— события (1050-1075 из 8768)

1780, 25 мая — (20 Ияра 5540) В Могилеве евреи ожидали императрицу Екатерину Вторую в подъезде дворца, где она остановилась. В момент ее шествия в генерал-губернаторский дом еврейский кагал поднес императрице на парчовой подушке оду, которую она повелела принять. (Это было путешествие Екатерины по северо-западу России в Псковскую, Могилевскую, Полоцкую, Смоленскую и Новгородскую губернии с целью выяснении вопроса, как претворялись в жизнь «Учреждения о губернии»: в соответствии ли с численностью населения губернии разделены на уезды, все ли предусмотренные реформой учреждения созданы и укомплектованы штатами, все ли дела решаются без волокиты и сколько осталось нерешенных)

Метки:

1780, 31 мая — (26 Ияра 5540) Евреи «обоего пола с их кагалом», рассредоточенные по обе стороны триумфальных ворот, при отъезде из Шклова провожали императрицу Екатерину Вторую. (Это было путешествие Екатерины по северо-западу России в Псковскую, Могилевскую, Полоцкую, Смоленскую и Новгородскую губернии с целью выяснении вопроса, как претворялись в жизнь «Учреждения о губернии»: в соответствии ли с численностью населения губернии разделены на уезды, все ли предусмотренные реформой учреждения созданы и укомплектованы штатами, все ли дела решаются без волокиты и сколько осталось нерешенных)

Метки:

1780, 19 мая — (14 Ияра 5540) В Полоцке евреями была поднесена Екатерине Второй ода в виде книги, выполненной в высокохудожественном стиле. На обложке был вышит золотой вензель С. А. (Catherina Alexiewna) с лаврами. На книге были изображены популярные тогда символы (эмблемы) торговли и искусства, над ними – двуглавый орел с державой в лапах. На 12-ти страницах из белого атласа были напечатаны еврейские стихи с переводом на французский и немецкий языки. (Это было путешествие Екатерины по северо-западу России, в Псковскую, Могилевскую, Полоцкую, Смоленскую и Новгородскую губернии с целью выяснении вопроса, как претворялись в жизнь «Учреждения о губернии»: в соответствии ли с численностью населения губернии разделены на уезды, все ли предусмотренные реформой учреждения созданы и укомплектованы штатами, все ли дела решаются без волокиты и сколько осталось нерешенных)

Метки:

1781, 4 марта — (7 Адара 5541) В графстве Ланкатер, штат Пенсилбвания родилась Ребекка Грац

Её отец, Майкл Грац, был выходцем из Германии и процветающим бизнесменом. Мать, Мирьям Грац, родила двенадцать детей, из которых выжило десять. Ребекка была седьмой. Старший брат Хаим тоже был удачливым коммерсантом и основал в Филадельфии колледж. Благодаря ему филадельфийские евреи знали, что по крайней мере есть одно учебное заведение, где им не придётся сталкиваться с дискриминацией. Семья Грац строго соблюдала законы ортодоксального иудаизма. Когда сестра Мирьям, тётка Ребекки, вышла замуж за нееврея, вся семья перестала с ней общаться. Образование Ребекка получила дома, от матери и гувернанток. Она всегда одевалась скромно и элегантно и вела себе как полагается леди. Не будучи радикальной феминисткой, она тем не менее считала, что женщине не обязательно быть чьей-то женой и чьей-то матерью чтобы быть полноценной личностью. Семья была богатой и уважаемой и Ребекке удавалось общаться с культурной и деловой элитой Филадельфии. Родители рано умерли и Ребекка осталась главой семьи, где было несколько неженатых младших братьев и девять детей одной из сестёр, которая скоропостижно умерла. Среди всех этих забот Ребекка нашла время познакомиться с талантливым, молодым адвокатом по имени Самуэль Янг. Его отец, доктор Джон Янг, был протестантским пастором и директором Университета Пенсильвании. Они полюбили друг друга и Янг пердложил Ребекке выйти за него замуж. Хотя она тоже его любила, Ребекка была вынуждена ему отказать. Она помнила сколько страданий причинило семье замужество её тётки. Самуэль хоть женился на другой, но продолжал любить Ребекку и рано умер. На его похоронах Ребекка положила в гроб три белые розы и медальон со своим портретом. Сама она так и осталась без мужа и без детей. Ребекка боролась со своим горем, облегчая жизнь окружающим. В 1801-ом году её избрали секретарём Женской Ассоциации Помощи Семьям в Стеснённых Обстоятельствах. По образцу этой организации она основала Еврейское Благотворительное Женское Общество, которое заботилось о новоприбывших иммигрантах. Это Общество было первой еврейской филантропической орагнизацией в Америке. Ребекка также основала первый еврейский сиротский приют в Америке и в течении сорока лет работала его директором. Наиболее значительным её достижением было основание еврейской воскресной школы в 1838-ом году. До этого времени американские евреи или учили своих детей дома с помощью приглашённых из Европы раввинов или вообще оставляли их без еврейского образования. На Ребекку произвели впечатление христианские воскресные школы и по этому образцу она основала школу еврейскую. Первая еврейская воскресная школа не принадлежала ни к какой определённой синагоге, была общедоступной и беплатной. Но приходилось пользоваться христианским изданием Библии и христианскими учебниками. Ребекка засела за написание еврейских учебников и скоро они были готовы. Её инициативу подхватили в Ричмонде, Чарльстоне, Саванне, Балтиморе и Нью-Йорке. К 1890-ому году большинство американских еврейских детей получало еврейское образование в воскресной школе основанной по образцу Ребекки Грац. Наибольшей известности Ребекка добилась в нееврейском контексте. Она часто посещала курорт Саратога-Спрингс в штате Нью-Йорк. Там она познакомилась с писателем Вашингтоном Ирвингом и его невестой Матильдой. Узнав, что Матильда тяжело больна, Ребекка, вместо того, чтобы отдыхать самой, ухаживала за ней и поставила на ноги. На Вашингтона Ирвинга произвели впечатление не только красота и обаяние Ребекки, но и её милосердие. В 1847-ом году он поехал в Англию и там рассказал о Ребекке сэру Вальтеру Скотту, который как раз работал над романом «Айвенго». После публикации «Айвенго» Скотт писал Ирвингу: «Ну как вам моя Ребекка? Похожа на оригинал?». В 1844-ом году в Филадельфии начались конфликты между старожилами-протестантами и католиками-иммигрантами из Ирландии. Горели католические церкви, убитые и раненые исчислялись десятками. Ребекка писала брату: «Задача религии делать людей милосердными, смиренными и справедливыми… Если рука закона не вмешается и не заставит людей уважать чужое право молиться так, как подсказывает совесть, Америка перестанет быть безопасным убежищем для преследуемых». Умерла в Филадельфии в возрасте 88-ми лет.

- общественный деятель, основатель и секретарь женщинских благотворительных организаций Филадельфии.

Метки:

1781, 6 марта — (9 Адара 5541) Губернатор Джорджии Джеймс Райт приказал евреям удалиться из этого штата по причине предательства Его Величества путем поддержания революции.

Метки:

1781, 19 октября — (30 Тишри 5542) Указ императора Австрии Иосифа Второго, разрешающий евреям заниматься всеми ремёслами, искусствами, арендовать землю для занятий с/х.

Метки:

1781, 22 декабря — (5 Тевета 5542) Родился Мозес (Моше) Поргес фон Портхайм - один из братьев-основателей в Праге фабрик по производству ситца. Они первыми применили пар в ситцевом производстве в Австрии. В 1841 г. одну из фабрик посетил кайзер Фердинанд и даровал братьям Поргес дворянский титул фон Портхайм. Мозес Поргес и его младший брат Леопольд (умер 10.1.1869 года) были известны ещё тем, что в 1799 году побывали в Оффенбахе у сторонников лже-мессии Я. Франка и оставили о том свидетельства

Вечером я уже был в Готе, а затем через Эйзенах, Гессен и Хагау без особых приключений к полудню следующего дня прибыл в Оффенбах. Община верующих (франкистов) называлась Махане, в память лагеря евреев при праотце Моше. Уже сегодня мне предстояло быть принятым в этом лагере. В открытый город Оффенбах я вошёл вечером. Моросил дождь и было темно. Я стал выспрашивать у прохожих, где находится Польский двор, и мне указали на роскошное здание в другом конце города. Слёзы потекли из моих глаз, когда я увидел этот святой дом. Я был встречен молодым человеком, одетым в турецкое платье. Он обнял и расцеловал меня, называя братом, и сказал, что меня здесь давно ждут. Собралась толпа мааминим. Среди них выделялся почтенный пожилой мужчина в мундире полковника, с белоснежной бородой на благообразном лице. Звали его Цинский. Он привёл меня в свою комнату на втором этаже, где наставлял, как следует себя вести в присутствии святой матери. Он также пообещал, что всегда поможет советом, как родному сыну. Потом меня завели в комнату, в которой, склонившись над толстыми фолиантами, сидели три длиннобородых старца, облачённых в польские платья. Здесь я был поражён, увидев на стенах эмблемы и символы, которым скорее пристало украшать стены католического храма. Ещё там был портрет Гвиры в виде святой Богородицы, и висели другие картины с еврейскими надписями. На одной из картин художник начертал те десять слов, которые были мне хорошо известны из праздничных молитв: венец, мудрость, разум, важность, мужество, великолепие, победа, величие, царство, основа. Слова эти соединялись линиями между собой, а каждое из них - со словом "Эйнсоф". Один из старцев обратился ко мне: - Сын мой, Шехина (находится) в бедственном положении, Шехина в изгнании; Эдом и Ишмаель держат её в заточении, и мы обязаны её вызволить. А пока вместе с нею принуждены переносить страдания. Как только три сфиры соединятся в триединстве - грядёт избавление. Две сфиры уже воплотились в человеческом образе. Мы ожидаем третью. Счастлив тот, кто избран сочетаться с "Великолепием", так как от него выйдет Избавитель. Неси свою службу и стой на страже, чтобы удостоиться стать избранным. При этих словах он дал мне амулет с портретом и начертанными на нём десятью речениями (сфирот). В этот вечер меня посетили многие мааминим. А на следующий день я должен был представиться Гвире. Она жила на первом этаже. В передней меня встретила камеристка и предложила некоторое время подождать. О, как я был взволнован, и как билось моё сердце! Наконец отворилась дверь, и меня пригласили войти. Я не смел смотреть Гвире в глаза, только опустился перед ней на колени и целовал её ноги-так меня научили. Она произнесла несколько добрых слов. Хвалила моего отца и одобрила моё решение приехать в Оффенбах. Перед уходом я положил кошелёк с шестьюдесятью гульденами на стол и удалился, пятясь спиной к двери. Она произвела на меня сильное впечатление: не молодая, но привлекательная; руки и ноги её были чрезвычайно хороши; лицо выражало одухотворённость, скромность и доброту. Как мне позже стало известно, я ей тоже понравился. Потом меня привели в караульную комнату, где я увидел несколько человек - молодых и старых - все они были вооружены и одеты в военную форму. Мне тоже выдали такую форму, и на другой день я стал изучать воинские приёмы. Кормили нас хорошо, а служба состояла в несении караула в замке и вокруг него. Если не случались нападения или другие происшествия, то служба наша была лёгкой. Те, кто вечером были свободны от службы, имели обыкновение собираться в комнате трёх учёных старцев и там выслушивать их рассказы о Шабтае, царе-машиахе, о десяти "Сфирот" и почти всегда речь заходила о праведнике по имени "Малхут", которого мы никогда не видели. По распоряжению Гвиры меня вскоре перевели в отделение "Либерия", состоявшее по преимуществу из молодых людей. Работой их было обслуживание господ за столом, а также сопровождение при ежедневных выездах и при воскресных посещениях церкви. Таким образом, я получил возможность - чаще всего за трапезой - ближе присмотреться к господам. Мне выдали егерскую униформу, а вместо шапки - каскетку из зелёной кожи, обтянутую металлической лентой. Служить в этом отделении считалось большой честью. Во время трапезы моё место было за стулом Гвиры. Господа обедали в большом зале и их обслуживали три наших человека. Остатки еды мы потом съедали. А другие питались из общей кухни. Их обед состоял только из супа с зеленью, что было очень мало. Каждое воскресенье совершался парадный выезд в церковь, и мы участвовали в нём, одетые в праздничные мундиры. Встречался я только с нашими мааминим, а беседовать любил больше со стариками: Воловским, Дембицким, Матишевским, Червесским. Молодые люди, особенно те, которые жили вместе со мной, хотя и утверждали, что они богобоязненны, были, как это часто случается в молодости, достаточно легкомысленными. Несмотря на то, что нас окружала суровая аскетическая атмосфера, вели они себя не очень строго. Никакие разговоры с другим полом не допускались, жениться было совершенно запрещено. Однажды утром нам предложили, чтобы каждый, кто возбуждается при виде женщины, добровольно подставил спину для десяти ударов палкой. И почти все молодые люди решили подвергнуться подобной экзекуции. О таких случаях ежедневно докладывали одному из трёх господ, который записывал это в специальную книгу ("Книга откровений"). Каждый день экзерсис - мастер из "поляков" - проводил с нами занятия. Однако, когда в 1799 году в Оффенбах вошли французские войска, мы попрятали свои мечи и другое оружие. Летом 1798 года в общину приехали три сына Йонаса Вехели и с ними мой младший брат Йегуда - Леопольд. Братья Вехели были воспитанными и образованными молодыми людьми. Их звали: Авраам, Йосеф и Акива. А здесь им дали имена: Йозеф, Людвиг и Макс. Моему брату дали имя - Карл Младший. Тогда ему было 17 лет. Он не был ещё самостоятельным. Ему предложили работать парикмахером. Осенью того же года вместе с господами Йонасом Вехели и Аароном - Бером Вехели приехал и мой дорогой отец. Я был вне себя от радости снова увидеть своего дорогого, любимого отца. Трое учёных и уважаемых господина были радушно приняты всеми мааминим, а на следующий день они представились Гвире и её братьям, к ногам которых сложили свои подарки. Оба Вехелисы были людьми состоятельными и в подарок они привезли много золота, а золото здесь особенно охотно принимали. Мой любимый отец, у которого не было никакого богатства, привёз штуку батистового штофа. Этот подарок стал причиной, что в моей слепой вере появились сомнения, которые потом превратились в подозрения, что всё здесь происходящее-обман и мошенничество. У сотен приезжающих сюда честных людей вытряхивают кошельки, и они становятся несчастными бедняками. В тот же самый год приехал господин Церковиц. Когда-то он был очень состоятельным человеком и привёз с собой все остатки былого богатства. Здесь ему приказали всё отдать, как подношение. Его капитал состоял из австрийских государственных бумаг. Когда он отдавал последнее из того, что у него осталось - он плакал. Потом я отвёз эти бумаги во Франкфурт и обменял их у Ротшильда на серебро. Рядом со столовой находилась "священная" комната. В ней хранились кровать и одежда "святого отца" - так здесь называли Йакова Франка, отца Гвиры и её братьев. В комнате этой всегда царил полумрак, потому что окна были постоянно завешены. Здесь мааминим совершали молитву, предварительно благоговейно опускаясь на колени. Заходить сюда разрешалось в любое время дня. Перед входом стояла стража из девушек, одетых амазонками и вооружённых мечами. В этот караул обычно назначались молодые и красивые девушки. Как я уже раньше отметил (?), у меня вызвала чувство досады насмешка, с которой святой Йозеф в моём присутствии отозвался о скудости подарка, привезённого моим отцом. При этом я подумал, что здесь дорожат больше подарком, чем человеком, который его преподнёс. С этого времени я стал внимательно смотреть на всё, что происходит вокруг. Поначалу я старался отбросить критические мысли, рассуждая так: ведь это непозволительная дерзость сомневаться в том, во что верят многие уважаемые и учёные мужи. И я зашёл в священную комнату и долго покаянно молился. Но вскоре я снова вернулся к моим сомнениям. Среди тех, кто жил со мной в одной комнате, был также молодой человек из Дрездена, которого звали Йонас Хойфзингер. Со временем мы с ним подружились. После осторожных подготовительных бесед, он намекнул, что не со всем, что здесь происходит, он согласен. А когда уверился, что я его не выдам, стал говорить более откровенно: после долгих раздумий он пришёл к убеждению, что тут творится непостижимое мошенничество, и только большие жертвы, которые принесли мааминим, не дают им признать, что это обман. У них похитили все средства, которые позволили бы им вернуться в их далёкие дома. Вследствие таких разговоров, мы решили, что отсюда надо бежать. Хойфзингер предложил способ достать денег (на дорогу), но я отверг его план, потому что он не подобал чести и имени нашей семьи. Но так как у нас совсем не было наличных, то я написал письмо своему брату, доктору Поргесу, и сообщил ему о своём решении покинуть Оффенбах. Я попросил его, чтобы он указал дом во Франкфурте, где мы могли бы остановиться и получить деньги для дальнейшего пути. И прибыл ответ: семья согласна с нашим планом и сообщает, что известный господин Нейштатл дружелюбно примет нас и снабдит всем необходимым. Я посвятил младшего брата в свои намерения, показал ему письмо и он сразу согласился бежать с нами. Мы договорились о том, как всё будет происходить. Некоторое время тому назад один поляк (польский еврей) был схвачен при попытке бежать и жестоко наказан. Поэтому мы решили свои намерения держать в строжайшей тайне. Бежать решили в четыре часа утра через сад. Так как мы с Хойфзингером часто бывали в одном дозоре, то я так устроил, чтобы мы с ним попали в караул одновременно. Вещей у нас было мало, и все их мы засунули в один мешок. Вечером, накануне побега меня позвали к Гвире. Уже наступили сумерки, когда я зашёл в её кабинет. Её любимый пёс, Виндшпиль, с которым я был хорошо знаком, вдруг стал злобно лаять. Необычный час приглашения и неожиданное нападение собаки напугали меня: я решил, что нас предали и наш план раскрыт. Гвира принялась успокаивать собаку: -Что с тобой сегодня? Разве ты не узнаёшь нашего любимого Карла? Потом она обратилась ко мне по-польски: -Я заметила, что твоя униформа протёрлась. Ты можешь завтра поехать во Франкфурт и заказать новый мундир. Она также спросила, нет ли у меня других просьб. Я был так тронут, что уже чуть было, не сознался из благодарности за симпатию и милость. Но тут она протянула руку для поцелуя и отпустила меня. Я ушёл плача, потому что уважал и любил эту возвышенную женщину. А мне ведь тогда было всего 19 лет. В двенадцать часов ночи я покинул свой пост и немного прилёг. Но в два часа я уже встал, собрал одежду и бельё и связал их в платок. Всё, что я не привёз с собой, я оставил. Хойфзингер и мой брат сделали то же самое. В четыре часа утра я и Хойфзингер снова стояли на посту. Вещи мы уже прихватили с собой. Пост наш находился в нижнем коридоре, у комнат святого Бернарда и святого Йозефа. Когда мой брат спустился со ступенек, мы составили оружие в угол и с бьющимися сердцами вышли во двор. Была опасность, что кучер или конюхи задержат нас. Со двора мы проникли в сад, перепрыгнули через деревянный забор -и стали свободными. Мы добежали до ближайшего леса, оттуда - в Оберрод и в шесть утра были уже во Франкфурте

. (см. 24 ноября, 25 ноября)

Метки:

1781, 19 декабря — (2 Тевета 5542) Император Священной Римской империи Иосиф Второй отменил для евреев подоходный налог, подобный налогу на крупный рогатый скот и обязательное ношение евреями бороды

Метки:

1782, 2 января — (16 тевета 5542) Император Австрии Иосиф Второй издал «Эдикт о терпимости» (Толеранцпатент) для евреев Вены, Богемии, Моравии, Венгрии. Во вступительной части эдикта говорилось, что все подданные без различия религии и происхождения должны пользоваться свободой и плодами благосостояния государства. Иосиф II разрешил евреям, кроме уже упомянутого, заниматься свободными профессиями, владеть мануфактурами и нанимать рабочих — христиан, предоставил евреям свободу передвижения и право жить в имперских городах (кроме горнозаводских), разрешил учебу в высших учебных заведениях. Евреям было предписано создавать начальные школы на немецком языке или посылать детей в общеобразовательные школы. Указ отменял ряд ограничений, сохранившихся с Венского собора 1267 г., например, запрет евреям выходить из своих домов до 12 часов дня в воскресенье и дни католических праздников, посещать увеселительные заведения.

Метки:

1782, 4 февраля — (20 Швата 5542) Еврейским врачам Галиции разрешено лечить христиан.

Метки:

1782, 4 февраля — (20 Швата 5542) Тайный совет запросил от имени маркграфа Бадена, возможно ли применить австрийские постановления (см. 2 января 1782 года) в Бадене и насколько «возможно и полезно научить евреев ремеслам и каким путем возможно улучшить их материальное положение без ущерба для нееврейского населения». Совет затребовал мнения по этому вопросу у местных администраторов. Некоторые из них высказались в духе известного защитника еврейской эмансипации Дома, иные находили, что евреи занимаются охотно только одной торговлей и что всякие попытки приучить их к ремеслам, разрешить им занятие земледелием и открыть доступ к ученой карьере тщетны. Дело заглохло на несколько лет, и лишь к концу века (1798) вопрос был вновь возбужден. Советник Гольцман составил обширную записку из 125 параграфов. Гольцман требовал одинаковых законов для евреев и отмену еврейской автономии. «В гражданском отношении евреи подлежат ведению государства и должны подчиняться исключительно его органам». Автор подробно рассматривает проблему еврейской реформы и те трудности, которые неизбежны при ее проведении. Не следует только пугаться их. Просвещенные монархи других стран уже сделали первые шаги. В таком же духе обратился в 1803 г. к маркграфу Карлу-Фридриху представитель баденского еврейства Зелигман: «Пусть дадут евреям отечество. Тогда они наравне с прочими сумеют быть верными государству, бороться и умереть за него».

Метки:

1782, 3 июня — (21 Сивана 5542) Умер Ахарон Голдсмид - основатель семьи банкиров и общественных деятелей Великобритании. Переехал в Лондон из Голландии во 2-й четверти 18 века и активно участвовал в деятельности Большой Лондонской синагоги. Двое из четырех его сыновей, Бенджамин (1755– 1808) и Абрахам (1756–1810), выдвинулись в сфере финансов в лондонском Сити в период войн против революционной Франции. Предоставив правительству займы на выгодных условиях, они оттеснили старинные нееврейские банкирские дома. Братья Голдсмид принадлежали к ближайшему окружению сыновей короля Георга III, дружили с лордом Г. Нельсоном и другими представителями британского высшего общества, что способствовало изменению представления о евреях в английском обществе и послужило одной из предпосылок эмансипации. Братья Голдсмид были известны благотворительной деятельностью и принимали участие в жизни еврейской общины Лондона, в которой положили конец гегемонии сефардов. Несмотря на свои успехи, братья Голдсмид не сумели преодолеть сопротивления лондонских банкиров, чьи действия привели к банкротству фирмы и самоубийству Абрахама Голдсмида.

Метки:

1783, 27 января — (24 швата 5543) Указ Екатерины Второй, позволяющий печатать в России книги на иврите. Воспользовавшись им, в этом же году появились первые книги на иврите, опубликованые в г. Шклове и в Полонном.

Метки:

1783, 31 марта — (26 Адар-2 5543) Император Австро-Венгрии Иосиф II предоставил евреям право жительства в городе Пеште, части будущей столицы Венгрии Будапешта.

Метки:

1784, 10 января — (16 тевета 5544) Король Людовик Шестнадцатый отменил налог в Эльзасе, который власти Страсбура взимали с евреев за пребывание в городе в течение нескольких часов — так называемый лейбцол (его также взимали за провоз в город скота).

Метки:

1784, 9 февраля — (17 Швата 5544) Указ императора Австрии Иосифа Второго о том, что все арендаторы-евреи винокурен, пивоварен, питейных заведений должны в 3 года ликвидировать дела и выехать из мест проживания. Направлен указ был к тому, чтобы привлечь евреев к производственному труду и отвлечь от торговли.

Метки:

1784, 20 октябряИмена.

Подробнее о людях октября см. Блог рубрика "Имена".

(5 Хешвана 5545)  Родилась Иегудит Монтифиоре - жена, друг и советчица знаменитого благотворителя. По ее инициативе были осуществлены благотворительные акции, связанные с учреждением общества помощи беднякам, и в том числе неимущим школьникам, организацией в Лондоне еврейской больницы, а также передачей испано-португальской общине столичных евреев, членом комитета которой состоял Монтефиоре, тринадцати домов в подарок еврейским невестам-бесприданницам. Моше Монтефиоре сказал однажды близкому другу: "Я вовсе не великий человек. Если мне что-то и удалось совершить в жизни, то лишь благодаря жене, чей благородный энтузиазм и глубокое религиозное чувство подвигли меня на добрые дела".

Метки:

1784, 24 октября — (9 Хешвана 5545) В Ливорно родился сэр Мозес (Моше) Хаим Монтефиоре

Все, кто живет в Иерусалиме или кто бывал в нем, знают мельницу, которую он выстроил, и рядом выставленную (после восстановления) карету1, в которой он много раз разъезжал по Европе. Моше Монтефиоре был человеком незаурядным, и не только потому, что умер в сто лет. В его честь названы улицы в Тель-Авиве, Беэр-Шеве, Холоне, Петах-Тикве, Рамат-Гане, Рамле, Цфате и в других городах Израиля. В Иерусалиме целые районы носят его имя, но скромно, каким он и сам был, без фамилии, просто Моше: Йемин-Моше, Огель-Моше, Зихрон-Моше, Кирьят-Моше. Они названы в честь него потому, что их строительство началось благодаря его финансовой помощи и моральной поддержке. Кто же этот человек, любивший Иерусалим и щедро жертвовавший за него деньги? Он был самой знаменитой еврейской личностью Х1Хв., пока не появился Герцль. Герцль был подобен метеору, который посвятил девять лет из своей короткой жизни служению своему народу. Моше Монтефиоре светил менее ярким светом, но прослужил своему народу шестьдесят лет из своей долгой жизни. Он родился в 1784г. в Ливорно (северная Италия), но вырос в Лондоне. Энергичный, живой, проявлявший большие способности в области ведения дел, он занимал совсем молодым очень важное место в развитии экономики начала XIХ в. Его идеи (новые в то время) страхования, с одной стороны, и газового освещения - с другой, наконец, его партнерство с миллионером Натаном Ротшильдом, которому он стал шурином, позволили ему достичь полного материального благополучия уже в возрасте сорока лет. Но в отличие от очень многих бизнесменов, которых ослепляет успех и которые всегда мечтают о еще большем богатстве, Моше Монтефиоре довольствовался тем, что у него уже было. Блестящий ум своего времени, он посвящает себя служению иудаизму. Он и его жена Йегудит в полном согласии между собой никогда не оставляли без ответа просьбу еврея прийти на помощь, где бы он ни находился. В 1827г. (Монтефиоре было 43 года) отложив все дела, он отправляется с женой в первое путешествие в Эрец-Исраэль - потому что любовь к Иерусалиму и к Израилю жила в нем с самого детства. Супругов сопровождает их друг, слуга и повар, поскольку они едят только кашерное. В те времена подобные путешествия были долгими и опасными. На Среднем Востоке свирепствовала холера. Монтефиоре и всех, кто был с ним, неоднократно держали в карантине по пути туда и обратно. Наконец, из Яффо до Иерусалима можно было добраться только на лошадях, другого транспорта не было. В Иерусалим нужно было въезжать на муле, рискуя попасть в руки разбойников, прятавшихся за поворотами тропинок. Но уж очень они хотели туда попасть. Любовь к Иерусалиму не покидала Монтефиоре всю его жизнь. Он ездил в Эрец-Исраэль еще шесть раз, последний - когда ему был 91 год (в 1875г.), уже без жены, которая умерла раньше него. Невозможно здесь перечислить все, что Монтефиоре сделал для Эрец-Исраэль, все, что он предпринял. Мы ограничимся лишь несколькими выдающимися делами. Первая перепись еврейского населения в Стране Израиля (не очень точная) была проведена его стараниями. Первая проезжая дорога от побережья до Иерусалима была проложена благодаря нему. Первая оранжерея, возделанная евреями на севере Яффо, где сегодня самый центр Тель-Авива и улица Монтефиоре, - тоже была создана благодаря нему. Он подвиг евреев Иерусалима выйти за его стены, расширить город к востоку, сделать современные сточные трубы в старом городе, привести в порядок могилу Рахели в Бейт-Лехеме, давать образование девочкам...И еще многими-многими областями повседневной жизни в Эрец-Исраэль XIX в. занимался Монтефиоре. Если его старания не всегда имели успех, они, по крайней мере, способствовали первым шагам, следуя которым другие добивались успеха потом. Вот всего один пример. Дома, которые построили благодаря ему вне старых стен Иерусалима, сначала совсем не пользовались успехом. Но спустя двадцать лет, появились уже целые новые кварталы, некоторые были выстроены на деньги Монтефиоре. Район Кирьят-Моше в Иерусалиме, построенный спустя лет сорок после его смерти, еще воспользовался остатками фонда Монтефиоре (отсюда и название района). Не только евреи Эрец-Исраэль пользовались существенной помощью Монтефиоре. В своей карете с женой и сопровождающими он появлялся повсюду, где еврей нуждался в помощи. В 1840г. евреев Дамаска обвинили в убийстве французского священника, труп которого обнаружили, а убийцу найти не удалось. Дело было в феврале. Снова был пущен в ход средневековый миф о том, что евреи совершают ритуальное убийство, чтобы употребить для мацы на Песах христианскую кровь. Уважаемых членов еврейской общины Дамаска арестовали и пытали. Двое под пытками умерли. Опасались массового избиения евреев Дамаска. Семьи обратились за помощью к евреям Западной Европы. При поддержке королевы Виктории Монтефиоре поехал в Египет, под властью которого тогда находился Дамаск. С ним поехал Адольф Кремье из Франции. Они добились освобождения арестованных евреев. Несколько слов о Кремье. Французский адвокат и политический деятель, Кремье (1796-1880) был одним из основателей в Париже Всемирного еврейского союза (на иврите: "Кол Исраэль хаверим"). Улицы в Иерусалиме и Тверии названы в честь этого Союза, а именем самого Кремье названы улицы в Иерусалиме, Хайфе и Тель-Авиве. В 1870 году Союз создал первую сельскохозяйственную школу в турецкой Палестине и назвал школу "Миквэ-Исраэль" (слова из книги пророка Ирмеягу, 14:8 и 17:13). Школа находилась тогда в нескольких километрах от Яффо, а теперь она - между Тель-Авивом и Холоном. Школа продолжает разрастаться и сейчас насчитывает более тысячи учеников. Улицы под названием "Миквэ-Исраэль" есть в Тель-Авиве, Холоне и Иерусалиме. Во главе комитета директоров Союза стоял Шарль Неттер, которому и принадлежала мысль о создании этой школы и который все силы вложил в ее развитие. Около нее он и похоронен. Его именем названы улицы в Иерусалиме, Тель-Авиве, Рамат-Гане. В 1840г. Монтефиоре был в Константинополе. Там он и узнал о декрете султана о том, что заявление о ритуальном убийстве - навет на евреев. Этим декретом освобождались из заключения евреи Дамаска. Известность Монтефиоре после успеха с "Дамасским делом" возросла. К нему обращались евреи многих стран, и он отвечал на все письма, на все просьбы. Он советовал, поддерживал, помогал, посылал деньги. В серьезных случаях прибегал к личному вмешательству. Так, он решил попросить аудиенции у царя Николая I. Тот только что предпринял меры, тяжело ударившие по евреям России: запретил проживать ближе, чем на 50 верст от западной границы. Согнанные с насиженных мест, вынужденные ютиться в черте оседлости и без того переполненной, евреи обратились к Монтефиоре за помощью. Он тут же отправился в путь с женой и свитой. Путешествие длилось месяц, и в Санкт-Петербург они попали в конец холодной зимы. Аудиенция состоялась 9 апреля 1846г. Царь был любезен с этим незаурядным евреем, другом английской королевы, и пообещал ему облегчить судьбу евреев. Царь разрешил Монтефиоре посетить черту оседлости, где его встречали с большим воодушевлением. К сожалению, царские обещания выполнены не были, и все осталось по-прежнему. Через двадцать шесть лет, в июле 1872 году Монтефиоре овдовел и в возрасте 88 лет снова отправился в Санкт-Петербург. Царь Александр II начал вводить реформы в пользу евреев. Монтефиоре хотел выразить ему внимание в дни празднования двухсотлетия со дня рождения Петра Первого. В дневнике, который он вел каждый день, он записал: "Его Императорское Величество покидает место летних учений и приезжает в Зимний дворец специально, чтобы избавить меня от лишнего утомления ввиду моего преклонного возраста... У меня нет слов, чтобы описать, какие теплые чувства выказали мне его Императорское Величество и члены правительства." Но и на этот раз любезные слова царя служили всего лишь ширмой для его истинных намерений. Ибо вслед за коротким периодом относительной либерализации в первые годы царствования Александра II уже наступил период все ужесточающихся мер относительно евреев. Тем не менее, тот факт, что Монтефиоре был дважды принят царями всея Руси, чрезвычайно усилило его популярность. Встреча с султаном Марокко была более эффективной. Она состоялась в феврале 1863 года в Марракеше, который был тогда столицей. В Марокко в те времена евреи составляли около половины миллиона. Султан принял Монтефиоре, как князя, и марокканские евреи ему оказали необычайно горячий прием. Монтефиоре прежде всего попросил освободить несправедливо осужденных девять евреев, и его просьба была удовлетворена. Но он также просил, чтобы положение всех евреев страны было улучшено. Он хотел, чтобы были отменены некоторые знаки дискриминации, например, указ ходить по улицам босиком. Султан внял этим просьбам и издал наказ правителям провинций обходиться с евреями справедливо и наравне с другими подданными султана. Даже если на деле все эти обещания и не были выполнены, заступничество Монтефиоре несомненно сыграло очень положительную роль для евреев Марокко. В 1867 году он поехал выручать евреев Румынии. Проездом во Франции он нанес визит вежливости Наполеону III. Но прибыв в Бухарест, он встретил недружелюбный прием, что осложнило выполнение задачи. Все же отношения, которые он наладил во время поездки, позволили ему позднее повлиять на Берлинский договор 1878 года, который давал гражданские права евреям Румынии. К сожалению, румынский правитель не соблюдал договора. Когда он праздновал у себя в Рэмсгейте на юге от Лондона, 99-й день рождения, это был настоящий праздник для всех друзей. Письма и телеграммы поступали десятками тысяч со всего света. Евреи и неевреи стремились поздравить его. В Рэмегейте пришлось открыть специальное почтовое отделение. В подарок он хотел получать деньги, чтобы увеличить пожертвования на Эрец-Исраэль. Он заказал новый свиток Торы для частной синагоги переписчику, который уже давно жил у него в доме. В прошлые годы он ему уже заказал двадцать четыре экземпляра, большинство из которых было роздано в синагоги бедных районов. В октябре 1884 года ему исполнилось сто лет. В честь такой годовщины мэр Рэмсгейта велел выстроить две триумфальные арки и украсить весь городок цветами и знаменами. Размноженный сотнями тысяч экземпляров портрет Монтефиоре висел во всех еврейских домах от России до Марокко, не говоря уж о Иерусалиме. Он умер в июле 1885 года, оставаясь в ясной памяти до самой последней минуты. Похороны тоже стали многолюдными выражениями уважения и благодарности. Уже при жизни он вошел в историю своего народа, который его не забывает. Улицы и районы, носящие его имя в Израиле, напоминают нам о неслабеющем почтении к нему. Более того, известный израильский певец, родившийся в Иерусалиме, сделал популярной среди молодежи прекрасную песню о выдающихся заслугах перед всем еврейским народом этой незаурядной личности. Рина Неер "Улицы хранят память".

  1-й Баронет — один из известнейших британских евреев XIX века, финансист, общественный деятель и филантроп.

Метки:

1785, 6 января — (24 Тевета 5545) Умер Хаим Саломон

Родился в 1740 году в польском городе Лезно, ныне - Лисса. В юности он изучал в Европе бизнес и банковское дело, побывав в Париже, Лондоне, Риме, России, Германии и других странах. В совершенстве овладев коммерческими науками и выучив восемь иностранных языков, Хаим Саломон возвратился домой, где принял активное участие в борьбе за независимость Польши. Когда страна была разделена между Россией, Австрией и Пруссией, Хаим Саломон уехал в Лондон, а затем в августе 1772 года оказался на отплывавшем в Америку переполненном корабле. Прибыв в Нью-Йорк, Саломон открыл офис маклера на Брод-стрит в районе современного Уолл-стрит. В этой деловой части города жили около трех тысяч евреев, приехавших в Америку в поисках удачи и счастья. Знание европейских языков помогло Хаиму Саломону вести бизнес с эмигрантами, еще не выучившими английский. Он стал известен в Нью-Йорке как удачливый бизнесмен, чья честность и порядочность не подлежали сомнению. Один из современников описывал Хаима Саломона как человека с мягкими, приятными манерами и необыкновенным терпением. Однако его жизнь сводилась не только к деятельности коммерсанта. То была пора активного сопротивления американцев британской короне. Дух борца и желание жить в свободной стране определили его решение стать членом тайной организации”Sons of liberty”-“Сыны Свободы”. 4 июля 1776 года была провозглашена Декларация Независимости и тринадцать колоний стали называться Соединенными Штатами Америки. Британское правительство ответило на этот документ военными действиями. 17 сентября 1776 года войска английского короля оккупировали Нью-Йорк. Пятью днями позже город загорелся. Деревянные дома горели как свечи. Власти обвинили в поджоге Нью-Йорка '’Сынов Свободы’’. Не успели погасить последний пожар, как все члены нью-йоркской организации “Sons of liberty” оказались в тюрьме. Это был старый сахарный склад, который британцы превратили в тюрьму для врагов короны. Крыша протекала, и постоянная сырость содействовала размножению микробов. Еду, состоявшую из хлеба и воды, узники получали раз в день. Люди умирали. Заболел тубeркулезом и Хаим Саломон. Через несколько дней его перевели в военную тюрьму Провост, охранявшуюся немецкими наемниками. Знание языков помогло и здесь. Англичане не понимали немецкий, немцы не говорили по-английски. Хаим Саломон стал переводчиком, найдя возможность даже в тюрьме бороться за дело революции. Он знал, что в Пенсильвании американское правительство дает сто акров земли солдатам, дезертирующим из английской армии. Это было щедрое предложение людям, для которых надежда иметь свою собственную землю в Германии оставалась недостижимой мечтой. Хаим Саломон стал беседовать с немцами, и за несколько месяцев пребывания в заточении склонил к дезертирству более семидесяти человек. Не зная о тайной стороне его деятельности, британцы были довольны своим переводчиком, и Хаим Саломон был отпущен из тюрьмы под честное слово. 2 января 1777 года Хаим Саломон женится на пятнадцатилетней Рэйчел Фрэнкс. Саломону было тогда тридцать шесть лет. Первенца назвали Изекил. Ничто не предвещало беды, когда молодая семья спокойно ужинала, отмечая месяц со дня рождения ребенка. Неожиданно раздался громкий стук в дверь и возглас: «Откройте именем короля!» Хаима Саломона обвинили в измене и опять отвели в Провост, приговорив на этот раз к смертной казни. Разговорившись с немецким охранником, он решил использовать свой единственный шанс, предложив тому кольцо с рубином и швейцарские часы в обмен на свободу. Удача и на этот раз не оставила Хаима. Сделка состоялась. Хаим Саломон бежал в Филадельфию, в то время столицу Соединенных Штатов. В ту пору шла освободительная война, которая требовала денег, денег и денег. Для пополнения казны Второй Континентальный Конгресс в 1775 году издает бумажные деньги, названные континенталями. Вначале это была действенная мера, но затем деньги обесценились, так как выпустили большое количество банкнот, не подкрепленных ни золотом, ни серебром. Кроме того, британцы выпустили множество фальшивых континенталей с целью подорвать финансовое положение страны. Роберт Моррис, суперинтендант министерства финансов США, искал честного брокера, способного менять неустойчивую американскую валюту на твердую валюту европейцев. Выбор пал на Хаима Саломона. В официальных документах Хаим Саломон числился как “брокер министерства финансов”. Он стал финансовым посредником между Америкой и Францией, приобретая для своей страны стабильную французскую валюту. В августе 1781 года генерал Джордж Вашингтон, главнокомандующий американской армии, обратился к Роберту Моррису за помощью: для сражения с британским генералом Чарльзом Корнвалесом нужны были 20 тысяч долларов. Они решили, что единственным человеком, способным в самый короткий срок достать нужную сумму, является Хаим Саломон. Битва при Йоркстауне, важнейшая баталия в истории Соединенных Штатов, была выиграна. Это оказался последний бой в освободительной борьбе. Британия не отважилась давать больше сражений, и два года спустя, 3 сентября 1783 года, был подписан Версальский мирный договор. Америка получила независимость. Сбылась страстная мечта Хаима Саломона. Саломон верил, что Соединенные Штаты Америки станут великой и сильной страной, и положение Конституции“ Одна нация под богом ” - ему было близко и понятно. Он мечтал о том времени, когда будет один народ-американцы, одна нация-американская и для этого нужно работать не покладая рук. Вскоре Хаим Саломон обнаружил, что обеспечить мир дороже и беспокойнее, чем выиграть войну. Нуждались в помощи раненые ветераны, вдовы и дети погибших воинов, пленные британцы и т.д. Дневник Роберта Морриса в этот период пестрел такими типичными записями: Май, 1782 Я послал за Хаимом Саломоном. Июнь 25, 1782 Мистер Хаим Саломон уведомил меня, что он сможет купить векселя. Август, 28 1782 Саломон, брокер, пришел, и я настойчиво просил его найти любую возможность изыскать деньги. Роберт Моррис разыскал его даже в Йом-Кипур. Во время службы в синагоге раздался настойчивый стук в дверь. Спрашивали Хаима Саломона. Посыльный передал ему письмо от Роберта Морриса:”Мой дорогой мистер Саломон! Есть два векселя, которые должны быть учтены немедленно. Сделать это нужно безотлагательно. Я попытался добыть деньги, но обнаружил, что это невозможно. Я обратился к вам только потому, что вы единственный, к кому я мог прибегнуть за помощью. С уважением Роберт Моррис.” В конверте лежали два векселя каждый на десять тысяч долларов. Ребе решил, что Хаим Саломон сошел с ума, попросив разрешения обратиться к народу с просьбой одолжить ему 20 тысяч долларов для Роберта Морриса. Это в Йом-Кипур, когда все денежные операции недопустимы и прикасаться к деньгам - большой грех. За несколько минут деньги были собраны и вручены посланцу. После войны Хаим Саломон cоздал первую американскую организацию ветеранов”Еврейские ветераны войны”, активно работающую и сегодня. Хаим Саломон не единственный еврей, помогавший делу революции, но он был единственным человеком, одолжившим американскому правительству более 700 тысяч долларов - сегодня эта сумма составляет около 70 миллионов, которые никогда ему возвращены не были. В числе его должников остались Джеймс Мэдисон, Бенджамин Франклин и даже Джордж Вашингтон. Следует отметить, что Хаим Саломон ни разу никому не напоминал о долге. Современники рассказывали, что после окончания войны Джордж Вашингтон в благодарность за помощь Хаима Саломона спросил: «Мистер Саломон, вы очень хорошо сотрудничали с нами, ссужая нам деньги для победы. Что я могу сделать для Вас и что может наша новая нация сделать для Вас?” Хаим Саломон ответил: «Я знаю, много еврейских ребят погибло в борьбе за свободу. И я думаю, будет справедливо память о них оставить на флаге новой нации. Люди, которые придут после нас, будут знать, что мой народ участвовал в создании этой великой страны”. Вашингтон пообещал исполнить просьбу Хаима Саломона и тринадцать звезд, символизировавших первые тринадцать штатов, расположил в форме звезды Давида. Но этот проект не прошел. Когда дизайн флага был представлен на рассмотрение комиссии, христиане стали говорить: ”Почему на флаге должна быть звезда Давида в память о погибших евреях? Можно расположить звезды в виде креста в память о не евреях, погибших в борьбе за новую нацию”. Вашингтон понял, что разговор ни к чему не приведет, и предложил расположить звезды в виде круга, который устроит всех. Если у вас есть банкнота достоинством в один доллар, взгляните на ее оборотную сторону. Там помещена лицевая и оборотная сторона Государственной печати Соединенных Штатов Америки “Great Seal”. Посмотрите внимательно на лицевую сторону печати, расположенную справа на банкноте. Звезды над головой орла, символизирующие первые тринадцать штатов, размещены в форме звезды Давида, как и было задумано в первоначальном варианте американского флага. Президент Джордж Вашингтон сдержал слово, данное Хаиму Саломону, поместив звезду Давида, символ еврейского народа, на Государственную печать. Возвращаясь к Хаиму Саломону и его благотворительной деятельности, нужно отметить и пожертвования на сооружение синагоги в Филадельфии. Он оплатил четвертую часть стоимости строительства нового храма, и до сего времени в день его смерти там читают поминальную молитву в память о нем. Хаим Саломон умер в 1785 году от туберкулеза, полученного в Нью-Йоркской тюрьме, не дожив несколько месяцев до своего сорокапятилетия. Его двадцатидвухлетняя беременная вдова и трое маленьких детей неожиданно оказались без всяких средств к существованию. После смерти Хаима Саломона осталось 44 тысячи 132 доллара. После уплаты всех счетов долг составил более тысячи долларов. Помогая другим, он, к сожалению, не успел обеспечить свою семью. Рэйчел подала прошение о возвращении семье правительственного долга. Просьба осталась без ответа. В 1844 году его младший сын, никогда не видевший отца, опять возобновил вопрос о возмещении долга и снова безрезультатно. Документы таинственным образом исчезли из кабинета президента Джона Тайлера. Уже в наше время наследники Cаломона попытались еще раз вернуть долг, но вновь безуспешно. Дань памяти Хаима Саломона, человека, спасшего свою страну, отдали в XX столетии президенты Теодор Рузвельт, Франклин Делано Рузвельт и Джон Кеннеди. В 1941 году в Чикаго в Held Square на Wacker Drive был открыт памятник триумвирату героев - Джорджу Вашингтону, Роберту Моррису и Хаиму Саломону. Говоря о памяти Хаима Саломона, можно назвать памятник, сооруженный в Лос-Анджелесе в Mac Arthur Park. В 1975 году почтовое ведомство США выпустило памятную марку, посвященную Хаиму Саломону. Его потомки не получили ни цента от ее продажи. На лицевой стороне марки была надпись:” Хаим Саломон, финансовый герой”. И только второй раз за всю историю существования почтового сервиса США на оборотной стороне марки под слоем клея помещено послание современникам: “ Бизнесмен и брокер Хаим Саломон был ответствен за финансирование американской революции и позже за спасение нации от крушения”.

 - деятель Американской революцим, её финансовый гений.

Метки:

1785, 17 февраля — (7 Адара 5545) Родился раввин Нахман Krochmal, историк и мыслитель, один из лидеров Просвещения в Галиции. Умер в 1840 году.

Метки:

1785, 10 марта — (28 Адара 5545) Императрица России Екатерина II именным указом высочайше предписала вывести из обращения слово "Жид", употребляя вместо него “еврей”. Источник

Метки:

1785, 3 июля — (Таммуз, 25, 5545) В возрасте 90 лет умер раввин Арье Лейб Gunzberg, известный по названию его книги респонсов Sha'ages. Родился в Минске, служил раввином в городе Воложине, а позже в Меце. Его труды отмечены гениальной прозорливостью и глубиной, широко изучаются и сегодня.

Метки:

1785, 7 августа — (1 Элула 5545) Указ императора Австрии Иосифа Второго о ликвидации автономии еврейских кагалов

Метки:

1786, 21 января — (22 швата 5546) В России издан сенатский указ, разрешающий евреям жить в деревнях и брать на откуп производство и продажу спиртных напитков.

Метки:

1786, 3 февраля — Родился Генрих Фридрих Вильгельм Гезениус - немецкий учёный-лингвист, гебраист и семитолог, основатель современного подхода к исследованию лексикографии и грамматики иврита. Основные труды: «Критический филологический тезаурус еврейского и халдейского языков Ветхого Завета» (1829–58) и «Еврейская грамматика» (1813). Умер в 1842 году

Метки: