1741 — события (0-4 из 4)

1741, 13 января — (7 Швата 5501) Сообщение в газете "Санкт-петербургские ведомости": "Как неосновательно о господине капитане Албедиле, и господине обер-гофкомиссаре Липмане в иностранных ведомостях, а именно в Утрехтских, Французских № 102 и в Берлинских № 156-м разглашено, сие можно из сего весьма ясно усмотреть, что... упомянутый обер-комиссар господин Липман

(Исаак Либман) — финансовый агент при русском дворе, носивший официальные звания "обер-гофкомиссара" и "камер-агента". По-видимому, к нему относится сообщение от 1721 г.: "проехал почтой из Ревеля в Петербург Голицынский придворный жид Липман". В это время в Курляндии проживала будущая русская императрица Анна Иоанновна, сильно нуждавшаяся в деньгах, и возможно, что уже тогда Л. имел случай быть ей полезным. Сведения о Липмане учащаются с 1727 г. В этом году престол занял Петр II; известно, что план Меньшикова выдать свою дочь замуж за Петра встретил поддержку в лице кн. Д. М. Голицына; может быть, в связи с этим "голицынский придворный жид" становится финансовым агентом или ювелиром при русском дворе; 26 июля 1727 г. Меньшиков подписал от имени государя указ о выдаче Липману шести тысяч рублей за "три кавалерии Св. Екатерины с бриллиантами"; в 1729 г. мы встречаем Липмана среди оценщиков имущества, оставшегося после смерти великой княгини Наталии Алексеевны. Денежные дела связывали Липмана со двором и при Анне Иоанновне; так, в 1733 г. Последовал собственноручный указ императрицы уплатить "купцу Либману" около 160 тысяч рублей за разные вещи, купленные у него. С 1734 г Липман именуется в документах "обер-гофкомиссаром Либманом". В это время Липман выступил и в исключительной роли, свидетельствующей о его крупных связях при дворе; по жалобе одного шкловского еврея на то, что у него был украден сын каким-то поручиком, именным указом, подписанным кабинет-министрами, было повторено требование возвратить еврею его сына, и этот указ был вручен Липману В 1736 г. Липман упоминается и в звании "камер-агента"; ему выплачивают тысячу рублей на приезд в Россию иностранного врача; агент Липмана — на в Венгрии выдает за счет русского правительства деньги находившемуся там русскому полковнику. Липман занимался и торговлей. Имея непосредственные сношения с императрицей, Липман находился в особенно тесной связи с ее фаворитом Бироном. Став курляндским герцогом, Бирон передал Липману почти все управление финансовыми делами края. Современники утверждали, что Липман был ближайшим доверенным лицом Бирона, что Бирон обращался к нему за советами по вопросам русской государственной жизни. Один из послов при русском дворе писал, что Бирон, не доверяя гр. Остерману, следует его советам лишь постольку, поскольку их одобряет Липман, которому одному Бирон доверяет свои тайны и который всегда присутствует при беседах Бирона с кем бы то ни было; можно сказать, писал посол, что "именно Липман управляет Россией". Близости Липмана ко двору придавалось в то время такое значение, что, когда в 1739 г. был задуман государственный переворот с целью возвести на престол Елизавету, было решено предать Л. в руки разъяренной толпы. Однако новейшие исследования дают основание умалить деятельность самого Бирона при Анне Иоанновне, а потому не следует особенно доверчиво относиться к словам современников о роли Липмана, который, как еврей, был исключительным явлением при дворе. Автор книги "Бироновщина и кабинет министров" Б. Строев называет приведенное сообщение посла сплетней (часть 2, вып. 1, стр. 26), отмечая отрицательное отношение императрицы к еврейскому населению. Этот взгляд на роль Л. подтверждается и тем обстоятельством, что Л. продолжал исполнять свои функции при дворе и тогда, когда Анна Леопольдовна, регентша малолетнего государя Иоанна Антоновича, сослала Бирона

  комерцию свою по прежнему продолжает и при всех публичных случаях у здешнего Императорского двора бывает"

Метки:

1741, 5 июня — (2 Таммуза 5501) Статья в газете “Санкт-Петербургские ведомости” (Россия (№45) рассказала о том, как “праздновали жиды с торжественною церемонию рождения Эрцгерцога”. Празднование, проходившее в основанном ещё в XVI веке Еврейском квартале Праги, получило в газете самое подробное и детальное описание. При этом жиды были описаны не как гарпагоны и изгои, а, подобно другим народам, во всём многообразии родов и званий. Среди них были трубачи, скороходы, сапожники, мясники, позументщики, писари, сторожа, студенты с серебряными книгами в руках, меламеды, врачи, музыканты, скорняки, “перед которыми несли два щита, из мехов сделанные, на одном из оных изображены портреты королевы и принца, а на другом виден был Давыдов щит”, акробаты, арлекины, шуты и т.д. Да и внешний вид иудеев автора статьи явно впечатлил: он назвал их “богато убранными жидами”, причём некоторые были с круглыми чёрными шляпами, иные в венгерском платье, кто-то был одет “самыми дорогими мехами всех сортов”, другой в гусарской одежде публике “всякие приятные мины показывал”. href="http://www.berkovich-zametki.com/2014/Zametki/Nomer2/Berdnikov1.php">источник

 

Метки:

1741, 3 июля — (1 Ава 5501) Начало алие раввина Хаима бар Моше Ибн Атара (см. 26 июня 1743 года) и его учеников. автор книги Ор ахаим отбыл из порта Ливорно с группой своих учеников и их семьями – всего около тридцати человек. На корабле они достигли Александрии, а затем, в конце месяца элуль 5501 /1741/ года сошли на берег в аккском порту.

Метки:

1741, 16 декабря — (20 Тевета 5520) Во Франкфурте родился Натан Ха-Коэн Адлер

был ближайшим учеником франкфуртского даяна (судьи) р. Давида-Тэвли Шифа, впоследствии ставшего раввином Лондона. Учился также у главного раввина Франкфурта на Майне, выдающегося праведника р. Авраама-Абиша Франкфуртера. Кабалистическую традицию, и в частности духовное наследие Аризаля , он воспринял от посланца Цфата р. Хаима Модаи, который в течение двух лет жил в его франкфуртском доме. В возрасте двадцати лет р. Натан Адлер основал во Франкфурте на Майне ешиву, в которую стекались одаренные юноши из многих стран Европы. Его ближайшим учеником был юный Моше Софер (Хатам Софер), ставший впоследствии одним из духовных вождей своего поколения.Наряду с углубленным изучением Талмуда и законодательных сводов, р. Натан Адлер приобщал своих ближайших учеников к сокровенным разделам Устной Торы, приоткрывая перед ними и тайны практической кабалы. Хатам Софер вспоминал множество историй, связанных с особыми духовными способностями р. Адлера. Он рассказывал, например, как однажды по ложному доносу в дом наставника явились полицейские чиновники, чтобы конфисковать хранящийся у него свиток Торы. Поняв их намерения, р. Адлер, бережно взяв свиток в руки, встал с ним в самом центре комнаты. Полицейские перерыли все в доме, тщательно обыскав каждый угол, но не заметили ни свитка, ни самого р. Адлера, спокойно наблюдающего за происходящим, – потому что «он стал невидим» (Гдолей адорот). Но особенное влияние оказывала на учеников сама личность наставника, отмеченная его исходящей из самой глубины сердца любовью к своему народу и заботой о каждом из сынов Израиля. Рассказывают, что однажды вьюжной зимой он был приглашен в деревню под Франкфуртом на почетную роль сандака, на коленях которого лежит младенец в момент обрезания. Всю ночь р. Натан Адлер провел в дороге, чтобы рано утром выполнить возложенную на него роль. После церемонии обрезания, во время трапезы, собравшиеся вдруг заметили, что почетный гость исчез. После непродолжительных поисков его обнаружили во дворе, подпрыгивающим от холода. Он объяснил, что отпустил возницу немного погреться в дом, а сам взялся сторожить его лошадь – но вот уже целый час возница не возвращается. Вскоре нашли и возницу, спящего сном праведника на печи, – однако р. Натан не позволил его будить. Он согласился возвратиться к столу лишь после того, как кто-то из домочадцев сменил его на добровольном посту (Маасей авотейну, Тазриа). Р. Натан Адлер был достаточно состоятельным человеком – однако всеми делами в семейном торговом доме управляла его жена, а он имел возможность посвящать все свое время изучению и преподаванию Торы. Двери его жилища не запирались ни днем, ни ночью – друзья и ученики приходили в любое время суток, чтобы вместе с ним разобраться в каком-либо сложном вопросе или воспользоваться книгами из его обширной библиотеки. Рассказывают, что однажды, склонившись над священным манускриптом у окна своей комнаты, р. Натан Адлер заметил, что какой-то еврей залез в его дровяной сарай и вытаскивает оттуда охапки поленьев. Р. Натан Адлер закричал с дрожью в голосе: «Эфкер! – Все это бесхозное! С этой минуты я объявляю все свое имущество бесхозным!». Он выскочил на улицу, возбужденно схватил вора за край одежды и сказал: «Слава Б-гу! Как тебе повезло, что я выглянул в окно и, заметив тебя, успел объявить эти дрова бесхозными! Ведь иначе, не дай Б-г, ты бы мог преступить запрет Торы! Слава Б-гу! …А теперь, поскольку эти дрова никому не принадлежат, ты можешь с чистой совестью выбрать из них лучшие и взять, сколько тебе необходимо». Р. Натан Адлер помог растерявшемуся бедняку водрузить связки дров на плечи и проводил его до ворот» (Сарей амеа 1:8). Р. Адлер остро чувствовал не только нужды и страдания отдельного человека, но и страдания всего народа. Сохранились свидетельства, что каждую ночь он, опустившись на пол, без обуви, как Девятого ава, читал Тикун хацот (Полуночную молитву), оплакивая разрушенный Храм и судьбу народа, томящегося в бесконечном изгнании. Он многократно, с сердечной болью, повторял стихи из псалма (Теилим 137:5-6): «Если я забуду тебя, Йерушалаим, пусть онемеет моя десница! Пусть присохнет мой язык к небу, если не буду о тебе помнить…». И согласно сказанному в том же псалме: «…Вознесу Йерушалаим на вершину моей радости», р. Натан Адлер стремился перед каждым праздником Суккот приобрести этрог, пальмовую ветвь и ветви мирта, привезенные именно из Земли Израиля, – и лицо его светилось от счастья, когда он удостаивался произносить благословение на эти растения, согретые теплом родины. В качестве коэна в своей синагоге он произносил коэнское благословение каждый день, как это принято лишь на Святой Земле, в то время как во всех странах рассеяния коэны благословляли общину только в праздники. Более того, р. Натан Адлер был единственным из выдающихся ашкеназских мудрецов, кто молился и изучал Тору, произнося слова святого языка по-сефардски, – поскольку именно так говорили на Земле Израиля. Сефардский вариант произношения он воспринял от уже упомянутого посланца Цфата р. Хаима Модаи, с которым в течение двух лет говорил только на святом языке (Сарей амеа 1:8). В 5542 /1782/ году р. Натан Адлер был приглашен занять пост раввина в моравском городке Босковиче. Покидая Франкфурт на Майне, он отказался взять с собой в дальний путь кого-либо из учеников. Предание свидетельствует, что двадцатилетний Моше Софер бежал за его повозкой много километров – до тех пор, пока наставник не разрешил ему занять место рядом с собой. Моше Софер вспоминал, что во время дальней дороги пала одна из двух лошадей, и возница отправился в ближайшее поселение, чтобы приобрести замену. Через некоторое время он возвратился, ведя под уздцы …осла. Завидев осла, р. Натан Адлер спрыгнул с повозки и пустился в пляс. «Только ради этого стоило уехать так далеко от Франкфурта!» – воскликнул он. На недоуменный вопрос ученика, не понимавшего причины веселья, р. Натан пояснил: благодаря вознице они удостоились выполнить очень редкую заповедь «Не паши на быке и осле вместе» (Дварим 22:10) – ведь этот запрет Торы подразумевает также использование двух разных видов животных для совместного перемещения повозки. По просьбе р. Адлера возница отвел обратно осла и приобрел вместо него коня (Маасей авотейну, Ки теце). В Босковиче р. Адлер провел только три года – в общине этого городка не смогли примириться с теми строгими требованиями, которые он предъявлял, – и особенно в области забоя скота и кашерности мясной пищи. Р. Адлер был вынужден оставить свое раввинское кресло и вернуться во Франкфурт на Майне, где возобновил работу ешивы. Р. Натан Адлер не писал книг и не делал даже кратких заметок. Он говорил, что мудрецы разрешили записывать Устную Тору только тому, кто забывает изученное, – однако, если человек помнит все, что изучил и открыл в Торе, он по-прежнему подпадает под запрещение. Поэтому он позволял себе лишь ставить значки и пометки на полях прочитанных книг (Сарей амеа 1:7). Натан Адлер был призван в Небесную Ешиву двадцать седьмого элуля 5560 /1800/ года.

  - известный немецкий раввин и каббалист. Умер 17 сентября 1800 года.

Метки:

Страницы: 1