— события (2375-2400 из 8463)

1909, 1 апреля — (21 Нисана 5669) Ишув. В Седжере - поселении Галилеи убиты двое работников - И. Корнгольд и Ш. Меламед. В этот же день в селении Месха

КФАР-ТАВОР, мошава в Нижней Галилее у подножия горы Тавор между Афулой и Тверией. Основана в 1901 г. семьями билуйцев из Зихрон-Яакова, Рош-Пинны и Шфеи при содействии Еврейского колонизационного общества. Первоначально Кфар-Тавор именовался Месха, по названию близлежащего арабского села.

основана организация Ха-шомер - предтеча Хаганы. Первые еврейские поселения Эрец-Исраэль были уязвимы не только малочисленностью и одиночеством, но и привлечением к охране арабов. В результате те получали над евреями власть и пользовались ею бесконтрольно. Осознание этой зависимости и привело к созданию Ха-Шомера, ставившего цель воспитания в Стране кадров еврейских сторожей.

:

1909, 8 мая — (1 Сивана 5669) В семье барона Эдуарда де Ротшильда родился будущий глава французской ветви всемирно известной династии барон Ги Эдуард Альфонс Поль де Ротшильд. Умер 12.06.2007.

:

1909, мая — (10 Сивана 5669) Родился Бени Гудман - американский джазовый композитор и музыкант. Умер 13.06.1986.

:

1909, мая — (10 Сивана 5669) Ишув. Первым, ещё не получив разрешение, начал сторить свой дом в Тель-Авиве торговец Раувен Сегаль. Его семья приехала из Румынии в 1882 году, когда Раувену было 2 года. Он построил свой дом на улице Иегуда Галеви, 25. Сегодня на месте дома большая автомобильная стоянка.

:

1909, мая — (12 5669) Haskoy, 500 .

:

1909, мая — (16 Ияра 5669) Родился Эдвин Лэнд - американский ученый-оптик, изобретатель фотоаппарата "Полароид", создатель компании "Полароид". Компания Лэнда разрабатывала оптическую технику, в том числе военную оптику: приборы ночного видения, перископы, бинокли. Но наибольшую известность ей принес аппарат мгновенной фотосъемки. Подробнее

Эдвин Герберт Лэнд родился 7 мая 1909 года в Бриджпорте (штат Коннектикут, США) в семье одессита, приехавшего в Америку в 1880 году и преуспевшего в сборе и утилизации металлического лома. В школьные годы Эдвин Лэнд увлекся оптикой, после школы поступил в Гарвардский университет. В процессе обучения Лэнд решил заняться изобретением поляризующих линз для автомобильных фар, которые бы освещали дорогу, не ослепляя встречные машины. Посвятив себя работе над созданием поляризационных фильтров, Лэнд бросил учебу и переехал в Нью-Йорк. В 1934 году Лэнд получил первый патент на поляризационные материалы, разработал способ изготовления как неослепляющих автомобильных фар, так и поляризационных светофильтров для фотоаппаратов, стекол для солнцезащитных очков. В 1937 году в Кембридже (штат Массачусетс) ученый основал компанию Polaroid Corporation, специализацией которой стала оптическая техника. Изобретения Лэнда пользовались большим спросом в годы Второй мировой войны. «Полароид» разрабатывал военную оптику: приборы ночного видения, перископы, бинокли. Лэнд также получил правительственный заказ на разработку системы управления снарядов, самонаводящихся на инфракрасное излучение. В 1946 году Лэнд занялся разработкой фотоаппарата, в котором были бы объединены процессы фотосъемки и обработки снимков. Уже в 1947 году изобретатель продемонстрировал фотоаппарат, в котором весь процесс создания фотографии занимал 60 секунд. В ноябре 1948 года в одном из универмагов Бостона появилась в продаже первая коммерческая модель Polaroid Land-95 по цене около 90 долларов. Первая партия была раскуплена за один день. В послевоенные годы Лэнд участвовал в американских космических проектах и в оснащении фотоаппаратурой разведывательных самолетов. Ученый стал членом Совета по перспективному военно-техническому планированию при президенте США. В 1963 году «Полароид» выпустил «мгновенный» фотоаппарат для цветной съемки. В 1972 году появилась первая полностью автоматизированная карманная камера Polaroid SX?70. В результате высоких объемов продаж камеры цена акций компании «Полароид» поднялась в 90 раз. Однако позиция Лэнда по руководству компанией (отказ от каких-либо слияний и банковских кредитов, монополия на техническую реализацию идей) не встречали поддержки остальных акционеров. В 1975 году Лэнд был лишен поста президента компании, в 1980 году – поста председателя Совета директоров. В 1982 году Лэнд ушел в отставку, продав свои акции «Полароид», и больше не проявлял интереса к деятельности компании. За свою жизнь ученый запатентовал более 500 изобретений. Эдвин Лэнд умер в Кембридже (штат Массачусетс) 1 марта 1991 года. Гарвардский университет удостоил Эдвина Лэнда почетного докторского звания. Лэнд также имел высшую гражданскую награду США - Медаль Свободы.

 

:

1909, мая — (26 Ияра 5669) В Александровке Киевской губернии родился Леонид (Лазарь) Моисеевич Пятигорский — советский учёный, физик-теоретик, соавтор Л. Ландау по первому изданию первого тома фундаментального курса по теоретической физике. Умер 12 июня 1993 года. Подробнее

Леонид Моисеевич Пятигорский (Л.М.) родился в семье Моисея Евсеевича Пятигорского и Марии Марковны Бродской. По причине, возможно, связанной с антисемитизмом местных жителей, в школу не ходил, занимался с домашней учительницей и родителями. В семье было четверо детей. Старшие, Роза и Яша, в детстве умерли от скарлатины. Остались двое – Лёня и Циля, которая была младше Лёни на пять или шесть лет. “Жизнь до десяти лет у меня была как в раю. Создателями его были папа и мама”, ? писал в своих записках Л.М. В 1914 году М.Е. Пятигорский ушел на фронт. Был демобилизован с Георгиевским крестом после ранения. “Наступил 1919 год. Кончилось мое золотое детство, и из рая я попал сразу в ад”, – писал Л.М. (Далее см. 25 мая 1919 г.) Дальше – два года беспризорной жизни и скитаний. С 1920 по 1925 год Л.М. жил в детдоме. Принимал активное участие в деятельности Юных Спартаковцев, первых пионеров Украины. Самостоятельно, под руководством профессора Николая Барабашова, готовился к поступлению в вуз. Поступил и в 1931 году окончил Харьковский физико-химико-математический институт (ныне ХГУ). В 1933 году, принимая участие в тушении пожара в деревне Пологи, где работал по направлению комсомола, выстрелом был ранен снова. Пулю из спины вынули только в 80-х годах. В 1931 году поступил в аспирантуру при УФТИ к Л.Д. Ландау. Одним из первых сдал ему теорминимум. Но все работы, в первую очередь практически законченную диссертацию, по личному указанию научного руководителя передал другому <Тиссе>, вводя его в курс дела и помогая советами». Лев Давидович приехал в Харьков из Ленинграда после конфликта с А.Ф. Иоффе, директором Ленинградского физтеха, где работал Ландау. На новом месте Пятигорский сразу стал его первым помощником и другом. Он боготворил Ландау, сразу понял, что Ландау – гений. В УФТИ Пятигорский работал в теоргруппе под руководством Ландау, а в ХГУ было формально наоборот. Пятигорский заведовал кафедрой теорфизики, хотя и не имел ученой степени (тогда это допускалось). Он взял к себе Ландау, и они вместе стали реформировать программу обучения студентов теорфизике. В отчетной записке, написанной в середине 1935 года от руки, Ландау писал: «Пятигорский Л. средними темпами двигал свою научную работу. Кроме сего, он со мной написал уйму всяких программ и является единственным человеком, заботящимся о Харьковском университете». Вскоре в ХГУ разгорелся конфликт между студентами и Ландау, его причины – отдельная тема (см книгу). Пятигорский в нем играл умиротворяющую роль, пытаясь умерить отрицательную реакцию ректората и партбюро ХГУ по отношению к Ландау. Однако одновременно с этим в 1935 году разгорелся конфликт в УФТИ, в котором Ландау и Пятигорский оказались по разные стороны баррикады. Институт раскололся на два лагеря из-за противоположного отношения к пакету заказов по оборонной тематике, выданной вышестоящим ведомством, Наркомтяжпромом (НКТП). Тогда УФТИ еще не был в ведении Академии наук Украинской ССР, он получил из НКТП задания по расчету радиолокационной антенны, разработке мощного магнетрона как источника радиолокационных импульсов, поиску новых видов горючего и масел для авиационных двигателей. Это сопровождалось введением в УФТИ режима: пропуска, ограда, вахтеры, увеличение зарплаты тем, кто занят на секретной тематике, планы уволить из УФТИ иностранцев, главным образом немцев, работавших по контрактам. Все это вызвало протесты и демонстрации со стороны Ландау и близких к нему физиков, в том числе нескольких немцев (Ф. Хоутерманса, М. и Б. Руэманнов). Ландау стал жаловаться в НКТП (Н.И. Бухарину и Г.Л. Пятакову), писал в газету «Известия» и стенгазету УФТИ, требуя сохранить прежнюю свободу творчества хотя бы для теоретиков. Он предложил разделить УФТИ на два института – закрытый институт для прикладной спецтематики и институт прежнего свободного типа по фундаментальным физическим проблемам: физике низких температур [работу возглавлял Л.В. Шубников (расстрелян в 1937-м)], кристаллофизике [работу возглавляли И.В. Обреимов (арестован в 1938-м) и В.С. Горский (убит в 1937)], теоретической физике [под руководством самого Л.Д. Ландау с участием его учеников: Л.В. Розенкевича (расстрелян в 1937-м), М.А. Кореца (арестован в 1935-м, затем в 1938-м), И.Я. Померанчука, Е.М. Лифшица, А.И. Ахиезера и А.С. Компанейца (к счастью, избежавших репрессий)]. Против линии Ландау выступала дирекция УФТИ во главе с недавно назначенным С.Д. Давидовичем (нефизиком, администратором, он был расстрелян в 1937 году). Ее поддерживали Украинский НКВД и партийное руководство. Л.М. Пятигорский сначала метался между Ландау и дирекцией. Но в конце концов он поступил так, как ему подсказывала совесть убежденного большевика, которого спасла Красная Армия и воспитал детский дом. Решающую роль сыграла и его оценка международного положения – ощущение надвигающейся войны с Германией. В связи с этим он считал, что долг ученых – отказаться от полной свободы творчества, исполнять задания правительства по развитию радиолокационной техники. Думаю, что пока не видно, в чем можно упрекнуть Л.М. Пятигорского. И тут роковую роль в дальнейшей судьбе УФТИ (репрессированных в 1937-1938 годах и расстрелянных его сотрудников), в том числе в судьбе Ландау и Пятигорского, сыграл молодой человек, внезапно появившийся на сцене – 27-летний Моисей Абрамович Корец. В начале 1935 года Ландау пригласил к себе в УФТИ из Уральского физтеха Мишу Кореца, своего друга еще по Ленинграду. И Корец с первых же дней включился в конфликт, разгоравшийся в УФТИ. Более того, он сразу стал главным «мушкетером» Ландау и взял на себя роль авангарда в битве с дирекцией (ситуация – крайне нетипичная, для только что пришедшего в институт сотрудника, не имеющего имени в науке, но это – отдельная тема). Пятигорский пытался «образумить» Ландау, он, естественно, возненавидел Кореца, считал того выскочкой, авантюристом и провокатором (это видно из писем Пятигорского, помещенных нами в книгу). Силы враждебных лагерей были примерно равны. Но вот в разгар сражения, летом 1935 года, Пятигорский совершает опрометчивый поступок, который окончательно предрешит его дальнейшую судьбу. Поступок, строго говоря, предосудительный, но он становится понятным, если учесть трагическое детское и юношеское прошлое Пятигорского, спасенного и воспитанного советской властью. Пятигорский пишет заявление в НКВД, в котором подробно характеризует ситуацию и роли в ней различных сотрудников УФТИ. Принципиальным является вопрос, не фальшивка ли это. Так, факт причастности отца к данному заявлению ставит под сомнение М. Пятигорская. Но если прочесть внимательно это заявление на нескольких страницах, то по стилю и деталям становится ясным: его автор – Л.М. А вот что сообщает о заявлении профессор Ю.Н. Ранюк, видный историк физики из Харьковского физтеха. В письме сыну Пятигорского, попросившего прислать ему ксерокопию заявления, он пишет: «У меня Х-копии никогда не было. Я был вынужден (это было еще советское время) переписывать текст вручную. Я даже не помню, как было написано письмо. Но, кажется, напечатано на машинке. Хочу предупредить, что сейчас снять Х-копию сложнее, чем в советское время, хотя дело теперь находится в областном архиве». А в своем письме Ю. Ранюк добавляет: «10 лет я не решался это опубликовать». Чуть далее я покажу, что это заявление на самом деле играет даже положительную роль в личной истории Пятигорского, доказывая то, что он не был агентом НКВД. Что же было в заявлении? Оно направлено прежде всего против Кореца как самого активного застрельщика конфликта. Но Ландау также затронут. Пятигорский пишет, что ранее он считал Ландау «коммунистом без партбилета», но теперь тот попал под влияние Кореца, и это приведет его к беде. Он оказался прав, через три года именно Корец принесет Ландау антисталинскую листовку, попросит ее одобрить и отредактировать, а через неделю они оба и Ю.Б. Румер будут арестованы за эту листовку. Но листовка – это апрель 1938 года, пик сталинско-ежовского террора. А пока местной администрации и НКВД удалось «всего лишь» отдать под суд самого Кореца, обвинив его в ложном заполнении своей анкеты при поступлении на работу в УФТИ. На суде выступали многие свидетели и рассказывали о борьбе Кореца против оборонной тематики. Выступил и Пятигорский. Когда его спросили, почему, как он считает, Корец выступал против этих работ, Пятигорский ответил: «По глупости». Кореца осудили на полтора года заключения общего режима. Ландау боролся за освобождение друга, написал письмо наркому внутренних дел Украины Балицкому, поручился за Кореца. Того через полгода, в 1936 году, освободили и оправдали «за отсутствием состава преступления». Но Ландау не простил Пятигорскому его свидетельства на суде и, главное, его заявления в НКВД, о котором он как-то узнал, хотя никогда никому не рассказывал, каким образом. С ноября 1935 года Ландау полностью разорвал отношения с Пятигорским. Тот был переведен в другой отдел УФТИ. Ландау продолжал иметь дело с Пятигорским только по недописанному 1-му тому Курса. Пятигорский передавал Ландау десяток-другой страниц, написанных единственной левой рукой. Ландау их читал, правил и молча возвращал. Так родился в муках этот первый том. Но от дальнейшей работы по Курсу Ландау Пятигорского отстранил. Для написания других томов Курса он привлек Евгения Лифшица. Ландау даже вычеркнул Пятигорского из списка сдавших ему все девять экзаменов теорминимума, а тем самым из числа своих учеников. Поясним. Этот неформальный минимум сыграл огромную роль в отборе и формировании сильнейшей в мире научной школы Ландау по теоретической физике. Всего в списке, составленном самим Ландау в конце 1961 года, значилось 43 физика. Почти все они – ученые мирового класса, примерно половина из них стали академиками и членкорами. Но есть два-три человека, полностью сдавших теорминимум, но в список Ландау не включенных, среди них под пятым номером должен был бы стоять Пятигорский. Однако Ландау был личностью абсолютистского типа, он сам говорил о таких людях: «Отлучен от церкви», и имена прОклятых еретиков было запрещено даже упоминать в присутствии главы этой церкви. Не вполне подчинились этому лишь академики А.И. Ахиезер и И.М. Лифшиц, они работали в Харькове и продолжали иметь дело с Пятигорским, вероятно, даже жалели его, а И.М. Лифшиц опубликовал с ним пару совместных статей. После того, как Л.Д. Ландау решил порвать отношения с Л.М. Пятигорским, он отобрал у него почти законченную тему кандидатской диссертации по теме: «Образование электрон-позитронных пар при бета-распаде». Он приказал другому своему ученику, венгру Ласло Тиса, принять эту тему и ее окончить. Поначалу Тисса сопротивлялся, но Ландау пригрозил выгнать Тиссу из УФТИ. Тисса обратился к Пятигорскому. Тот стал разъяснять Тиссе тонкости своих вычислений, вводя его в курс дела. Сам Пятигорский защитил диссертацию лишь 20 лет спустя, и по совершенно другой теме («Плазме в волноводах»). Почему не защищал так долго? Потому что Ландау дал знать физической общественности, что он лишил Пятигорского своего доверия, и считает его не заслуживающим ученой степени. Фактически это был запрет на защиту от имени лидера советских физиков-теоретиков. Запрет Ландау снял только в 1956 году. Тогда он был вызван в Генпрокуратуру СССР, как свидетель по реабилитационным делам сотрудников УФТИ, расстрелянных и репрессированных в 1937-1938 гг. Там ему подтвердили то, что он сам и так знал с 1938 г.: основаниями его ареста были: 1) листовка, 2) показания харьковских коллег Л.В. Шубникова и Л.В. Розенкевича об их совместных с Ландау «вредительских действиях, направленных на срыв важнейших научных работ института, предназначенных для нужд обороны страны» (так это сформулировано в «Деле Ландау»). Ни в самом аресте, ни в подготовке обвинительного заключения поведение Пятигорского, какое бы оно ни было, роли не сыграло. По-видимому, последнего Ландау не знал. Узнав, он снял запрет на защиту Пятигорским диссертации. Последнего известил о хорошем событии академик А.Ахиезер, ученик Ландау. В 1956 г. в НИИ физико-технических и радиотехнических измерений (ВНИИФТРИ, г. Зеленоград) Л.М. Пятигорский защитил кандидатскую диссертацию. В этом институте он основал и возглавил лабораторию теоретической физики, в которой проработал до 1982 г. Для истории советской физики небезынтересны те моменты процесса написания тома 1 «Механика» 10-томного Курса теоретической физики Ландау и Лифшица, из которых видно, в каких житейских, а не только творческих муках рождалась эта первая книга великого Курса. Первое издание тома 1 вышло в 1940 г., авторов было двое: Л.Д. Ландау и Л.М. Пятигорский. Когда в 1935 г. между этими соавторами произошел разрыв, том 1 еще не был окончен. Сам Пятигорский написал об этом так. «Идея написания курса и список томов принадлежали Л.Д. Ландау. Конспекта лекций Ландау по механике у меня не было. Были только краткие заметки по его лекциям в теоретической лаборатории. Несколько листочков. После того как я заканчивал написание очередного параграфа, я передавал его Ландау, и он окончательно редактировал его. Эта работа состояла в том, что он вычеркивал то, что считал лишним. Именно это сокращение (примерно 15–20%) придало книге тот вид, который она имеет». А в 1958 г. «Механика» была переиздана. Соавторов по-прежнему было двое, но на этот раз вторым был не Л.М. Пятигорский, а Е.М. Лифшиц. Физики, с которыми я разговаривал, утверждают, что приблизительно 70% текста 1-го издания мало отличается от 2-го издания, исправлены ошибки, добавлены пара глав и задачи. Сын Л.Д. Ландау Игорь Львович написал из Швейцарии: «Я как-то сравнил два варианта этой книги и могу утверждать, что разница между ними минимальна. Впоследствии Пятигорский совершил какой-то, по мнению моего отца, исключительно неэтичный поступок, и все отношения между ними были разорваны. А книга переписана уже в соавторстве с Лифшицем». Профессор МГУ-ИОФАН-ФИАН А.А. Рухадзе написал в Предисловии к моей книге «Круг Ландау»: «Л.М. Пятигорский письменно отказался от соавторства в последующих изданиях в пользу Е.М. Лифшица. Не уступил лишь математическое дополнение, по-видимому, из-за того, что он собирался написать многотомник «Математика для физиков». Об этом он сам говорил мне при встрече в пос. Менделеева (Московская обл.) в начале 1970-х гг. Правомерно ли было удаление Пятигорского, как соавтора из Курса? Думаю, что, хотя Ландау имел полное право отказаться от соавторства Пятигорского в последующих томах, еще не написанных, но вычеркивать Пятигорского из соавторов «Механики» при переизданиях он не имел ни морального, ни авторского права (с точки зрения общечеловеческой корректности). Почему же Е.М. Лифшиц согласился стать вторым соавтором «Механики»? Если ответить одной фразой - он был просто вынужден подчиниться воли более сильного. Неплохо зная Лифшица, могу утверждать, что у него не было радости (а тем более - злорадства) от замещений соавторства в томе 1. Я спрашивал Е.М. Лифшица о Л.М. Пятигорском. Никогда не слышал от него чего-то содержательно негативного. Короткая общая фраза в ответ типа: «Дау считал, что Пятигорский плохо повел себя в Харькове, когда был суд над Корецом». И никаких подробностей. При этом надо учитывать то, что у Лифшица был принцип, доведенный до абсолюта: он никогда не позволял себе высказывания, осуждающие Ландау. Но вернемся назад в 1935 год. Что же там было на суде над Корецом, и был ли Пятигорский сексотом НКВД? Вот что написала Татьяна Леонидовна Пятигорская из Израиля "Вся его жизнь была цепью трагедий, начиная с 9 лет. Я, старшая дочка, была самым близким ему человеком <…>. Мы очень много разговаривали на разные темы и, конечно, он мне подробно рассказывал историю с Ландау. И я хорошо представляла себе ситуацию тех лет также и по рассказам моей мамы, которая жила с папой на территории УФТИ. Она знала всю эту компанию, как облупленных. Они все бывали у нас дома на огромных приемах, например, на мои дни рождения. Но мама еще и всю жизнь работала старшим преподавателем физики в Университете и писала по просьбе его ректора Буланкина историю Университета и харьковской физики. Я хорошо знала семью Абрама Александровича Слуцкина, которого травили за то, что он разрабатывал эту пресловутую антенну (прикладная тематика!). Еще задолго до того как появилось 4-ое издание книги этой c… Бессараб, где «называлось имя предателя», и мы получили ответ из КГБ о том, что фамилия Пятигорского не фигурирует в деле Ландау, и о том, кто там действительно фигурирует, т.е., по чьим показаниям Ландау посадили. Конечно, эти люди, Вы знаете о ком речь, тоже не были виноваты. Так вот, задолго до всего этого я понимала, что происходило в то время. <…> Папа был абсолютно уверен (и, как оказалось, абсолютно прав <имеется в виду надвигавшаяся война>), что необходимо было развивать прикладную тематику, в частности, работы Слуцкина. И, когда под давлением Кореца Ландау заставлял папу писать в стенгазету статью, «клеймящую» Абрама Александровича, папа отказался, хотя прекрасно представлял, чем ему это грозит, зная «немножко» характер Ландау. Этот конфликт уже полыхал, и все об этом знали, и очень удобно было сделать папу «козлом отпущения» в деле Кореца. Не знаю, кто Кореца конкретно подставил – НКВД или кто-то из окружения Ландау. Почитайте внимательно в книге Ранюка («Дело УФТИ» есть в Интернете) стенограмму (кажется, партсобрания), где все клеймили Кореца. А ведь это все наши соседи по УФТИ. Они дожили в полном уважении до глубокой старости, например Гарбер - а почитайте, что он говори о Кореце. Но на это как-то никто не обращает внимания. А когда папу вызвали в НКВД и спросили, выступал ли Корец против оборонной тематики, - что он должен был сказать? Все и так знали, что Корец выступал против. Папа честно сказал, что считает это неправильным. А сейчас, в наше время, когда люди даже представить себе не могут, что такое сидеть на допросе в НКВД, считается, что уже одни только слова «он давал показания в НКВД» означают - предатель. А ведь в 1938 г. и сам Ландау давал показания в НКВД, в которых причислил Капицу, Семенова, Френкеля и других к антисоветски настроенным лицам (это есть в Протоколах, которые приведены в Приложении к Вашей книге). У меня есть давно сформировавшаяся точка зрения по поводу всех материалов тех лет - люди находились в ненормальных, нечеловеческих условиях, имели извращенную психику, идеологию. Что там на самом деле происходило - сейчас уже на 100% никто сказать не может. И даже если бы мог - мы что, будем всерьез воспринимать доносы УФТИнских ученых самих на себя, о том, что они были немецкими или английскими шпионами?» Остановимся на факте заявления в НКВД Пятигорского, которое было найдено в 1990 г. харьковским профессором, историком физики Ю.Н. Ранюком в «Деле Кореца». На вопрос сына Пятигорского о том, были ли это заявление написано от руки, почерком Пятигорского, Ранюк пояснил: «Я был вынужден (это было еще советское время) переписывать текст вручную. Я даже не помню, как было написано письмо. Но, кажется, напечатано на машинке. Хочу предупредить, что сейчас снять Х-копию сложнее, чем в советское время, хотя дело теперь находится в областном архиве». В письме Ю.Ранюк добавил фразу: «10 лет я не решался это опубликовать». Как ни парадоксально, но я считаю, что именно находка и публикация указанного заявления Л.М. Пятигорского в НКВД помогает во многом прояснить его облик, и даже улучшить его образ, тот, который вошел в историю советской физики. Ибо это сам факт обнаружения этого заявления в архивах доказывает на 100%, что Пятигорский не был секретным сотрудником НКВД, не выполнял заказа этой службы в наблюдении за Ландау и, попросту говоря, не «стучал». Если бы он был сексотом НКВД, то информировал бы в текущем режиме своего куратора о положении дел в институте - как правило, устно, но если и письменно, то исключительно под псевдонимом. Никаких подписей! И никогда записки сексота не попали бы в судебное дело. Ибо имена сексотов известны лишь непосредственному куратору, их досье хранятся в особо секретной картотеке, не рассекречиваются ни при каких обстоятельствах, даже при революциях. При распаде СССР костяк спецслужб в основном сохранился во всех образовавшихся государствах СНГ. Неизвестно, чтобы где-то и когда-то картотеки агентов были рассекречены. Агенты не рассекречивались даже в продажно-либеральные ельцинские годы. Вечное сохранение такой тайны - общее правило ведения оперативной работы любой серьезной спецслужбы, иначе было бы невозможно само ее существование. Заявление же Л.М. Пятигорского, как стороннего лица, не из сексотов, хранилось совсем не так глубоко. Оно фигурировало на закрытом процессе по делу Кореца в 1935 г., не будучи более секретным, чем устные показания на этом процессе того же Пятигорского и еще нескольких лиц. Известно, что вдова Пятигорского обратилась в суд после того, как Майя Бессараб в 4-м издании своей книги обвинила Пятигорского в доносе из корыстных целей. На запрос в КГБ СССР пришел ответ на имя самого Л.М.: «Причиной ареста Л.Д. Ландау послужили показания научных работников Украинского физико-технического института Шубникова Л.В., Розенкевича Л.В, арестованных в 1937 году УНКВД по Харьковской области. В КГБ СССР сведений о Вашей причастности к аресту Ландау Л.Д. не имеется». Суд обязал Бессараб извиниться перед Л.М., что та и сделала в печати. Это вообще-то неплохо, однако, на мой взгляд, такой ответ из КГБ носил скорее формальный характер, ибо противоположного содержания, означавшего рассекречивание сексота, не могло быть по определению. Удивляет, что в 1990 году КГБ хоть как-то ответил на запрос. Сейчас ФСБ или украинская «бэзпэка», скорее всего, просто оставили бы запрос без ответа в обоих случаях (сексот - несексот). Поэтому я убежден, что Пятигорскому повезло с тем, что Ранюк нашел его заявление в НКВД. Ведь тем самым доказывается гораздо меньшее из зол: он не был сексотом (которые почти все работали из корысти и/или трусости). Он был одержимым большевиком, смелым, решительным и принципиальным в узком смысле слова. Таких истовых коммунистов было немало в 1920-1940-х гг. Хотя, конечно, в общечеловеческом смысле факт подачи Пятигорским секретного заявления, в котором задевался также его учитель и кумир, остается достойным сожаления. Ведь в заявлении были слова: «В основе своей Ландау не хотел вести антисоветскую линию, но, сблизившись с Корецом, пошел по враждебному партии пути». Но мы сейчас не можем и не хотим никого обвинять, а ищем корни, стремясь подойти ближе к истине. Корни же, в данном случае, произрастали из трагического детства Леонида, из погрома с убийством его родителей в 1919-м, спасения его и множества других евреев Красной Армией, из его жизни в детском доме и воспитания в атмосфере коммунистических идеалов. Некоторые признаки смягчения со стороны Ландау были замечены в последние 6 лет его жизни до автокатастрофы. Помимо снятия запрета на диссертацию, они внешне проявились в следующем. Харьковский профессор М.И. Каганов описывает, как он однажды наблюдал рукопожатие Ландау и Пятигорского, тогда как в предыдущие годы этого не бывало. Физик Е.А. Панина, бывшая харьковская студентка курса Ландау в 1930-х гг., в своем письме в 1990 году в суд (разбиравший клевету со стороны Бессараб), сообщала: «В 1961 году я встречалась с Л.Д. Ландау в Харькове на конференции по физике низких температур. Мы встретились, как старые приятели, разговаривали около 40 минут. Лев Давыдович спросил меня: «Вы видитесь с Леней?», я ответила, что вижусь очень редко. В его вопросе не было и тени злобы и презрения».

 

:

1909, мая — (28 Ияра 5669) Родился Николас Джордж Уинтон - английский общественный деятель и филантроп. Незадолго до начала Второй мировой войны он переправил из Чехословакии в Англию и помог найти им временный приют 669 еврейских детей (так называемая операции 'Чешский Киндер транспорт' (Czech Kindertransport). Подробнее

Уинтон родился 19 мая 1909-го года в семье немецких евреев, которые по приезду в Англию сменили фамилию Вертхайм (Wertheim) на английскую Уинтон, а также приняли христианство. В 1923-м году Николас поступил в Stowe School, однако образования так и не закончил, начав работать в банке и посещать ночные классы. Через некоторое время молодой человек переехал в Гамбург, где получил работу в банке, а со временем нашел должность банкира в Париже. В начале 1930-х Николас вернулся в Англию уже с квалификацией банкира, но работе в душном офисе он предпочел жизнь брокера на лондонской бирже.

В 1938-м Уинтон запланировал поездку на лыжный курорт в Швейцарию, но его планы изменило письмо его друга Мартина Блейка, на тот момент работавшего в оккупированной Чехословакии. Понимая всю опасность войны, Николас купил билет в Прагу — и это решение, это резкое изменение планов, стало той точкой, после которой жизнь Николаса Уинтона навсегда перестала быть спокойным существованием лондонского брокера.

В ноябре 1938-го, вскоре после подписания закона о предоставлении убежища в Великобритании детям из оккупированных стран, Уинтон был уже в Праге, дни и ночи проводя в своем 'офисе', которым ему служил обеденный стол в ресторане отеля. Координируя деятельность волонтеров в Чехии и Великобритании, Николас сумел найти временные семьи для 669 детей, а также помочь каждому из них пересечь границу с Нидерландами (Netherlands), которую, как известно, не могли пересекать евреи без соответствующих документов. Интересно, что маршрут поезда, на котором ехали 'Дети Уинтона' через Нидерланды, во многом совпадал с маршрутом, которые проделывали многие другие беженцы на пути в Великобританию. На вопрос об его отношениях с другими волонтерами Николас ответил, что их было столько, что даже половины имен он не может вспомнить; он также признался, что в то время никто не думал называть такой поступок подвигом — он был долгом любого человека.

В течение 49 лет Николас Уинтон хранил свой секрет, и лишь в конце 1980-х его жена нашла материалы о спасательных операциях на чердаке их дома.

 Умер сэр Николас Уинтон 1 июля 2015 года. 19 мая 2014-го года сэру Уинтону исполнилось 105 лет, в свой день рождения он был удостоен Ордена Белого Льва, высшей государственной награды Чехии (Czech Republic). Он награжден рядом международных премий, а также принят в Рыцарский орден Британской империи. В Праге на железнодорожном вокзале, откуда в 1939-м году уходили поезда с беженцами, ему установлен памятник. Несмотря на то, что Николас Джордж Уинтон был христианином, его еврейское происхождение не позволило ему получить звание Праведника мира, присваиваемое Израилем неевреям.

:

1909, июня — (17 Сивана 5669) Родился И. Берлин - английский учёный, философ, историк, дипломат. Блестяще окончил Оксфордский университет. В 1942-45 гг. работал 1-м секретарем британского посольства в США. Осенью 1945 года - 2-й секретарь британского посольства в СССР. Здесь он встречается с Б. Пастернаком и А. Ахматовой. Последняя встреча нашла отражение в творчестве Ахматовой, она также была убеждена, что последовавшие за тем на нее гонения были вызваны именно визитом Берлина. В последующие года Берлин помогал Черчиллю писать мемуары, получил от Пастернака первый вариант романа "Доктор Живаго" и помог с его публикацией в Англии, с ним консультировался президент Кеннеди во время Карибского кризиса. На Заслуги Берлина были отмечены возведением его в рыцарское достоинство. Умер 5.11.1997.

:

1909, июля — (10 Ава 5669) Ишув. В Тель-Авиве начато сторительство здания гимназии Герцлия, уже 4 года работавшей в Яффо.

:

1909, августа — (21 Ава 5669) Родился Эмануэль Амиран - израильский композитор.

:

1909, сентября — (24 Элула 5669) Близ Ковно в Литве родилась Юдит Каплан - известный в США музыковед и композитор. Была первой в церемонии бат-мицва

Церемония «бат-мицва» — недавнего происхождения. Впервые ее совершила Юдит Каплан (дочь Мордехая Каплана, основателя движения реконструкции). «Бат-мицва» стала обычной церемонией у реформистов, реконструкционистов и консерваторов, их девочки совершают в синагоге те же церемонии, что и мальчики. Часто «бат-мицва» и празднуется в 13 лет, хотя по еврейскому праву девушки становятся «бат-мицва» уже в 12. Ортодоксы почти не приняли эту церемонию потому, что не позволяют женщинам участвовать в синагогальной службе. Тем не менее постепенно соответствующие празднования становятся популярными и среди ортодоксов. Часто семья устраивает в честь дочери обед, на котором она произносит двар Тора (обычно толкование некоторых понятий или событий того или иного отрывка Торы), чем и знаменует свое совершеннолетие.

  18 марта 1922 года.

:

1909, ноября — Родился М. Миль - учёный, конструктор вертолетов. Умер 31.1.1970.

:

1909, декабря — (18 Кислева 5670) Ишув. На одном из первых участков, приобретенных Еврейским национальным фондом по инициативе семи халуцим, прибывших в Эрец-Исраэль со второй алией и работавших наемными рабочими на соседней ферме Киннерет, основан кибуц Дгания. Хотя экономически новое поселение развивалось успешно, группа распалась через год. Ее сменила в 1911 г. образованная халуцим из России группа «Коммуна Хадеры», в которой были разработаны принципы равного распределения труда и коллективного обеспечения материальных нужд ее членов, что сделало Дганию «матерью всех квуцот и кибуцов» www.eleven.co.il

:

1909, декабря — (11 Тевета 5670) Гамбург. Открытие пятого съезда российских сионистов в присутствии 120 делегатов, многочисленных гостей и представителей печати. Открыл съезд Б. Гольдберг. Свою вступительную речь от имени Центрального Комитета прочитал Лев Яффе, который заявил, что после поражения революции реакция завладела всеми сферами жизни, и существование евреев в России, и без того тяжелое, стало еще более невыносимым из-за усилившихся преследований и ограничений. Разгром освободительного движения сказался на еврейском населении самым жестоким образом. Вместо шумной общественной борьбы в среде еврейства России установилась мертвая тишина. С арены еврейской жизни точно ветром сдуло все бесчисленные партии и группки, которые еще недавно старались перекричать друг друга в претензии руководить еврейством. Общий спад не обошел и сионистское движение, хотя в последнее время в среде еврейской молодежи и еврейской интеллигенции наметились признаки попыток самоанализа, тяготения к еврейству и интереса к национальным проблемам. Переворот "младотурков" привел к некоторому оживлению в сионистском движении, но уже вскоре проступает разочарование в преувеличенных надеждах, возлагавшихся на этот переворот.

:

1909, декабря — (14 Тевета 5670) Гамбург. Открытие девятого Сионистского конгресса. Подробнее

Вступительную речь произнес президент Вольфсон. Он отметил, что это первый сионистский конгресс, который проводится на немецкой земле; он подчеркнул также, что конгресс собрался после установления нового строя в Турции, приветствовал вступление Турции в семью конституционных держав и с удовлетворением констатировал присутствие делегатов из Турции, прежде лишенных возможности участвовать в сионистских конгрессах из—за позиции старого режима. Президент также сказал, что сионизм в своих устремлениях сохраняет по отношению к Турции лояльность и что Базельская программа продолжает оставаться незыблемой основой сионистского движения, как в политическом плане, так и в проведении необходимой и планомерной практической работы в Палестине. В общих прениях резко критиковали деятельность Вольфсона на посту руководителя Всемирной сионистской организации. Большинство делегатов из России, Австрии и Палестины выступили против его руководства, в то время как большинство западных делегатов поддержали Вольфсона. Члены оппозиции утверждали, что руководство Вольфсона лишено политического размаха, а его идеи и подход к делам диктуются -коммерческими- соображениями и расчетами. Особенно резко выступил Пасманик, вышедший за рамки деловой критики и обрушившийся на Вольфсона с личными нападками. Он также заявил, что поездка Президента в Петербург принесла больше вреда, чем пользы. Руководство, сказал Пасманик, далеко от масс еврейского народа как географически, так и духовно, и ему чужды запросы и нужды этих масс. В конце оратор предложил вынести вотум недоверия Вольфсону. Такая форма критики глубоко задела Вольфсона, и когда он взял слово для ответа выступавшим, то заговорил с горечью и обидой. Он сказал, в частности, что не допустит растрачивания наследия Герцля, анархии и произвола. Его руководство вновь навело порядок в движении, создало деловую атмосферу и этим выполнило свой долг. И не надо превращать эту распрю в счеты между евреями Восточной Европы и западными евреями. -Я до сих пор чувствую себя совершенно русским евреем-. Ответ Вольфсона произвел сильное впечатление на конгресс.Нордау в своей традиционной политической речи говорил по поводу нового политического положения, создавшегося после смены власти в Турции.

 

:

1909, декабря — (7 Тевета 5670) В этот день газета "Красноярский весник" (№ 117) писала: «Сбор от спектакля «Уриэль Акоста» в городском театре поступит за вычетом расходов в пользу местного еврейского училища. Много бедноты среди евреев. И мы убеждены, что христианское общество придет этой бедноте на помощь. Разве состоятельные евреи не оказывают посильную помощь бедноте христианской?».

:

1909, декабря — (22 Кислева 5670) Заложен первый дом будующей улицы Беньямина в Тель-Авиве.

:

1909, декабря — (12 Тевета 5670) В Харбине начальником управления КВЖД был утвержден "Устав харбинского еврейского духовного общества"

:

1910, февраляИмена.

Подробнее о людях февраля см. Блог рубрика "Имена".

(6 Адара 5670)   Родился Д. А. Драгунский, генерал-полковник, дважды Герой Советского Союза. Возглавлял Антисионистский комитет советской общественности. Умер 12.10.1992.

:

1910, февраля — (24 Швата 5670) Родился Моше Черняк - писатель, журналист и преподаватель шахмат Израиля, международный мастер. Был первым профессиональным шахматистом Израиля, умер 31 августа 1984 года.

:

1910, февраля — (1 Адара 5670) Родился Маттиас Шинделар

Когда-то Синделар получил прозвище "футбольного Моцарта", что, кстати, согласовывалось не только с тем, что он был земляком гениального композитора, не только с его выдающимся стилем и талантом, но и с именем. Оно изначально на еврейский манер звучало как Моцл , а Маттиас — это германизированный вариант. Считается, что этот игрок является лучшим центрфорвардом Австрии за всю историю её футбола. был выходцем из еврейской семьи, эмигрировавшей из Чехии в Вену. Его детство проходило в рабочем квартале Фаворитен, находившемся на окраине австрийской столицы и считавшемся самым бедным в ней. Там как раз и сосредотачивалась основная масса богемско-моравских эмигрантов. Квартал Фаворитен имел свою команду, которая называлась так же, как один из популярнейших немецких клубов, — “Герта”. Уже в 10-ти летнем возрасте Маттиас обратил на себя внимание тренеров необычными техническими трюками, дриблингом и финтами. Школьный учитель Карл Вайнманн вокруг него создал детскую футбольную команду, которая, позже, в полном составе была принята в "Герду". В 1917 году отец Матиаса погиб на фронте. 14-ти летний Синделар идет работать слесарем. Возможность тренироваться была у него только вечером. Однако в 1923 году Матиас становится основным игроком "Герты". Газеты пестрели заголовками о "Синди". Однако, в 1924 году после тяжелой травмы колена и стопы, его карьера чуть было не закончилась досрочно. Помог вернуться в футбол доктор команды "Аматере" (переименованный позже в "Аустрию") Эмануэль Шварц. Он прооперировал колено, стопу сделал профессор Шпици. После этого Матиас переходит в "Аустрию", где и играл до конца жизни. Синделар был высокого роста, но имел, как говорится нежную физическую конституцию, за что ему дали прозвище "бумажный". Ему не было равных в дриблинге, умении менять ритм игры, финтах. Планичка говорил о нем: "Этот всегда улыбающийся форвард был игроком неповторимого стиля. Казалось, мяч привязан к его ноге. Ему не составляло труда пройти с ним трех игроков и занести мяч в ворота" Есть описание гола Синделара в ворота "Славии" в матче на Кубок Митропы. Он обвел всю защиту, бросившегося в ноги Планичку, остановился на линии ворот, дождался набегавшего защитника, в последний момент ушел в сторону. Соперник пронесся в ворота, затем туда же Синделар катнул мяч. Таков был стиль его игры, причем после подобных трюков, сделанных "на публику" Синделар переставал играть "на себя", и начинал, в основном, заниматься ассистированием. За это его любила публика и ценили партнеры. В финале Кубка Митропы 1933 года сошлись две великолепные команды того времени - "Аустрия" и "Амброзиана-Интер" из Милана, с Джузеппе Меацца. В Милане победили Итальянцы 2:1. Все решала встреча в Вене. По ходу встречи "Аустрия" ведет благодаря находящемуся "в ударе" Синделару 2:0, но за пять минут до конца игры Меацца великолепным ударом делает счет в серии равным. Австрийцы начинают с центра поля, мяч подхватывает Синделар, проходит половину поля, уворачиваясь от защитников, бросающихся ему под ноги, и посылает мяч в ворота. Стадион стоя приветствует героя. Синделар был основой "вундертим" - так называли сборную Австрии тех времен, созданную гениальным тренером Хуго Майзелем. Эта команда буквально громила соперников Германия 5:0, 6:0, Шотландия 5:0, Швейцария 8:1, Венгрия 8:2! Надо учесть, что в то время это были суперкоманды. На ЧМ 1934 Синделар провел три игры, забил в них один гол. Не было его в составе команды, когда игрался матч за третье место. В историю "вундертим" вошли как обладатели 4-го места на чемпионате мира. Команда, к сожалению, была на излете своего пути. В её составе не было и чудо-вратаря Руди Хидена, который переехал во Францию и вскоре, приняв гражданство, даже провел один матч за сборную Франции. В 1937 году скоропостижно скончался Хуго Майзль. И тогда же Синделар провел последний, как казалось, матч за сборную Австрии со Швейцарией 4:3. Он Умер 23 января 1939 года в Вене при невыясненных обстоятельствах.

 -футболист

:

1910, февраля — Родилась Ирена Сендлер

Отец был врачом, заведуюшим больницей в г. Otwock. Дочь врача, она выросла в доме, который был открыт для любого больного или нуждаюшегося, неважно, еврея или нееврея. В лекционных залах Варшавского Университета, где она изучала польский язык и литературу, она и её единомышленники намеренно садились на скамьях "для евреев". В последних рядах Университетских аудиторий на территории Польши устанавливались в 1930-е годы особые скамьи для еврейских студентов (так называемое гетто лавкове - "скамеечное гетто"). В знак протеста они и поддерживавшие их неевреи слушали лекции стоя. (http://www.eleven.co.il/article/15411). Когда националистические головорезы избили её еврейскую подругу, Ирина перечеркнула в своём студенческом билете печать, которая позволяла ей сидеть на "арийских" местах. За это её отстранили от учёбы на три года. Такой была Ирина Сендлер к моменту, когда немцы вторглись в Польшу. Ирина была, как говорила её подруга, "самоотверженна по рождению, а не образованию". Конечно, она унаследовала хорошие гены. Её прадед, - польский повстанец, - был сослан в Сибирь. Ее отец умер от сыпного тифа в 1917, заразившись от пациентов, которых его коллеги избегали лечить Ирина впоминала напутственные слова отца, сказанные незадолго до смерти: "Если ты видишь, что кто-нибудь тонет, нужно броситься в воду спасать, даже если не умеешь плавать" Многие из них были евреями. Еврейская община предложила денежную помощь её испытывавшей нужду матери для оплаты образования молодой Ирины. Подобно многим социально активным людям в довоенной Польше, госпожа Сендлер была членом Социалистической партии, но не, как она говорила, из-за её политической убеждений, а потому что это соединяло для неё сострадание с неприятием власти денег. Её мотивация не была связана ни с какой религией. Она действовала "z potrzeby serca", по зову сердца. При нацистской оккупации евреев Варшавы загнали как стадо скота в городское гетто: четыре квадратных километра для приблизительно 400,000 душ. По другим данным (http://www.telegraph.co.uk/news/obituaries/1950450/Irena-Sendler.html), в Варшавском гетто на территории 1 кв. км было около 500.000 душ Даже до того, как началась депортация в лагерь смерти Треблинка, смерть в гетто была повседневным бытом. Но, парадоксально, была и щёлочка для надежды. Нищета и полуголодное существование (ежемесячная порция хлеба была два килограмма) создавали идеальные условия для распространения сыпного тифа, эпидемия которого могла бы угрожать и немцам. Поэтому нацисты разрешили госпоже Сендлер и ее коллегам доступ в плотно охраняемое гетто для распределения лекарства и прививок. И эта "законная" лазейка позволила ей спасти больше евреев, чем намного более известному Оскару Шиндлеру. Это было исключительно опасно. Некоторых детей удавалось тайком вывезти в грузовиках, или в трамваях, возвращавшихся порожняком на базу. Чаще, однако, их проводили тайными проходами от зданий в окружавших гетто. Детям давали новые имена и размещали в женских монастырях, в сочувствующих семьях, приютах и больницах. Тех, кто был постарше и умел говорить, учили креститься, так, чтобы не вызвать подозрений в их еврейском происхождении. Младенцам вводили седативные средства, чтобы они не плакали, когда их тайком выносили. Водитель медицинского фургона научил свою собаку громко лаять, чтобы заглушить плач младенцев, которых он вывозил под дном фургона. Операции были рассчитаны по секундам. Один спасённый мальчик рассказывал, как он, затаившись, ждал за углом дома, пока пройдёт немецкий патруль, потом досчитал до 30, стремглав выбежал на улицу к канализационному люку, который к этому моменту открыли снизу. Он туда спрыгнул и по канализационным трубам был выведен за пределы гутто. Ирина Сендлер вспоминала потом, перед каким страшым выбором ей приходилось ставить еврейских матерей, которым она предлагала расстаться и их детьми. Они спрашивали, можете ли она гарантировать, что дети будут спасены. Конечно, ни о каких гарантиях не могло быть и речи, не говоря уже о том, что каждый раз не было никакой уверенности, что вообще удастся выйти из гетто. Единственно, в чём была уверенность, так в том, что, если бы дети остались, они бы почти наверняка погибли. Ирина говорила: "Я была свидетельницей ужасных сцен, когда, например, отец соглашался расстаться с ребёнком, а мать нет. На следующий день часто оказывалось, что эту семью уже отправили в концлагерь." Она рассчитала, что, чтобы спасти одного ребёнка, требовалось 12 человек вне гетто, работающих в условиях полной конспирации: водителей транспортных средств, священников, выдававших поддельные свидетельства о крещении, служащих достававших продовольственные карточки, но больше всего это были семьи или религиозные приходы, которые могли бы приютить беглецов. А наказанием за помошь евреям был немедленный расстрел. Но что было еще более опасным, госпожа Сендлер старалась сохранить записи о происхождении детей, чтобы помочь им впоследствии отыскать свои семьи. Эти записи были сделаны на кусочках папиросной бумаги, пачку которых она держала на своём ночном столике, чтобы можно было быстро вышвырнуть их из окна, если бы нагрянуло гестапо. Нацисты действительно арестовали её. 11 гестаповцев нагрянули ночью 20 октября 1943. Ирина хотела быросить пачку из окна, но увидела, что дом был окружен немцами. Тогда она бросила пачку своей подруге и сама пошла открывать дверь, а та спрятала пачку подмышкой. Её не взяли. Но они, не сумев найти документы, которые прятала её подруга, сочли, что она была маленьким винтиком, а не центральной фигурой сети спасения из гетто. Под пытками она не раскрыла ничего Нацисты держали Ирину в тюрьме Pawiak, где её пытали, а потом приговорили к расстрелу. Рассказывают также, что в тюрьме она работала в тюремной прачечной и вместе с другими такими же заключёнными портила бельё немецких солдат, которое они стирала. Когда немцы обнаружили это, они выстроили женщин и расстреляли каждую вторую. Благодаря удачной взятке, Ирина Сендлер избежала казни, Её имя внесли в список казнённых; официально она была казнена в начале 1944 г. а все записи о происхождении детей были зарыты в землю в стеклянных банках. под яблоней в саду её подруги Остальную часть войны Госпожа Сендлер жила под вымышленным именем. Она никогда не хотела, чтобы её называли героиней. Она говорила: " Я до сих пор чувствую себя виноватой, что я не сделала больше,". Кроме того, она чувствовала, что она была плохой дочерью, рискуя жизнью своей пожилой матери, плохой женой и матерью. Ее дочери, чтобы иметь возможность видеться с ней, однажды пришлось даже просить, чтобы ей позволили посещать детский дом, где ее мать работала после войны. В послевоенной Польше ей также угрожал смертный приговор за то, что ее работа во время войны финансировалась польским Правительством в изгнании в Лондоне, и она помогала солдатам Армии Краёвой. И Польское Правительство в Лондоне, и Армия Краёва считались тогда империалистическими марионетками. В 1948, когда она была на последнем месяце беременности, допросы в тайной полиции стоили ей жизни её второго ребенка, рожденного преждевременно. Она была "невыездной", и ее детям не разрешали поступать на дневное отделение Университета. "Какие грехи Вы приняли на вашу совесть, Мама?"- спрашивала её дочь. В СССР и, повидимому, в странах "народной демократии", к которым принадлежала и послевоенная Польша, для поездки за границу требовалось разрешение "органов безопасности" при правящих коммунистических партиях. И там существовали чёрные списки тех, кому выезд не разрешался независимо ни от чего. Это были "невыездные" Только в 1983, польские власти сняли с неё запрет на выезд и разрешили приехать в Иерусалим, где в её честь в Мемориальном Музее катастрофы европейского еврейства в Иерусалиме "Yad Vashem" было посажено дерево В 1965 Ирина Сендлер стала одной из первых Праведников Мира, в честь которых в музее Холокоста "Yad Vashem" садят деревья. Там много деревьев в память Праведников из Польши и других стран Европы Многие из детей, которых она спасла, уже будучи пожилыми людьими, старались отыскать её, чтобы отблагодарить, а также чтобы попробовать узнать что-нибудь о своих утерянных родителях Последние годы Ирена Сендлер провела в Варшавском частном санатории Елизаветы Фиковской (Elzbieta Ficowska), которую она спасла из гетто в июле 1942 в возрасте в шести месяцев: её вынесли в ящике с плотницкими инструментами. В 2003 она получила самую высшую награду Польши, орден Белого Орла. По правде сказать, немного поздновато. Мир вообще мало знал о Ирине Сендлер до 1999 г., когда несколько девочек-подростков из штата Канзас в США, Лиз Камберс (Elizabeth Cambers), Меган Стюарт (Megan Stewart), Сабрина Кунс (Sabrina Coons) и Джанис Андервуд (Janice Underwood) открыли её историю. Эти школьницы из сельской средней школы г. Uniontown искали тему для Национального проекта "Дня Истории". Их преподаватель, Норман Конрад (Norman Conrad) дал им почитать заметку под названием "Другой Шиндлер" об Ирене Сендлер из газеты "US news and world report" за 1994. И девочки решили исследовать ее жизнь. Интернет-поиск открыл только один вебсайт, который упоминал Ирину Сендлер. (Теперь есть более чем 300 000) С помощью своего преподавателя они начали восстанавливать историю этого забытого героя Холокоста. Девочки думали, что Ирена Сендлер умерла и искали, где она похоронена. К своему удивлению и восторгу, они обнаружили, что она жива и живёт с родственниками в маленькой квартире в Варшаве. Они написали пьесу о ней по названием "Жизнь в банке" , которая с тех пор игралась больше 200 раз в США, Канаде и Польше. В мае 2001 они впервые посетили Ирину в Варшаве и через международную прессу. сделали историю Ирины известной миру. С тех пор они посетили Ирину в Варшаве ещё четыре раза. Последний раз 3 мая 2008 за 9 дней до её кончины. Ирена была номинирована на Нобелевскую премию Мира, но получил её, как известно, Эл Гор и вот за что: "за его усилия по собиранию и широкому распространению максимального количества знаний об изменениях климата, вызванных деятельностью людей, и закладке оснований для мер противодействия таким изменениям". Источник

  (Ирена Кржановска) - Праведник мира, она спасла из Варшавского гетто 2,5 тысячи детей. Умерла в Варшаве 12 мая 2009 года.

:

1910, февраля — (7 Адара 5670) Родилась Мэри Рут - израильская детская писательница, педагог. Умерла 13 ноября 2005.

:

1910, марта — (14 Адар-2 5670) В Варшаве родился Бенцион Нетаниягу - учёный-историк, сионистский активист, отец Беньямина и Йонатана Нетаниягу.

: