73 — события (300-325 из 624)
 . Части Шарона потеряли приблизительно 70, а египтяне приблизительно 150 танков в этом бою. К парашютистам на западном берегу Канала присоединились несколько 175мм самоходных орудий M107. На северном фланге 2-ой армии были начаты атаки других частей, чтобы убедить египтян, что всё волнение около перекрестка Акавиш - Тиртур является лишь частью израильского плана смять их фланги. Потери Шарона и сильный напор египтян побудили ввести в сражение 162-ую дивизию Адана, чтобы сохранить дорогу открытой. Днем египтяне начали главную контратаку двумя танковыми бригадами на перекресток Акавиш - Тиртур, которая достигла пика ранним утром 17 октября.«Охватила одурь храбрых сердцем, заснули сном своим, и не нашли рук своих воины». Эта строфа из Псалмов Давида как нельзя лучше описывает происходившее в Израиле в первые часы войны Судного дня 6 октября 1973 года.
Пока резервисты, побросав молитвенники и выскочив из синагог, пытались добраться до расположения своих частей, египтяне один за другим захватывали укрепленные пункты ЦАХАЛа на Синайском полуострове, а сирийцы рвались вглубь Голанских высот. И на севере, и на юге израильская армия несла тяжелые потери.
Только на пятый день войны ситуацию на фронтах удалось стабилизировать – настолько, что правительство решило пойти вперед на Синае — форсировать Суэцкий канал (по нему к началу войны проходила граница между Израилем и Египтом) и создать плацдарм на его западном берегу.
Эту миссию возложили на 143 дивизию под командованием генерал-майора Ариэля Шарона. Для названия этой операции было использовано словосочетание из Псалмов Давида – «Храбрые сердцем». На русский язык в контексте войны Судного дня оно чаще всего переводится как «Неустрашимые». В рамках этой операции и произошло самое масштабное со времен Второй мировой войны танковое сражение – битва за Китайскую ферму. Бесконечная ночь Голды Меир
«15 октября Армия обороны Израиля начала форсировать Суэцкий канал, — пишет в своей книге «Моя жизнь» Голда Меир. – Эту ночь я провела в своем кабинете, и казалось – она никогда не кончится».
Она вспоминала, что форсирование должно было начаться в 7 часов вечера. Голда Меир созвала министров к 6. Но внезапно начало операции перенесли на 9 часов вечера, потом на 10 – потому что возникали неполадки с понтонным мостом через Суэцкий канал. Министры так и остались на всю ночь в ее кабинете, ожидая известий о начале операции.
«Каждые 10 минут кто-нибудь входил и говорил: «Теперь уже скоро, всего через четверть часа». В таком безумном напряжении прошла вся ночь. Десантники уложились вовремя, но пехота, артиллерия и танки задержались, потому что им пришлось выдержать жестокую схватку. Но я не могла уйти, пока не узнала, что операция успешно завершена». На следующий день, выступая в кнессете, Голда Меир сообщила, что «в эти минуты наши войска уже действуют на западном берегу Суэцкого канала». Это было действительно так. На рассвете передовые части 247 бригады под командованием Дани Мата на резиновых лодках и плотах форсировали канал. Однако, пока они пытались закрепиться на его западном берегу, на восточном продолжалось ожесточенное сражение. Как выяснилось впоследствии, это была крупнейшая танковая битва со времени Второй мировой войны.
Целью операции «Храбрые сердцем» было форсирование Суэцкого канала и перерезание путей снабжения 2-й и 3-ей египетской армий, находившихся на Синайском полуострове. Оказавшиеся в окружении, египтяне вскоре были бы вынуждены сдаться. Но угроза окружения нависала и над израильскими частями, переправившимися на западный берег Суэцкого канала. Их должен был связывать с основными силами широкий и надежный коридор. Еще 10 октября израильская полевая разведка обнаружила, что в месте, где Суэцкий канал встречается с Большим Горьким озером между частями 2 и 3 египетской армии образовался зазор, через который, оставшись незамеченной, может проследовать танковая колонна.
Решено было протиснуться в этот «стык», навести переправу через канал, высадиться на западном берегу и зайти в тыл к египтянам. К берегу Суэцкого канала перебросили передовые подразделения десантников и инженерных войск. Но для того, чтобы реализовать этот отчаянный план — защитить плацдарм на западном берегу, обеспечить снабжение находящихся там сил и исключить вероятность окружения, «коридор» в районе Большого Горького озера требовалось расширить силой. Для этого израильской армии нужно было взять под свой контроль расположенную в этом районе заброшенную египетскую сельскохозяйственную станцию – растянувшуюся на несколько десятков километров сеть ирригационных сооружений. Откуда на Синае китайцы?
На станции находилось много японского агротехнического оборудования, испещренного иероглифами. Не вдававшиеся в подробности израильские военные топографы обозначили станцию на картах как «Китайскую ферму». Первое танковые бои состоялись здесь в первые дни войны Судного дня. 9-10 октября здесь было подбито 50 египетских танков. Потери израильтян были меньше, но ситуацию отягощало то обстоятельство, что таким образом в руках египтян оказались новые американские танки М60, впервые примененные в боевых условиях. Настоящей бедой для израильских танков стали советские мобильные противотанковые ракетные комплексы «Малютка», которыми СССР вооружил египтян. На сегодняшний день эти ПТРК могут показаться примитивными: оператор запускает ракету, которая в полете тащит за собой… проволоку. И через этот шнур оператор управляет полетом снаряда.
Но тогда «новшество» показало себя эффективным. Израильской армии пришлось отступить. Теперь ей было необходимо вернуть «Китайскую ферму» под свой контроль. Этот район был жизненно важен для защиты плацдарма на западном берегу канала. К югу от фермы пролегала та самая, знаменитая дорога «Акавиш» («Паук») из израильского тыла прямо к месту переправы. 15 октября, в 20.00, когда заседание правительства, посвященное форсированию Суэцкого канала в очередной раз было отложено, два батальона 14 бронетанковой бригады под командованием Амнона Решефа прибыли в район «Китайской фермы». Разведка доложила неточно Тогда-то и выяснилось, что разведка доложила не совсем точно – зазор между 2 и 3 египетскими армиями оказался недостаточно большим для прохождения крупной танковой колонны. Неожиданно для себя, посреди ночи израильские танкисты оказались прямо в центре расположения 16 египетской пехотной дивизии.
В темноте завязалась ожесточенный и местами хаотичный бой, продолжавшийся до 10 часов утра. 14 бригада понесла тяжелые потери. 136 военнослужащих были убиты, из 69 находившихся в ее распоряжении танков уцелели лишь 36. «Мы не понимали, где находится противник, — вспоминал позже Решеф. – Мой танк окружали десятки египетских солдат, и мы отчаянно отстреливались. Я выполнял обязанности командира бригады, командира танка и рядового солдата. Пули колотили по броне, как град по крыше. В разгар боя я увидел, что увидел пять приближающихся к нам танков, и я решил, что это наши. Но это были египтяне. Они были уже на расстоянии 30 метров, когда я дал приказ открыть огонь. Все пять танков противника были уничтожены».
Общие потери 143 дивизии, в состав которой входила 14 бригада, в ту ночь составили около 300 человек погибшими. 70 танков были подбиты. Египтяне потеряли около 100 танков. Но коридор в районе «Китайской фермы», необходимый для продолжения форсирования Суэцкого канала, открыть для беспрепятственного движения израильских сил 14 бригаде так и не удалось. На помощь ей было решено отправить десантников из 890 батальона 35 бригады под командованием Ицхака Мордехая. Проблема заключалась в том, что командир 35 бригады Узи Яири не имел понятия о том, насколько серьезные проблемы возникли у танкистов Амнона Решефа. Он предполагал, что основные силы египтян там уже уничтожены, и его бойцам останется только нанести завершающий удар и взять ферму под свой контроль. Однако в действительности все обстояло иначе. «Меня еще не убили» Когда около часа ночи с 16 на 17 октября десантники прибыли в район «Китайской фермы», они сразу же оказались под ураганным огнем.
«Это даже трудно назвать боем, — рассказывал позже командир одной из рот 890-го батальона Итай Михаэли. – Мой заместитель был сразу же тяжело ранен, командир другой роты – убит. Еще несколько бойцов погибли, не успев сделать и выстрела. Мы попытались штурмом взять позиции противника, но были отброшены ураганным огнем. Это стоило нам новых потерь. Мы залегли на месте. Около двух часов ночи ко мне приблизился командир бригады Узи Яири и приказал укрыться в одном из ирригационных каналов. Мы переместились туда, и я тут же получил пулю. Она чиркнула прямо у виска, оцарапав мне голову. Я упал и услышал, как мой связист докалывает по рации: «Ротного убили». Я сказал, что еще не убили, и попросил перевязать мне голову». В половине четвертого утра на «Китайскую ферму» прибыло израильское подкрепление. Это были десантники 100 батальона под командованием Эхуда Барака. Они попытались штурмовать позиции египтян, однако, наткнувшись на интенсивный ответный огонь, были вынуждены остановиться. В это же время под прикрытием огня с поля боя начали эвакуировать раненых и тела погибших бойцов 890 батальона. В ходе неудачного штурма 100 батальон потерял 43 бойца погибшими, 5 танков и 2 бронетранспортера. Тяжелые бои, которые вели на «Китайской ферме» десантники, позволили танкистам 14 бригады продвинуться в направлении Суэцкого канала и доставить к его берегу понтонное оборудование для переправы. Через эти мосты израильская армия смогла переправить на западный берег и тяжелую технику. По ним прошла целая 162-я бронетанковая дивизия под командованием Авраама Аднана.
Уже после наступления рассвета 18 октября в район «Китайской фермы» были переброшены дополнительные силы – 600 бронетанковая бригада под командованием Тувии Равива. Но танкисты уже не встретили на своем пути сопротивления. Изможденные боями египтяне, опасаясь попасть в окружение, отступили к северу. «Китайская ферма» оказалась под контролем израильтян. Путь к продолжению форсирования Суэцкого канала был открыт. «Опять они драпали» К 24 октября израильские танки были уже в 100 километрах от Каира. 3-я египетская армия находилась в окружении. Ей грозил полный разгром. Поэтому президент Египета Анвар Садат был вынужден обратиться к США с просьбой надавить на Израиль и вынудить его прекратить военные действия.
Раздосадованный советский генсек Леонид Брежнев, по воспоминаниям бывшего заместителя заведующего международным отделом ЦК КПСС Анатолия Черняева, негодовал: «Мы им предлагаем сколько лет разумный путь. Нет — они хотели повоевать. Пожалуйста! Мы дали им технику, новейшую, какой во Вьетнаме не было. Они имели двойное превосходство в танках и авиации, тройное — в артиллерии, а в противовоздушных и противотанковых средствах — абсолютное превосходство. И что? Их опять раздолбали. И опять они драпали. И опять завопили, чтоб мы их спасали. Садат меня дважды среди ночи подымал по телефону: «Спасай!» Требовал послать советский десант, причем немедленно! Нет! Мы за них воевать не будем». Все это стало возможным благодаря «храбрым сердцем» – тем, кто сражался и погибал в аду «Китайской фермы». И спасал страну, несмотря ни на что. источник
Метки:
Метки:
На западном берегу канала в районе Серпиум в 8 км от района израильского форсирования (Деверсуэр) находился египетский лагерь, занятый батальоном коммандос, и позиции зенитной артиллерии. Рота парашутистов из 247-й (в 1967г. - 55-я) резервистской бригады при поддержке двух танков должна была обойти этот лагерь. Один из танков порвал гусеницу и остался сзади. Остальные силы ошиблись в навигации и вышли прямо на египетскую засаду. В ходе боя 14 парашютистов погибло и 35 были ранены. Аса Киршони был в составе группы из четырёх человек, оторвавшейся от основных сил. В его группе один погиб и двое были ранены, причём, египтяне сосредоточили основную атаку именно на этой группе. В самом начале боя водитель и пулеметчик джипа были ранены, но Кишрони смог затащить их и оружие в двухэтажный дом, откуда и отбивал в течении четырех часов атаку двух рот египетских коммандос. Он уничтожил 2 грузовика с египетскими солдатами. По истечении четырех часов египтяне отступили, потеряв больше 120 человек убитыми. За этот бой Кишрони получил высший орден Израиля - "Итур Ха-Гвура". Он был одним из 8 (в т.ч. 3 посмертно), награждённым этим орденом за 1973 г. Аса Кишрони на момент начала войны был майором резерва. В "преследованиях" в Иорданской долине он получил ранение в левую руку, в результате рука частично утратила подвижность. Из-за этого Кишрони сложно было использовать оружие (кроме своего "Узи", на котором было специальное приспособление, позволявшее ему взводить затвор). Прославился, однако, он совсем не этим боем, а тем что после войны был одним из первых (по крайней мере, среди военных), кто потребовал создания следственной комиссии для выяснения причин и виновных в том, что Израиль застали врасплох в той войне. Комиссия (получившая название "комиссия Аграната") была создана, но Кишрони не понравились ее выводы (он считал, что комиссия покрывает истинных виновников) и он подал в отставку. При этом он демонстративно вернул орден Министерству Обороны. Сирпиум - это название деревни, где был бой. Аса был в 2-х этажном доме на северном краю деревни. Колона парашутистов двигалась на полугусеничных БТР, в т.ч. и Аса. Из четырёх человек группы трое были вооружены FN FAL, в т.ч. и Аса, один "Узи". Причём винтовку Аса взял у погибшего водителя БТР. Ещё - ручные гранаты и гранатомёты LAW. Аса вытащил из картонного ящика, стоявшего в БТР три "Лау", причём до этого он никогда из него не стрелял ("Лау" прибыли в Израиль за несколько дней до этого по воздушному мосту). Появился египетский БТР "Топаз" и Аса подбил его со второй ракеты. www.War Online.org
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Присутствовали Голда Меир, министр обороны Моше Даян, начальник гештаба ЦАХАЛа генерал-лейтенант Давид Элазар и другие генералы ЦАХАЛа. Голда Меир: «Меня злит то, что все годы я спорила с теми, кто говорил: «Переезжайте, переезжайте, переезжайте в пределах страны, и тогда будет мир». Они сознательно или неосознанно полностью игнорировали другую сторону… Есть Каддафи, есть Фейсал, есть Ирак — что бы произошло?.... Я понятия не имею, кто будет в следующем правительстве… Если, не дай Бог, нас потащат за собой те, кто обещал нам, что за международной границей лежит мир, готовый и ждущий нас, мир в том смысле, в каком мы хотим его понимать, то горе нам ... Если бы мы только могли сказать, что это последняя война… (Война Судного дня) Мы должны считать себя мобилизованными надолго, и я не знаю, насколько. Но это не вопрос нескольких дней. Пока нет мира, есть война. И война может выйти на первый план в любой момент. Невозможно иметь и войну, и нормальную жизнь. Нация должна это знать»
Генерал-майор Шмуэль Гонен, глава Южного командования ЦАХАЛа: «Я считаю, что конфликт между нами и арабами носит религиозный, а не националистический характер, и поэтому не думаю, что его можно разрешить. Это должно стать отправной точкой в переговорах с ними... Я не верю — надеюсь, что ошибаюсь, — что наше поколение заключит с ними мир. При всех обещаниях, на мой взгляд, все это — система уловок и притворства. Я не думаю, что это необходимо, но, если мы пойдем на уступки, чтобы ослабить давление на нас хотя бы на несколько лет, и пожертвуем будущим, мы проявим слабость, которую потом не сможем исправить».
Глава военной разведки ЦАХАЛа Эли Зеира: «Для нас важно не питать иллюзий на этот счет (установление мира с Египтом). Потому что есть много евреев, которые говорят, что, если можно заключить настоящий мир с Египтом, то давайте вернемся к международной границе (1967 года) .... На этом ничего не закончится. Я не вижу, как мы можем достичь с ними настоящего мира. Мы не должны питать иллюзий, что мы сможем жить в этом регионе в мире в обмен на продажу нескольких дунамов. На это нет никаких шансов»
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
Метки:
- украинский еврейский политический и общественный деятель, историк, политолог, экономист.родился в уездном бессарабском местечке Сороки (теперь Сорокского района Молдовы) в 1885 году. С 1901 года работал в керченской газете «Южный курьер» (публиковался под псевдонимом «Сиг» — по первым буквам имени, отчества и фамилии), специализировался на театральной критике. В 1905 году стал членом сионистской социал-демократической рабочей партии «Поалей Цион». В 1913 году окончил Киевский коммерческий институт (Высшее коммерческое училище). Принимал участие в Февральской революции на Украине, состоял в Украинской социал-демократической рабочей партии. В эти годы печатался на русском и украинском языках под псевдонимом «С. Золотаренко». В феврале 1917 года был назначен заведующим украинским отделом министерства труда Временного правительства (по шести губерниям Украины). В апреле по инициативе Гольдельмана юго-западный отдел партии «Поалей Цион» признал украинскую Центральную Раду и в июне 1917 годa он был избран членом Украинской Центральной Рады и её более узкого состава (исполнительного органа) — Малой Рады от партии «Поалей Цион». В первом правительстве Украинской Директории стал заместителем генерального секретаря труда. С мая по ноябрь 1918 года — в период гетманата — Гольдельман возглавлял одесскую редакцию официального органа «Поалей Цион» газеты «Ундзер лэбм» (Наша жизнь) на идише. В ноябре поддержал восстание против гетмана Скоропадскoгo. По его предложению 10 ноября 1918 года Директория приняла постановление о национально-персональной автономии для национальных меньшинств Украины. В декабре того же года (после падения гетмана) вновь стал товарищем (т.е. заместителем) секретаря труда и исполняющим обязанности секретаря по делам национальных меньшинств до назначения на этот пост 26 декабря Абрама Ревуцкого (1889-1946). В последующих составах правительства был товарищем министра труда, затем товарищем министра торговли и промышленности в правительстве В. Чеховского, вместе с которым в начале 1919 года ушёл в отставку. В апреле 1919 года, после отставки правительства Остапенко, Гольдельман снова стал экспертом по труду и торговле в кабинете Б. Мартоса, потом заместителем министра труда у И. Мазепы. Наконeц в 1920 году он снова и уже окончательно вышел в отставку из-за несогласия с территориальными уступками президента УНР А. Левицкого и головного атамана Симона Петлюры на переговорах с Польшей. В 1920-1922 годах жил сначала в Польше, потом в Вене, работал в Украинском социологическом институте и в Украинской вольной академии, начал активно публиковаться в эмигрантской украинской прессе и в периодических изданиях на идише. Опубликовал в Вене на идише (потом также на немецком и украинском языках) свою первую книгу «Ин голес ба ди украинер: брив фун а идишн социалдемократ» (В украинском рассеянии: письма еврейского социал-демократа, 1921). В 1922 году переехал в Прагу, где вошёл в редакцию журнала «Новая Украина» и до 1929 года работал доцентом, а с 1925 года профессором экономико-коммерческого факультета Украинской хозяйственной академии и Украинского техно-хозяйственного института в Подебрадах. В 1922 году на украинском языке опубликовал труд «Антисемитизм, большевизм и еврейская политика», в 1930 году — «Очерки социально-экономической структуры еврейского народа». На протяжении 1920-х годов отдельные статьи Гольдельмана печатались и в советских периодических изданиях на русском языке. В 1930-1939 годах был активистом сионистских организаций в Праге, основал небольшое частное издательство («Professor Salomon Goldelman»), специализирующееся на выпуске сионистской литературы, главным образом на немецком языке. До 1938 года руководил созданной им Высшей сионистской школой (первоначально Институт сионистского образования). В 1937 году на немецком языке в Вене был опубликован труд Гольдельмана «Разрешает ли коммунизм еврейский вопрос: красная ассимиляция и советский сионизм», посвящённый биробиджанскому проекту. В 1939 году на венгерском языке в Тимишоаре вышло доработанное издание этой книги. С конца 1930-х годов начал также публиковаться и в специализированной периодике на английском языке. Историко-экономические обзоры Гольдельмана переводились на венгерский, чешский и другие языки. С августа 1939 года жил в подмандатной Палестине, сначала в Хайфе, затем до конца жизни в Иерусалиме. Работал в Еврейском университете в Иерусалиме, продолжал публиковать экономические и политологические обзоры в прессе на идише, иврите и на английском языке. В 1940 году воссоздал теперь уже заочный институт сионистского образования, которым руководил до начала 1960-х годов. В 1950 году стал одним из учредителей Лиги борьбы против религиозного принуждения в Израиле (возглавлял лигу до 1960 года). В 1950 году вновь начал активно сотрудничать с эмигрантскими украинскими организациями и публиковаться в украинской прессе. В 1961 году на украинском языке в Мюнхене вышла его монография «Ассимиляция и денационализация евреев в Советском Союзе», а в 1963 году там же его монументальное историческое исследование «Еврейская автономия на Украине, 1917-1920», в 1968 году переизданное в США на английском языке. Несколько монографий по истории российского еврейства, в частности еврейского землевладения на юге России, были опубликованы в последние годы жизни Гольдельмана и посмертно на немецком языке. Умер в 1974 году в Иерусалимe