английском "Боевая еврейская бригада", командовал ею уроженец Канады Леви Бенжамен.

Метки:

1945, 12 марта — (27 Адара 5705) Погибла Анна Франк.

Метки:

1945, 5 марта — (20 Адара 5705) Шоа. В Освенциме была найдена фляжка с двумя рукописями Залмана Градовского "В сердцевине ада" (первая часть рукописи была найдена там же чуть раньше) Подробности

Метки:

1946, 22 февраля — (21 Адар-1 5706)Ишув. Борьба против мандата. Нападение Хаганы на полицейские базы в Шароне, Тель-Авиве, Кфар-Ваткин, Шфараме, Дженинне. В Шфараме и Кфар-Виткин операция прошла успешно, были взорваны несколько автомашин, в т. ч. бронированные. В Дженине подразделение ПАЛМАХа опоздало к часу начала наступления и вынуждено было отступить, то же произошло и в лагере в Шароне. Полицейские были готовы к нападению. Начался бой, погибли 4 члена ПАЛМАХа.

Метки:

1946, 25 февраля — (24 Адар-1 5706) Ишув. Боевики ЛЕХИ и ЭЦЕЛ организовали взрывы британских самолётов в нескольких аэропортах, расположенных в Эрец-Исраэль, в частности в аэропорте Лода и аэропорте Хацор, расположенном в южной части Прибрежной равнине, близ кибуца Хацор Ашдод. В Хацоре были повреждены 20 самолётов. 15 марта 1948 Британская армия очистила Хацор, и силы обороны заняли его за без боя.

Метки:

1946, 13 марта — (10 Адар-2 5706) Родился Ионатан Нетанияху

Сын Бен-Циона Нетанияху, в бытность свою работавшим секретарём В. Жаботинского. После окончания средней школы в США вернулся в Израиль, призван в армию, служил в парашютно-десантных войсках. Участвовал в Шестидневной войне, был ранен. В 1968–71 гг. учился в Гарвардском университете и Еврейском университете в Иерусалиме. В 1972 г. вернулся в армию, служил офицером в подразделении особого назначения при Генеральном штабе. Участвовал в действиях израильских коммандос, в том числе в операции ВЕСНА МОЛОДОСТИ в Бейруте. Во время Войны Судного дня командовал отрядом особого назначения на Северном фронте. В апреле 1974 г. – мае 1975 г. был командиром танкового батальона. В мае 1975 г. назначен командиром подразделения особого назначения при Генеральном штабе. Погиб 4 июля 1976 г. во время операции Энтеббе. -...Ионни был создан из контрастов. Он родился в США, в Израиле возглавлял отряд коммандос. Во время Шестидневной войны сражался на Голанских высотах, где был ранен. Его демобилизовали из армии с 30% инвалидностью, и он вернулся к своим родителям.Министр обороны Перес принимал личное участие в судьбе Ионни. Он выступил его поручителем, когда тот вернулся в Гарвард и искал больницу, где смогли бы оперировать его руку. Врачи больницы Вольтер Рид постарались снять постоянную боль, причиняемую поврежденным нервом, который не позволял ему сгибать и разгибать левую руку. После операции боль исчезла, но по-настоящему пользоваться левой рукой Ионни так и не смог. Практически он продолжал быть на 30% инвалидом, когда вернулся в Израиль и заговорил о своем возвращении в специальные отряды.- Что ты сможешь делать? - спросил генерал-майор Ариэль Шарон, глядя на его искалеченную руку.- Смогу читать наизусть стихи Натана Альтермана, - ответил Ионни, назвав одного из ведущих израильских поэтов- Ну, ладно! - улыбнулся Шарон. За два месяца до МОЛНИИ Ионни был назначен командиром антитеррористического отряда-

- подполковник Армии Обороны Израиля.

Метки:

1946, 14 марта — (11 Адар-2 5706) Ишув. Поселения Бирия и Эйн-Зейтим возле Цфата (см. 15 августа ) были ликвидированы английской полицией, подозревашей, что их территория используется, как база для переброски нелегальных олим из Сирии. 14 марта более 2400 человек, членов молодёжных организаций, жителей Галилеи и Изреэльской долина ночью, под дождём отправились восстанавливать Бирию, обходя горными тропами и руслами вади полицейские заставы. К рассвету были поставлены палатки, установлено проволочное заграждение, поднят флаг, началась посадка деревьев, когда на месте осталось около 150 поселенцев, прибыли крупные силы полиции, постройки были сломаны, люди арестованы (см. 15 марта).

Метки:

1946, 15 марта — (12 Адар-2 5706) Ишув. Восстановление Бирии. Слух о "штурме" (см. 14 марта ) распространился мгновенно. Вечером сотни бойцов Хаганы из Цфата и Рош-Пина отправились обустраивать Бирию снова. Машины доставляли на место добровольцев. Раввины разрешили печь хлеб в субботу. Жители Цфата готовы были выступить на помощь. Англичанам пришлось уступить. 17 марта было принято решение, позволяющее 20 поселенцам остаться.

Метки:

1946, 22 марта — (19 Адар-2 5706) По новому англо-иорданскому договору Великобритания отказалась от своего мандата на Трансиорданию и признала ее независимым государством. С мая страна будет называться Иорданией, а ее эмир Абдаллах станет первым королем.

Метки:

1946, 23 марта — (23 Адар-1 5706) Стычки с полицией ("Ночь Унигейта") при попытке высадить нелегальных иммигрантов на берег в самом Тель-Авиве.

Метки:

1946, 1 апреля — (29 Адар-2 5706) Тель-Авивская газета "А-Эрев" опубликовала сообщение о рождении "первой пятерни" в Эрец-Исраэль. Через день стало известно, что речь шла о первоапрельской шутке.

Метки:

1947, 27 февраля — (7 Адара 5707) Кровопролитная схватка на борту судна "Хаим Алтазоров" между нелегальными олим и английскими моряками в их попытке не допустить корабль к берегам Палестины. На борту находилось около 1200 репатринтов из Европы, совершающих алию, много халуцианской молодёжи. Сопротивление она оказывала организовано. Английские корабли таранили противника, пассажиров забрасывали гранатами со слезоточивым газом. За 50 м. от берега "Хаим Арлозоров" сел на мель. Олим были переправлены в лагерь на Кипр.

Метки:

1947, 12 марта — (20 Адара 5707) Ишув. Нелегальная алия. Судно "Шабтай Лозинский" с 825 репатриантами смогло обмануть суда береговой охраны, приблизилось к Эрец-Исраэль в районе кибуца Ницаним, но из-за шторма переправка людей лодками оказалась невозможна. Тогда корабль подошел к земле на расстояние 100м и сел на мель. Бойцы Хаганы протянули к берегу канат, выстроились вдоль него и начали передавать прибывших из рук в руки. Так было переправлено 350 человек. Утром примчались англичане, оставшихся арестовали и отправили на Кипр.

Метки:

1948, 14 февраля — (4 Адара 5708) Война за Независимость. Ночной бой в арабской деревне Саса. Участвовали 3 взвода из состава 11-й роты 3-го батальона ПАЛМАХа (2 - в рейде, третий - резерв для обеспечения отхода) под командой Моше Кельмана. Акция была частью операций возмездия за гибель 35 бойцов ПАЛЬМАХа, посланных 16 января 1948 года в помощь поселенцам Гуш-Эциона, и так и называлась "Операция 35". Подробнее

Гибель отряда тяжело отразилась на моральном состоянии ишува. Считалось, что 35 вооруженных пальмахников способны сломить любые арабские силы. Реальность оказалась тяжелой, неприятной и неожиданной. Командование Хаганы очень чутко относилось к моральным факторам, тем более, что только высокая мораль давала надежду победить в войне. Было решено провести операцию 35: 35 нападений на арабские цели. Число 35 соответствовало числу убитых в походе, оно было определено заранее и, разумеется, диктовалось целями пропаганды, а не оперативными соображениями. Тем временем в командовании Хаганы продолжались споры. До сих пор ее стратегическая линия была пассивной, операция 35 знаменовала изменение стратегии. Надо было выбирать между необходимостью поддержания боевого духа и опасностью расширения фронта военных действий. Начальник генштаба Дори послал Бен-Гуриону меморандум, в котором он возражал против налетов на деревни. -Если операция удастся, мы уничтожим деревню, или значительную ее часть. Тогда будут крики, что мы атакуем деревни. Если операция провалится, то не о чем и говорить-. Дори предложил ограничиться подрывом мостов вдоль границы с Ливаном и налетами на ближайшие цели. Мысль Дори продолжала вращаться в прежнем кругу идей. Однако Бен-Гурион уже пришел к иным выводам, и с ним теперь были согласны некоторые командиры Хаганы. Они считали, что ТОТАЛЬНАЯ война с местными арабами уже неотвратима. Бен-Гурион предвидел и вторжение регулярных арабских армий. В свете этих выводов прежняя фабианская стратегия теряла смысл. Игаль Алон предложил Бен-Гуриону план налета на арабскую деревню Саса, и Бен-Гурион немедленно принял его. Лишь немногие из числа задуманных 35 операций были осуществлены, САСА была самой крупной, самой тяжелой, самой опасной, самой эффективной - и самой эффектной из них. 2. Саса. Этап планирования Деревня Саса расположена в центре арабского района на важном перекрестке дорог. Через деревню проходил путь частей Армии спасения из Ливана. В самой деревне располагался постоянный гарнизон - около 100 солдат этой армии. Население деревни насчитывало 1500 человек, из них, по крайней мере, 300 имели оружие: винтовки и стэны. В окружающих деревнях также было много оружия, и там тоже были солдаты Армии спасения. Ближайшая база ПАЛЬМАХа находилась в Эйн-Зейтим: 9 км по прямой, вдвое больше по дорогам. Никому не могло прийти в голову, что ПАЛЬМАХ отважится на вылазку на такое расстояние: 36 км за одну ночь, в центр вражеского района. Исполнение предлагалось возложить на 3-й батальон ПАЛЬМАХа. Командовать операцией должен был заместитель командира батальона Моше Кельман. Кельман рассказывает: -Однажды утром Алон появился в штабе батальона, похлопал меня по плечу, обнял, похвалил за былые дела и дал в подарок новенький револьвер Кольт. Я понял, что затевается что-то серьезное. Командир ПАЛЬМАХа не станет так утруждать себя из-за пустяков-. Узнав об операции, Кельман спросил: -Отчего это вдруг - Саса? - -Инициатива в руках арабов. Мы мечемся, как затравленные мыши, - ответил Алон. -Пришло время нанести удар по их тылу. Они будут вынуждены заняться охраной деревень и ослабят натиск на нас. -Логично, но этого можно добиться операцией в Эйн-Зейтун, или Кадите - возразил Кельман. - Зачем идти в Сасу? Это сумасшествие, оно может кончиться катастрофой. - Саса контролирует дороги Армии спасения. - Вокруг пространство на десятки километров, что помешает Армии спасения обойти Сасу справа или слева? Наконец на стол была выложена настоящая причина: -После того, что случилось с группой 35, мораль упала. Начинают шептаться, что мы послали их на верную смерть. По карте мы нашли арабскую деревню, далекую от базы ПАЛЬМАХа. Мы должны доказать себе и другим, что ПАЛЬМАХ в состоянии произвести глубокую вылазку и благополучно вернуться. Кто, если не ты, сможет выполнить это задание? Спустя много лет Кельман объяснил: -Приказ есть приказ. Кроме того - мы были очень молоды и полны безмерной уверенности в себе. Мне тогда было 23, моим солдатам 18-19. Если бы нам было по 40, государство Израиль не был бы создано. Мы любили страну и чувствовали, что делаем историю. Все знали, что им придется воевать, и принимали это, как должное-. Оставалось еще одно препятствие: Кельман не был знаком с местностью. Тут Алон выложил неотразимую приманку: он предложил Кельману воздушную рекогносцировку. Кельман отроду не летал на самолете, такую возможность он не мог упустить. С ближайшим конвоем Кельман выехал в Тель-Авив (по дороге конвой четыре раза вел бой). Из Тель-Авива он отправился на аэродром (Сде-Дов) и занял место в Остере рядом с пилотом. Позади сидел фотограф с Лейкой, заряженной пленкой на 36 кадров. На коленях у них были карты масштаба 1:20.000. Остер оторвался от земли. С минарета Хасан-Бек (на границе с Яффо) раздались выстрелы. Пилот повернул к морю, набрал высоту и полетел на север. Шел дождь, сильный ветер бросал самолетик из стороны в сторону, и летчик размышлял в слух: не лучше ли вернуться домой? Кельман не согласился. Потом начался спор, над какими деревнями они летят. Кельман взял на себя роль штурмана: он приказывал летчику, куда лететь, и отмечал путь по карте. По счастью он не ошибся. Остер пролетел над Сасой. Феллахи принимали их за англичан и приветственно махали руками. Фотограф щелкал. Самолет пролетел несколько раз от Эйн-Зейтун до Сасы и обратно. Кельман изучил маршрут сверху. На обратном пути пилот решил показать класс: около Кейсарии он перешел на бреющий полет. Шасси самолета скользнули по песку дюн, летчик побледнел, но поднял самолет и долетел до аэродрома. В Тель-Авиве Кельман отправился в отель и проспал три часа. За это время проявили и отпечатали снимки. Результаты аэрофотосъемки были превосходны. На следующий день Кельман вернулся в штаб батальона. 3. Концентрация силОперация была возложена на 11-ю роту. Ей уже приходилось осуществлять вылазки и налеты, но все это не могло равняться с походом на Сасу. Командиры имели относительно хорошую подготовку, их даже обучали некоторым основам регулярных военных действий. Три взвода участвовали в операции: два взвода (65 человек) должны были идти на Сасу, третий взвод занял позицию в роще на горе Мерон, на планируемом маршруте отхода. Предполагалось, что отход будет самой опасной частью операции, и взвод должен был обеспечить прикрытие и помощь отходящим силам. Рота получила три рации: одна в атакующих взводах, одна во взводе прикрытия и одна в КП в тылу. Командиры имели стэны, рядовые - английские винтовки. Кроме того, имелось два ручных пулемета брэн и 2-дюймовый миномет. Фельдшер приготовил четыре пары носилок. Все участники похода получили паек шоколада и коньяка на случай, если они не успеют вернуться к утру. Два разведчика, хорошо знакомые с местностью, должны были вести отряд. По снимкам аэроразведки и по карте был изготовлен макет местности. Обычно, для этой цели используется ящик с песком, но на этот раз макет был сделан из мыла. Из тюков соломы соорудили макет деревни. Чертежники изготовили подробные карты, которые не посрамили бы и регулярную армию. Перед походом солдаты отдохнули и получили царский обед, несмотря на обычный для базы ПАЛЬМАХа режим экономии. Игаль Алон обратился к солдатам с речью. Он сказал: -Глаза всего еврейского народа устремлены на вас-. Он приказал им во что бы то ни стало вернуться на базу. Никто не знал тогда, насколько трудно будет выполнить этот приказ. Однако были и проколы. Не хватало амуниции. Из остатков старых штанов девушки сшили патронташи. Но и их не хватило. Пытались сотворить из проволоки подобие военной амуниции. Гранаты пришлось затыкать за пояс или за обмотки на ногах. Старые ботинки начали разваливаться уже в начале похода. Предполагалось, что участников похода оденут в форму английских десантников, но ее не достали. Погода была скверная. Но настроение было превосходное. На построении перед выходом в путь девушки плясали и пели, их глаза смеялись, но были красны от слез. В 7 часов вечера колонна вышла из Эйн-Зейтим. 65 человек, во главе командир Кельман и два проводника из Цфата. 20 человек несли рюкзаки с взрывчаткой по 10 кг в каждом. Замыкал колонну заместитель Кельмана. Кельман: -Дорога оказалась много тяжелее, чем предполагали. Местность покрыта камнями, дикой растительностью, скалами и расщелинами. На земле липкая грязь, холод пронизывает до костей, туман и слякоть-. Натан Шахам: -Мы шли без шума. Мы знали, что если нас обнаружат, нам придется вступить в бой, и мы застрянем в арабском районе до света дня. Нас будет ждать тогда серия отчаянных боев, и арабы без труда приведут большие силы-. Дан Маклер, фельдшер: -Хлещет дождь. Ботинки, подкованные гвоздями, тонут в тяжелой грязи, оставляя глубокие следы. Вдруг движение прекращается. У кого-то начались спазмы ног. Я спешу к нему, пытаюсь делать массаж. Продолжаем движение. Снова остановка. Парень падает на колени, он не в состоянии идти. Ему дают сопровождающего (один из двух проводников) и он возвращается на базу-. 63 человека продолжают ночной поход. Они обходят деревни Далита и Сафсаф. С высоты 800м (Эйн-Зейтим), спускаются в долину (600м) и вновь поднимаются на высоту 800м, обходя деревню Саса с севера. По дороге колонна встречает арабов. -Ман хадда (кто это)?- Пальмахники продолжают путь, не отвечая. Арабы не могли предположить, что евреи совершают поход в самом сердце арабского района, они не подняли тревоги. Отряд пришел в назначенную точку в 11 часов ночи, опередив план на целый час. Наконец, можно было отдохнуть. Бойцы ели шоколад и пили коньяк. Кельман, разведчик и командиры взводов вышли на рекогносцировку в направлении деревни. На улицах не было ни души. Собаки не лаяли. Дождь и ветер загнали всех по домам. 4. Атака Отряд снова поднялся на ноги и начал движение. Естественные террасы достигали порой двухметровой высоты. Бойцы скользили на мокрых и крутых скалах. Камни скатывались вниз, но никто не услышал их шума. Подошли к деревне вплотную. Навстречу им вышел часовой. -Ман хадда?- Он не получил ответа и исчез. Кельман разделил отряд на взводы и отвел каждому по улице. Улицы шли параллельно и солдаты не мешали друг другу. Тут в одном из домов открылась дверь, и местный житель вышел на улицу. -Эш хадда? (что это?) Ильгин, командир ударной группы, ответил ему, на смеси иврита и арабского: -хадда эш! (это огонь!) Вряд ли араб успел оценить каламбур, Ильгин уложил его на месте. Выстрел был сигналом к атаке, и теперь все происходило очень быстро. Каждый взвод был заранее разделен на боевые группы. Во главе шел штурмовой расчет, за ним шло пять расчетов, в каждом солдат прикрытия, носильщик взрывчатки и подрывник. Пальмахники овладели двумя улицами и начали закладывать взрывчатку. Натан Шахам: -Деревня проснулась. Из всех окон слышен сухой лай автоматов. Стрельба бессмысленная, неприцельная. Ты видишь огонь выстрелов в каждом окне, и ты знаешь, что огонь ведут по тебе. Ты удивляешься, как это они не попадают в тебя, и бежишь дальше в глубину вражеской деревни. Автоматный бой на близких дистанциях - это серьезный разговор с судьбой. Я начал укладывать заряд под дом. Надо мной стоит мой прикрывающий и бьет очередями по окнам. Он стоит во весь рост и стреляет, как учили его на последних командирских курсах. Перед тем как мы бросились в атаку, он успел прошептать мне: -Это концерт нашего оркестра в новом переложении-. Уложили все заряды, и связные доложили Кельману, что все готово. По плану следовало дать сигнал трубой, но сигнальщик (Исраэль Хольц), обессиленный походом, лежал в несколько метрах от деревни. -Хо-ль-ц! - заревел Кельман. Ему ответил слабый голос. -С-и-г-н-а-л!- закричал вновь Кельман. Слабенький звук вышел из трубы. Подрывники услышали его или скорее рев Кельмана. Они выдернули предохранители и начали отступать в укрытия. 100 секунд до взрыва. Один из подрывников доложил: -Вместе с чекой вышел взрыватель, взрыва не будет-. Командир (Заир) рванулся к дому, схватил рюкзак с зарядом и перенес его вплотную к другому. Он успел вернуться в укрытие. В другом взводе случилось почти такая же история - подрывник Моше Дойч успел вернуться, но кто-то принял его за араба и выстрелом пробил ему легкие. Товарищи оттащили его в укрытие, и тут раздались взрывы. Две улицы были разрушены. Когда утих грохот первой волны взрывов, Кельман послал резервное отделение в боковую улицу, и наскоро обстрелял из миномета южную часть деревни, чтобы создать впечатление, будто и там действуют евреи. Был дан сигнал к отступлению. Все дело заняло восемь минут. Двое были ранены: Моше Дойч и Шмуэль Лифшиц - камень, отброшенный взрывом ударил его в ногу. 5. ОтходМаклер: -Мы положили раненых на носилки. Из деревни нас поливали огнем. С трудом мы спустились с террас на шоссе. Там я сказал Кельману: -Надо остановиться и перевязать раненых при свете. -Это опасно - ответил он, но, в конце концов, согласился. Ребята встали вокруг. При свете спичек я осмотрел раны. Я ничего не мог сделать, только затянуть повязки и перекрыть артерии. У меня не было средств от боли. Кельман торопил меня-. Тот минимум, что сделал Маклер, спас раненным жизнь. Отход от Сасы с двумя ранеными остается одним из самых тяжелых походов в истории ЦАХАЛа. Кельман: -До сих пор мы были боевой частью. Бой разорвал боевые рамки. Рота превратилась в десятки единиц. Каждый хотел добраться домой, добраться во что бы то ни стало! Тяжесть операции мы почувствовали только теперь: жуткая усталость, беспредельное нервное напряжение, опухшие ноги, холод - и смерть витает над головой. Мы были обязаны вернуть людей в строй, сплотить их узами дисциплины. Для нас, командиров, это был опасный этап. Сказывалось отсутствие опыта. Первый раз мы были в такой ситуации, на таком расстоянии от баз. Молодые ребята забыли об оружии, о патронах, об амуниции - они хотели только одного: бежать домой. Я увидел, как приближается катастрофа. Я понял, что пришел час моего испытания как командира и как товарища. В трех километрах от деревни мы собрали людей, построили их по взводам и отделениям. -Операция еще не кончилась. Необходимо вернуться на базу до рассвета и не быть обнаруженными в пути. Для нас это вопрос жизни или смерти. И еще: раненых мы не оставим, мы понесем их с собой. Нет выбора. Восемь часов мы будем нести на плечах носилки. Мы должны помогать друг другу. Каждый отвечает за ружье и патроны, доверенные ему-. Дан Маклер: -Дождь не прекращался. Раненые промокли. Одеяла не помогали. Всё пропитано водой. Одеяла свисают с носилок и волочатся по грязи. Из опасения встречи с арабами, мы снова оставляем шоссе и продолжаем идти по липкой грязи. Рядом с носилками идет отделение: часть тащит носилки, часть несет охранение. Усталых носильщиков сменяют. Вдруг ремень соскальзывает с плеча, и раненый сползает в грязь. Он стонет от боли. У меня нет морфия. Кто в те дни слышал о морфии? Строгий приказ: идти с максимальной скоростью. Люди устали, выжаты, перепачканы, а командир гонит и гонит. Я прохожу вдоль колонны и раздаю таблетки допинга. Опасаюсь, что до рассвета мы не успеем добраться до базы. Люди ободрены, а я только молюсь, чтобы мы успели дойти. Что будет с нами, когда через несколько часов таблетки перестанут действовать? 15 человек, под командованием Йосефа Хотер-Ишайя, заняли в полночь позиции в роще к северу от горы Мерон. Отделение должно было ждать до рассвета: если отряд не придет, и не будет дополнительных указаний, Йосеф вернется в Эйн-Зейтим. Антенна рации запуталась в ветвях дерева и сломалась. Йосеф ждал до рассвета и, в соответствии с планом, вернулся на базу. Рассвет застал отступающих в двух километрах от рощи. Маклер: -Уже разлился вокруг дневной свет. Усталость вытеснила осторожность. Командиры приказывают очистить оружие, быть готовыми к любой неожиданности. Наконец, дано разрешение пить. Мы набрасываемся на лужи грязной воды. Два километра до рощи отряд прошел за полтора часа. Они надеялись, что отделение Йосефа Хотер-Ишай выйдет им навстречу, но роща была пуста. Кельман изменил порядок движения. Отряд спустился на шоссе, перестроился в три колонны и начал форсированный марш. Теперь по шоссе двигалась военная колонна: регулярная часть совершает учебный переход с двумя носилками. Арабы видели их, но приняли за англичан. Кельман по радио связался с тыловым КП и приказал отделению прикрытия выйти навстречу. Немедленно поставили заслоны на шоссе Цфат-Мерон, заложили мины и оборудовали позицию для станкового пулемета. Отделение прикрытия встретило отступающих, взяло на себя охранение, помогло нести раненых и груз. После встречи темп марша был еще более ускорен. Кельман: -Когда наступил день, мы были уже неподалеку от Эйн-Зейтим. Это уже наш участок шоссе. Подобие улыбки расплывается на губах, и вдруг вдоль дороги - поле цикламенов. Солдаты, как маленькие дети, разбежались по полю, набрали охапки цветов. Девушки выходят нам на встречу, смеются и пляшут, парни с посеревшими лицами и с цветами в руках падают на землю в смертельной усталости-. Но для командиров операция еще не кончилась. Кельман приказал разобрать заслоны на шоссе и перевести отряд из Эйн-Зейтим. Но прежде, чем успели выйти из ворот киббуца, подъехал английский броневик, и офицер спросил: -Вас атаковали сегодня ночью?- Да! - ответил Кельман, - из деревни Далита. Двое ранены по пути к позициям- Он попросил перевезти раненых на броневике в больницу. Офицер согласился, и английский фельдшер сопровождал раненых до Цфата. Но прежде офицер-джентльмен бросил взгляд на одежду бойцов, спрятал улыбку под усами и сказал: -Я верю каждому слову, только откуда эта красная земля на одежде? Далита ведь стоит на меловой горе!- На этом расследование окончилось, и перед тем, как оставить киббуц, офицер предложил: -В следующий раз сообщите нам, и мы эвакуируем весь ваш ишув. -Thank you, very much! - вежливо ответили ему, - Мы обдумаем это предложение. Поход продолжался 17 часов. В 9 часов утра его участники вернулись на базу и проспали 24 часа без перерыва. На следующий день Кельман поехал в Тель-Авив. В Рош-Пина, в ожидании конвоя, он зашел в кафе. Его одежда по-прежнему была испачкана грязью Сасы. Английский капитан подошел к нему: Я так понимаю, что позавчера Вы были в Сасе. Разумеется, Вас интересует результаты. Извольте: 60 человек убито, 15 ранено. Как солдат солдату - Вам полагается орден. Точная работа. Я служу в полиции, мой район кончается у шоссе на Сафсаф. Сделайте мне одолжение: действуйте вне моего района, и мы останемся друзьями. У. Мильштейн РАБИН. РОЖДЕНИЕ МИФА.

 

Метки:

1948, 15 февраля — (5 Адара 5708) Израиль. Азриэлем Карлибахом и группой журналистов, покинувших редакцию «Иеди‘от ахаронот» основана вторая по тиражу после «Иеди‘от ахаронот» газета Страны - «Ма‘арив». В «Ма‘арив» постоянно сотрудничали известные израильские писатели, журналисты, общественные деятели, в том числе Э. Кишон, А. Рубинштейн, И. Лапид, А. Дранкер, Д. Маргалит.

Метки:

1948, 16 февраля — (6 Адара 5708) Война за Независимость. В 2 часа ночи началось нападение арабской армии Спасения на кибуц Тират-Цви. Арабы для отвода глаз обстреляли сначала поселения Сде-Элияху и Эйн ха-Нацив, а затем атаковали оружейным и миномётным огнём Тират-Цви. обстрел продолжался до рассвета, потом была попытка штурма, которая провалилась. После 5-часового боя , потеряв 60 человек, арабы отступили. У защитников поселения погиб один человек.

Метки:

1948, 19 февраля — (9 Адар-1 5708) Война за Независимость. Диверсионное подразделение Хаганы организовало покушение на шейха Нумейра ал-Хатиба, одного из главных подстрекателей антиеврейских настроений в Хайфе. Он был тяжело ранен и более в политике не участвовал.

Метки:

1948, 22 февраля — (12 Адар-1 5708) Война за Независимость. Арабами взорваны 3 грузовика со взрывчаткой возле гостиницы "Атлантик" в Иерусалиме на улице Бен-Иехуда. Погибли 53 человека.

Метки:

1948, 22 февраля — (12 Адар-1 5708) Сформирована бригада "Голани". Возникла после объединения батальонов Барак, Дрор, Алон, защищавших долины Бейт-Шеан, Иордана, Изреэльскую, поселения Нижней Галилеи. В Войну за Независимость участвовала в боях на Севере страны в таких операциях, как "Ифтах", "Асаф", "Хирум". Сейчас элитное подразделение Армии Обороны Израиля.

Метки:

1948, 23 февраля — (13 Адар-1 5708) Война за Независимость. Британская армия прекратила контролировать дорогу Иерусалим - Латрун, после чего она тут же стала местом нападений арабов на транспортные колонны в Столицу. В начальный период Войны арабы определили слабое место в структуре Ишува - дороги, которые связывали между собой поселения и блоки поселений, расположенные среди арабских деревень. До тех пор, пока какие-то транспортные артерии были нужны британцам, они их охраняли, и там было спокойно, но как только армия уходила, дороги превращались в арены боёв.

Метки:

1948, 24 февраля — (14 Адар-1 5708) Менее чем за 3 месяца до начала вторжения регулярных арабских армий в ходе Войны за Независимость, было принято решение о создании Бронетанковой Службы (ШЕМЕШ, Шерут ха-Мешурьяним) под командованием И. Садэ. Подробнее

Израильские бронетанковые войска появились на свет меньше чем за 3 месяца до начала вторжения арабских армий в ходе Войны за Независимость. Но, несмотря на столь ЮНЫЙ ВОЗРАСТ, отсутствие профессионального командного звена и не функционировавшие танки, бронетанковые войска могли похвастаться немалым количеством успехов. В первые дни Войны за Независимость, в ноябре 1947 года, организация вооруженных сил и доктрина их применения были основаны на подразделениях Хаганы и на боевом опыте, накопленном бойцами Еврейской Бригады (добровольцев из еврейского Ишува, воевавших в рядах британской армии в ходе Второй Мировой войны). Навыки и опыт этих двух групп ветеранов в области применения пехотных подразделений послужили одной из причин того, что еврейские вооружённые силы сложились, в целом, как пехотная армия, максимально приспособленная для современной войны. Ещё до начала Войны за Независимость, в рамках выводов из анализа Второй Мировой войны, Ицхак Саде придавал важное значение вкладу бронетанковых войск в боевые действия. Он воспользовался своим влиянием, чтобы убедить Генеральный Штаб в необходимости создания бронетанковых подразделений. Его усилия увенчались успехом, и 24 февраля 1948 года, менее чем за 3 месяца до начала вторжения регулярных арабских армий в ходе Войны за Независимость, было принято решение о создании Бронетанковой Службы (ШЕМЕШ, Шерут ха-Мешурьяним) под его командованием. В момент создания ШЕМЕШ еврейские бронетанковые войска практически не существовали. Были начаты формулирование их боевой доктрины, подготовка планов создания подразделений, и проведён первый курс командиров для бронетанковых войск. Параллельно началось проектирование, а затем производство башенных бронемашин (т.е. бронемашин с постоянным вооружением, в отличии от бронеавтомобилей, использовавшихся ранее для сопровождения колон снабжения). С конца апреля 1948 года, в соответствии с прогнозом производства бронемашин к предполагаемой дате вторжения арабских армий (15 мая 1948 года), все усилия ШЕМЕШ были сконцентрированы на создании и организации бронетанковых сил. В рамках резерва Генштаба был создан первый батальон бронемашин - 79-й, включавшийся в 7-ю бригады (вместе с ещё двумя пехотными батальонами), а также была создана 8-я бригада, состоявшая вначале из 82-го батальона бронемашин и 89-го батальона КОММАНДОС Ицхак Саде, вместе с комндирами и инструкторами ШЕМЕШ, заняли различные посты в свежесозданных подразделениях и, таким образом, ШЕМЕШ фактически перестала существовать. Можно сказать, что создание бронетанковых подразделений в составе пехотных бригад (например, 9-й и 19-й механизированные рейдовые батальоны в 12-й и 1-й бригадах соответственно), не было инициативой профессионального командования, а основывалось на знаниях и опыте, накопленных этими подразделениями. Во время первого прекращения огня (начавшегося 11 июня 1948 года) в Израиль прибыли 10 танков ГОЧКИС Н-39, приобретённых во Франции. Вместе с танком ШЕРМАН, купленным у англичан в Израиле, и двумя танками КРОМВЕЛЬ, украденными у англичан перед тем, как они покинули свои базы в Израиле, они составили 82-й батальон, ставший первым и единственным танковым батальоном Израиля. Экипажи были составлены из добровольцев из других стран (МАХАЛ, Митнадвей Хуц ла-Арец) и солдат - ветеранов Второй Мировой войны (ГАХАЛ, Гдудеи Хуц ла-Арец), воевавших в танковых войсках. Танки ГОЧКИС оказались серьёзным разочарованием с технической точки зрения, и ещё в ходе Войны за Независимость, в октябре 1948 года, было решено вывести их из состава действующих войск. Вместо них были приобретены на свалке в Италии 30 танков ШЕРМАН с повреждёнными пушками. К сожалению, большая часть попыток вернуть их в строй провалилась, и только 2 из них приняли участие в последних боях Войны за Независимость. Бронетанковые подразделения приняли участи в боях Войны за Независимость, начиная с первого этапа, сдерживания вторжения арабских армий (15 мая - 10 июня 1949 года), и до операции УВДА (захват Южного Негева и Эйлата, 5 - 10 марта 1949 года). Большинство первых боёв завершилось неудачами, но со временем, по мере накопления опыта, виден серьёзный прогресс в результатах, показанных бронетанковыми подразделениями. Кульминацией была операция ХОРЕВ, начавшаяся 22 декабря 1948 года, в ходе которой 8-я бригада, при поддержке 9-го батальона (из 12-й бригады ХА-НЕГЕВ), смяла оборонительные порядки египтян и прорвалась вглубь Синая. Если бы не одиозное политическое решение (вызванное давлением Великобритании), вынудившее АОИ отступить с Синая, эта операция могла бы привести к победоносному завершению всей войны. По окончании Войны за Независимость, несмотря на все боевые успехи, состояние бронетанковых войск было плачевным. Более 50% бронетехники было в нерабочем состоянии, большая её часть была низкого качества (из 32 танков, только у четырёх были пушки!); экипажи танков должны были освободиться из армии, а часть из них и вовсе вернуться в другие страны. В довершение ко всему, чувствовалась катастрофическая нехватка профессионального командования для бронетанковых войск. Все эти проблемы в областях технического обеспечения, доктрины применения и обучения должны были быть решены в период после Войны за Независимость...

Метки:

1948, 18 февраля — (8 Адар 5708) Война за Независимость. Положение на этот день: Хагана имеет на вооружении 30 бронированных машин из них 18 в Негеве (см. 2 января). Заводы, преодолев период постановки нового образца в серию, сдавали "сэндвичи" во все увеличивающимся темпе - к 24 февраля действующие части получили уже 70 бронемашин, но еще быстрее росли аппетиты военно-политического руководства. Уже 12 февраля первоначальный заказ был увеличен до 150 машин с установленным сроком сдачи последних в конце марта, но даже это количество считалось недостаточным: Генштаб Хаганы считал необходимым иметь 300 "сэндвичей", а Бен-Гурион счел и эту оценку заниженной и предполагал, что "сэндвичей" понадобится не меньше тысячи.

Метки:

1948, 29 февраля — (19 Адар-1 5708) Война за Независимость. "Хаганой" предпринята попытка создать штаты для организованного распределения бронемашин. В рамках трансформации "Хаганы" в регулярную армию в ней предполагалось создать 12 батальонов бронемашин, по 24 "сэндвича" в каждом, а еще 25 пехотных батальонов должны были иметь в своем составе бронероту с 10 "сэндвичами" - общее количество бронемашин, таким образом, должно было достигнуть 538 машин, из которых к этому дню в действующих частях уже находилось около 80 машин. Как первоначальная мера, заказ был вновь увеличен - до 211 машин. Однако не удалось достигнуть даже цифры 150.После 15 апреля (к этому дню в действующие части было передано 127 бронемашин) не было изготовлено сколько-нибудь заметное количество "сэндвичей". Полностью же производство машин "классического типа" (с крышей) прекратилось в начале мая. ("Бабочки" и другие бронированные грузовики в Войне за Независимость". Ури Лейзин www.War Online.org)

Метки:

1948, 28 февраля — (18 Адар-1 5708) Создана бригада Кармели Армии Обороны Израиля.

Метки: