Еврейский календарь

1348, 6 июля — (10 Ава 5108) Папа Климент VI обнародовал буллу, в которой он подробно объяснял, что евреи умирали от чумы точно так же, как христиане, что эпидемия Чёрной смерти свирепствовала и в тех краях, где вообще нет евреев, и что нет никаких оснований обвинять их в распространении болезни.

1348, 21 сентября — (28 Тишри 5109) Евреям Цюриха предъявлены обвинения в отравлении колодцев и распространении чумы. Некоторые сожжены, остальные изгнаны.

1348, 26 сентября — (3 Хешвана 5109) Опубликована булла папы Климента VI «Quamvis Perfidiam», в которой отвергаются утверждения черни в том, что евреи, отравляя колодцы, являются виновниками эпидемии чумы в Европе (см. Блог)

1348, 15 ноября — (23 Кислева 5109) В условиях разрушительного действия Черной Чумы, которая в конечном итоге убила 25 миллионов европейцев, правительственный чиновник в Швейцарии объявил, что евреи (под пытками) признались в отравлении колодцев в Долине Рейна. Так начался "год ужаса", когда были разрушены большинство еврейских общин в регионе и тысячи евреев сожгли заживо. источник, Подробнее

В 1348 году врач Альфонсо де Кордова, работавший в Монпелье (ныне город на юге Франции, тогда входивший в состав испанского королевства Арагон), решил, что уловил дух времени. Он предположил, что в этот катастрофический год прошли три отдельные волны ядовитой чумы: одна была вызвана движением созвездий, другая – землетрясениями и другими земными потрясениями, а третья – самая смертоносная – «рукотворностью», злыми поступками людей.

Ядовитая рукотворная зараза не поддавалась лечению. Ни один врач не мог ее облегчить. Де Кордова привел пример того, как работала «рукотворность»: «яд» могли «заквасить» в стеклянной амфоре, чтобы «злодей» вышел на сильный ветер, повернулся и «с силой бросил амфору о камни. Когда она разобьется, пар распространится и рассеется в воздухе. Каждый, кого коснется этот пар, в очень скором времени умрет»

Другие винили во всем воду, а не воздух, предполагая, что яд выливали в колодцы, источники и реки. Французский поэт и композитор Гийом де Машо, забаррикадировавшись в своем парижском доме, писал, что «колодцы, реки и фонтаны, в которых ранее была чистая и здоровая вода», были намеренно отравлены, что стало смертным приговором для многих людей.

«Все, кто пользовался этой водой, внезапно умерли. И в самом деле, десять раз 100 000 человек умирали на полях и в городах, пока смертельный заговор не был раскрыт» .

Преднамеренное отравление было простым, ясным и понятным объяснением, предлагавшим возможное решение: избавиться от отравителей.

Своим современникам де Кордова абсолютно четко описал личность «злодеев». Большинство умерших были христианами, что логично, ведь европейское население в основном было христианским, но де Кордова настаивал, что христиане явно стали мишенью. Так злодей в этом деле стал очевиден: «евреи, плохие и неверные», как сказал де Маршо. Он мгновенно нашел поддержку у других христиан. Герман Гигас утверждал, что по всей Германии «многие евреи признались… что купили яд за границей» и сливали его в колодцы и фонтаны на территории страны. «Повсюду ходили слухи, – пишет французский историк и монах Жиль ли Мюизи, – что евреи пытаются уничтожить христиан, подсыпая яды в источники, колодцы и реки».

К началу 1348 года этот слух стал столь же распространенным и разрушительным, как и сама чума. Первые настоящие судебные процессы по делам об отравлении воды в колодцах прошли в Савойе на западе Франции, где группу евреев, допрошенных под пытками, признали виновной в сбросе яда в колодцы из «узкой сшитой кожаной сумки». Некоторых просто оштрафовали, но 11 человек сожгли заживо.

Этот судебный процесс вдохновил десятки других только в 1348 году. Во многих местах население полностью отвергало суды и сразу переходило к наказанию. В 1348–1349 годах во Франции, Швейцарии и Испании сожгли сотни евреев. Их семьи умирали в своих домах, если им не посчастливилось быть изгнанными. В Германии сотни евреев согнали в деревянную хижину и сожгли заживо

Папа Климент VI осудил насилие:

«Поскольку эта зараза, почти всеобщая и повсеместная… поражала и продолжает поражать в разных областях земли как евреев, так и многие другие народы, не знающие общения с ними, утверждение, что евреи предоставили повод или причину для такого преступления, не представляется правдоподобным».

Очевидно, это заявление не положило конец насилию. Вместо того чтобы оправдать евреев, оно только подчеркнуло причину успешности совершаемых ими злоденияний.

Они были среди нас.

Евреи не имели собственной земли, а жили по всей Европе, в каждой культуре и стране, где распространялась чума. Они могли проникнуть в любой город, деревню или селение, каким бы изолированным оно ни было.

Конечно, объяснение вины евреев нашлось и в гиппократовской теории: она основывалась на утверждении, что некоторые типы телосложения лучше всего себя чувствуют в определенной атмосфере.

Как мы увидим в следующей главе, отсюда совсем недалеко до убеждения, что, попадая в нашу атмосферу, люди другого типа приносят с собой дисфункции, с которыми мы не умеем справляться и от которых не можем восстановиться (если бы только они оставались в своих странах!).

Особенностью чумы была ее вездесущность. Она поразила все страны известного мира. Обвинять в ее распространении только одну нацию было бесполезно, поэтому ответственность легла на евреев. Этот народ отличался от нас и жил в каждой европейской стране, но при этом присягал небесной силе, а не земным нациям. Он был довольно похожим на нас, чтобы быть полезным (мы занимали у евреев деньги), но при этом достаточно другим, чтобы стать причиной отравления. «Все, кого удалось найти, – прямо пишет де Мюсси, – были сожжены».

Западноевропейский погром евреев был настолько разрушительным, что заставил все еврейское население переместиться на восток – евреи бежали от обвинений в отравлении и горящих деревень на мусульманские земли, где жители меньше верили в антихристианские заговоры. 200 лет спустя еврейские семьи гораздо чаще были восточноевропейскими, чем французскими, немецкими или английскими. Отчаянные попытки найти ответы на вопросы о болезнях изменили будущее всех евреев. Кроме того, они углубили и укрепили европейскую склонность к антисемитизму и дали ей корни, распространившиеся в Новый Свет и продолжающие питать ее по сей день.

Конечно, антисемитизм появился задолго до чумы. «Черная смерть» не породила враждебности к евреям, и нападки на еврейское население не всегда можно связать со вспышками болезней. Однако трагедия «черной смерти» создала новое пространство для ненависти, существовавшей веками, и стала убедительным способом оправдать неразумное. В последующие века болезни снова и снова следовали этому сценарию: эпидемии служили рупором для ненависти и порождали новые волны насилия в отношении евреев.

Но евреи были не одиноки. В начале ХХ века, когда туберкулез был широко известен как еврейская болезнь, в полиомиелите винили итальянцев, а в холере – ирландцев. Однако во время Второй мировой войны волна гонений и обвинений евреев в начале эпидемий на порядок превзошла погромы во время «черной смерти (Сьюзен Уйс Бауэр "История уязвимости. Как болезни с древнейших времен решали за человека что думать, во что верить и что покупать"

  Переводчик дат