Война Судного дня — события (25-43 из 43)

1973, 21 октября — (25 Тишри 5734) Война Судного дня. Египетская военно-морская база вновь атакована штурмовыми группами израильских боевых пловцов (см. 17 октября). На этот раз они использовали противотанковые гранатометы, из которых прямо у причалов были расстреляны вражеские ракетоносцы. Огонь велся по ракетным шахтам, где находились русские ракеты П-15. Итогом боя стало потопление двух ракетоносных кораблей. Это были русские ракетные катера типа “Комар”, потопившие в октябре 1967 года израильский эсминец “Эйлат”.

Метки:

1973, 21 октября — (25 Тишри 5734) Война Судного дня. Силами 31-й воздушно-десантной бригады Израиля на гору Хермон был высажен вертолётный десант. Цель — отвоевать гору у сирийцев. В 14.00 десант пошел в наступление вдоль горной цепи на занятые сирийские позиции. В то же время три батальона бригады Голяни начали взбираться по горе в труднопроходимом районе в направлении вершины Хермон. Сирийцы предпринимали многочисленные контратаки. Израильтяне потеряли немало живой силы и техники. Территория переходила из рук в руки. Для уничтожения десанта сирийцы вызвали свою авиацию. Но тут же появились и израильские самолёты. Завязалось воздушное сражение, в ходе которого было уничтожено девять сирийских самолётов без потерь с нашей стороны. К рассвету, после тяжёлых боев, оборона сирийцев ослабла. Тут же был дан приказ высадить на вершину горы Хермон, вблизи крепости, батальон парашютистов, что окончательно предопределило исход сражения в пользу израильтян. Сирийские силы, окружённые с двух сторон, понесли большие потери и были вынуждены отступить. Ещё несколько часов шла очистка местности от снайперов и минных ловушек. Так был возвращен в руки страны самый важный для Израиля наблюдательный укрепленный пункт — Хермон. Из 55 израильтян, находившихся в первые минуты войны в крепости, двадцать два погибли. Среди них и врач Розенкранц. Остальные попали в плен. Только одиннадцати удалось прорваться и дойти до израильских позиций. источник

Метки:

1973, 5 октября — (9 Тишри 5734) В Лондоне произошла встреча главы Мосада Цви Замира с Ашрафом Маруаном, советником президента Египта Садата и зятем президента Насера, который был тайным агентом Мосада. На этой встрече Маруан передал Замиру тайный код, означавший начало войны (Судного дня). Однако о встрече в Лондоне Голда Меир узнала постфактум, как и о коде, который ей так и не передали.

Метки:

1973, 13 ноября — (18 Хешвана 5734) Кнессет почтил память погибших во время войны Судного дня солдат ЦАХАЛа.

Метки:

1973, 11 ноября — (16 Хешвана 5734) На 101 километре дороги Каир - Суэц был подписан египетско - израильский протокол о прекращение огня в Войне Судного дня.

Метки:

1973, 21 ноября — Израиль. Создана государственная комиссия по расследованию действий государственной власти в войне Судного дня, так называемая Комиссия Аграната. Во главе комиссии стоял Шимон Агранат, председатель Верховного Суда. Комиссия заседала около трёх месяцев, заслушала 90 свидетелей, получила дополнительные письменные свидетельства от 188 офицеров ЦАХАЛа, и опубликовала первый предварительный отчёт 1 апреля 1974 года. Согласно её выводам, причиной неудач была принятая израильским руководством концепция, согласно которой ни Египет, ни Сирия не могут атаковать сейчас Израиль, а если попытаются это сделать, - немедленно получат ответный сокрушительный удар. Вследствие слепой приверженности этой концепции не были приняты во внимание имевшиеся в изобилии данные о передвижениях арабских армий около израильских границ, и не были предприняты необходимые превентивные меры (мобилизация и др.) В результате комиссия возложила всю вину на военное, а не политическое, руководство: начальника Генерального штаба Давида (Дадо) Эльазара (рекомендация уволить с поста), начальника военной разведки Эли Заира (та же рекомендация) и командующего Южного фронта Шмуэля Гонена (Городиша).

Метки:

1974, 18 января — (22 тевета 5734) Подписано соглашение о разведении войск Израиля и Египта после Войны Судного дня. Событие состоялось в простой армейской палатке на 101 километре Каиро-Суэцкого шоссе. В соответствии с договором ЦАХАЛ в течение 40 дней отступает на 20 км. к востоку от канала. Египтянам на восточном берегу осталась полоса в 8-10 км. Войска ООН заняли зону между. Г. Меир и А. Садат подписали документ, не встречаясь.

Метки:

1974, 10 февраля — (18 Швата 5734) Израиль. Капитан Ашкенази - командир опорного пункта "Будапешт" на оборонительной линии Бар-Лева во время Войны Судного дня начал голодовку с требованием к М. Даяну уйти в отставку с поста министра обороны, Ашкенази утверждал, что получил предупреждение о возможном нападении за 20 мин. до его начала.

Метки:

1974, 27 февраля — (5 Адара 5734) Израиль. Увидела свет книга с перечислением фамилий 1912 солдат и 609 офицеров, павших в войне Судного дня. Она была раскуплена в течении нескольких часов.

Метки:

1974, 6 февраля — (14 Швата 5734) Показания премьер-министра Голды Меир перед комиссией судьи Аграната: «Я думаю, что наше поведение накануне войны (Судного дня) можно озаглавить одним словом - ошибки, - заявила Голда Меир. - Нет ни одного человека, будь то политика или военного, который может заявить, что он не ошибся». В своих показаниях, Г. Меир также отметила, что вторая война, развязанная Израилем против арабских стран, была бы негативно воспринята, прежде всего, международным сообществом. «Если бы мы первые начали в 73-м, нам точно никто бы не помог и еще неизвестно, сколько бы наших сыновей погибло от того, что им не хватило бы вооружения для окончательной победы»

Метки:

1974, 1 апреля — (9 Нисана 5734) Израиль. Комиссия Аграната

Комиссия Аграната была создана 21.11.73 для расследования ошибок и просчётов израильского военного и политического руководства, приведших к тяжёлым потерям в ходе Войны Судного Дня. Во главе комиссии стоял Шимон Агранат, председатель Верховного Суда. Комиссия заседала около трёх месяцев, заслушала 90 свидетелей, получила дополнительные письменные свидетельства от 188 офицеров ЦАХАЛа, и опубликовала первый предварительный отчёт 1.4.74. Согласно её выводам, причиной неудач была принятая израильским руководством концепция (на иврите "консепция"), согласно которой ни Египет, ни Сирия не могут атаковать сейчас Израиль, а если попытаются это сделать, - немедленно получат ответный сокрушительный удар. Вследствие слепой приверженности этой концепции не были приняты во внимание имевшиеся в изобилии данные о передвижениях арабских армий около израильских границ, и не были предприняты необходимые превентивные меры (мобилизация и др.) В результате комиссия возложила всю вину на военное, а не политическое, руководство: начальника Генерального штаба Давида (Дадо) Эльазара (рекомендация уволить с поста), начальника военной разведки Эли Заира (та же рекомендация) и командующего Южного фронта Шмуэля Гонена (Городиша). Общественное мнение Израиля отнеслось к работе комиссии скептически и не стало ожидать публикации её выводов. Далёкий от политики человек по имени Моти Ашкенази поставил палатку напротив Министерства Главы правительства и начал голодовку с требованием отставки премьер-министра Г. Меир и министра обороны М. Даяна. Постепенно к нему присоединились многие израильтяне, принадлежащие к разным слоям населения и к разным политическим направлениям, что привело к появлению мощного общественного движения протеста. В результате правительство ушло в отставку (и внутренние выборы в партии "Авода" определили нового премьер-министра, И. Рабина). Комиссия опубликовала второй промежуточный отчёт, содержащий 400 страниц, 10.07.74. Полный отчёт должен был быть опубликован не ранее 2004 г., однако в 1993 г. газета "Маарив" подала апелляцию в Верховный Суд с просьбой открыть для общественности и разрешить публикацию материалов 20-летней давности. В 1995 г. разрешение было получено - за исключением 48 страниц, не опубликованных до сих пор. Выводы комиссии содержали также рекомендацию по повышению эффективности руководства ЦАХАЛем на всех уровнях: политическом, военном и разведывательном. Большая часть этих выводов была реализована.

  представила отчёт о действиях власти, приведших к Войне Судного дня. Основным виновником потерь признан начальник генерального штаба Д. Элазар. Начальник военной разведки Э. Зеира и ряд высокопоставленных офицеров тоже были отставлены. Действия Г. Меир, как премьер-министра и М.Даяна, министра обороны, оправданы.

Метки:

1974, 30 мая — (9 Сивана 5734) Подписано соглашение Израиля с Сирией о разъединении войск после Войны Судного дня. Согласно его была создана буферная зона между государствами и состоялся обмен пленными: 65 наших солдат на 408 сирийских (или подписание состоялось 31 мая)

Метки:

1974, 31 мая — (10 Сивана 5734) В Женеве состоялось подписание соглашения между Израилем и Сирией по разъединению войск на Голанских высотах после войны Судного дня (или 30 мая).

Метки:

1975, 4 сентября — (28 Элула 5735) Соглашение в Зальцбурге о втором разъединении войск Египта и Израиля после войны Судного дня. В нём достигнута договорённость об ограничении численности войск в Синае, проходе через пролив невоенных грузов для Израиля, использование в качестве наблюдателей американцев, о возвращении Египту части оккупированного Синая.

Метки:

1976, 15 апреля — (15 Нисана 5736) От сердечного приступа скончался выдающийся израильский военачальник Давид (Дадо) Элазар

Родился в Сараево в 1925. Уехал в Палестину в 1940. 1946 – ПАЛЬМАХ, Война за Независимость – взводный, ранен в бою за монастырь Сен-Симон, комроты, комбат. Начальник пехотной школы. Синайская кампания – пехотный комбриг. Танковый комбриг, заместитель, с 1961 - командующий танковыми войсками. Шестидневная война – командующий СВО. Начальник штабного отдела (АГАМ) Генштаба. Война Судного Дня – начальник генерального штаба, принимал важнейшие решения, определившие ход и результаты войны. В апреле 1974, после выводов комиссии Аграната, возложившей на него ответственность за неготовность к войне, был вынужден уйти в отставку. Тяжело переживал несправедливость комисии, освободившей от ответственности политическое руководство Израиля, и в апреле 1976 скончался от инфаркта, в возрасте пятидесяти одного года.

 (см. 1 апреля , 14 апреля ).

Метки:

1988, 31 июля — (17 Ава 5748) Бригадный генерал А. Калахани

Генерал-лейтенант бундесвера стоял в окружении сопровождавших его израильских офицеров. Слева - дома друзской деревни на фоне горы Хермон. Справа, на юге, даже без бинокля можно было разглядеть развалины сирийского города Кунейтра. А внизу, в долине... нет, это невероятно! Сотни знакомых ему советских танков "Т-55" и 'Т-62", отличных танков, которыми были вооружены сирийцы. Кладбище танков, сгоревших, подбитых... Генерал-лейтенант нарушил затянувшееся молчание: - Странный вы народ, евреи. И это вы называете поражением? Да если бы мы, немцы, уничтожили столько танков в одном бою, мы бы в течение веков праздновали небывалую победу. Что бы сказал генерал, знай он, как были уничтожены эти танки, какими силами. Какими силами. Поверил бы он, что это работа одного танкового батальона, оставленного без пехоты, без поддержки артиллерии и авиации? Впрочем, и сам командир батальона, 29-летний подполковник Авигдор Кахалани, понимал, что случилось чудо, что трудно, проанализировав все происшедшее, объяснить неслыханную победу батальона только героизмом и умением его танкистов... Авигдор родился в 1944 году, в поселке Нес-Циона, в скромной религиозной семье йеменских евреев. Отца привезли годовалым младенцем из Адена в 1924 году. Мать приехала из Саны в 1932 году. Авигдор рос в традиционной обстановке почтения к родителям и к труду. Закончил ОРТ, получил специальность точного механика. В 14 лет увлекся мотоциклом. В 1962 году был призван в ЦАХАЛ. Мечтал стать летчиком, но попал в танковые войска. Отличного танкиста направили на командирские курсы. И тут - один из самых забавных парадоксов в биографии Кахалани. Авигдор рассказывал о нем с чувством юмора, в котором я расслышал незабытую обиду. Учился он хорошо. Но его отчислили, мотивируя это тем, что у Кахалани нет командирских и лидерских качеств. Попробуй опровергнуть такое утверждение! Командующий танковыми войсками добился разрешения начальника Генерального штаба направить Кахалани в школу офицеров-танкистов, хотя это категорически запрещалось, если не было аттестата об окончании командирских курсов. Авигдор стал командиром танкового взвода без офицерского звания. - Знаешь, я не носил знаков отличия. Стеснялся, - с улыбкой сказал мне как-то Авигдор. Не раз я задумывался над формулировкой: "нет командирских и лидерских качеств". Что было причиной такой формулировки? Добрые глаза красивого йеменского еврея? Врожденная деликатность? Глупость командира роты, выходца из Болгарии, отнесшегося к йеменскому еврею как к представителю "низшей расы"? Но именно командирские качества - умение быстро оценить обстановку, принять оптимальное решение и потребовать от подчиненных сделать все для выполнения этого решения, умение увлечь подчиненных за собой, за лидером, - в первую очередь поражают в Кахалани, а не его беспримерный личный героизм. К началу Шестидневной войны Кахалани уже командовал танковой ротой - 14 танков "Патон". Жена Далия была на восьмом месяце беременности. В бой Кахалани повел еще одну роту. Вторая часть батальона пошла южнее. Уже с первой минуты боя у Кахалани не было связи с командиром батальона. Потом выяснилось, что на танке комбата сбили антенну. Авигдору пришлось самостоятельно принимать решения и руководить боем половины батальона. Мужество, героизм, блестящие командирские качества - все это было. Но мне хочется обратить внимание на, казалось бы, незначительное событие, которое характеризует не просто командира Кахалани. Оно типично для представителя еврейского народа. Во время атаки Авигдор увидел египетского солдата, зарывшегося в песок и с ужасом смотревшего на стальное чудовище, несущееся на него. Еще несколько секунд, и египтянина раздавят танковые траки. Кахалани скомандовал водителю свернуть влево. Он не мог убить беспомощного человека. Танк пронесся мимо. Сзади раздалась автоматная очередь. Крышка командирского люка спасла жизнь Авигдору. Он оглянулся. Египтянин, которого он пощадил, целился в него из автомата. Все правильно. Вы думаете, этот случай изменил еврея? Во время боя за Сидон, 9 июня 1982 года, командир дивизии бригадный генерал Кахалани в своем бронетранспортере в 200 метрах за головным атакующим танком увидел, что огонь артиллерии и авиации может поразить мирных жителей. Он приказал орудиям прекратить огонь, а самолетам - вернуться на базу. Авиационный офицер связи напомнил, что самолеты не могут приземлиться с бомбовым грузом. "Пусть сбросят в море", - приказал Кахалани. И еще одно качество, природу которого я очень хорошо понимаю. "В бою, имея возможность скомандовать моим танкам идти впереди меня, я все-таки, преодолевая страх, шел первым. Мне, еврею, было страшнее предстать трусом в глазах подчиненных". Да, командир в израильской армии идет первым. У нас нет команды "Вперед!", есть команда "За мной!". Не случайно так велики потери командного состава в войнах Израиля. Недалеко от Эль-Ариша египтяне подожгли танк Авигдора. Только при третьей отчаянной попытке, когда казалось, что это уже конец, ему удалось выбраться из горящей машины. Врачи определили: обожжено 60% тела, ожоги в основном третьей степени, почти нет надежды выжить. Но он выжил. Когда с Авигдором мы сидим на полке в бане нашего клуба, я незаметно поглядываю на рубцы, уродующие его тело. Профессионалу нетрудно определить: вторая группа инвалидности по бывшим советским критериям. В Израиле нет орденов и медалей. Впрочем, это не совсем точно. Есть три медали на скромных небольших прямоугольных ленточках – жёлтой, медаль, которой награждают Героя, красной – Оз (За отвагу) и голубой – Мофет (Пример). Просто никто из награждённых никогда не носит этих медалей на груди. Медали хранятся вместе с красивым удостоверением о награждении. А за участие в войне ленточки - равные для начальника Генерального штаба и рядового писаря в тылу. И жёлтая, красная и голубая ленточки, соответствующие медалям. За героизм, проявленный в Шестидневной войне, Кахалани получил голубую ленточку - "Мофет" ("Пример"). В той же больнице, где медики боролись за жизнь Авигдора, Далия родила сына. Армия организовала в больнице "брит-милу" Дрора. Этот праздник стал для Авигдора лекарством не менее действенным, чем все усилия медиков. Вместе с сыном Кахалани учился сидеть, стоять, ходить. Его выписали из больницы с профилем 31 % - тяжелый инвалид. О службе в боевой части не могло быть и речи. Кахалани руководил курсом огневой подготовки в танковой школе и упорно думал об осуществлении давней мечты - о прыжках с парашютом. Командир школы считал его сумасшедшим. Командующий танковыми войсками предупредил командира школы: запретить Кахалани делать глупости. Кахалани впервые в жизни пошел на подлог - переделал профиль с 31 % на 97%, то есть абсолютно здоров, может служить в десантных войсках. Два врача комиссовали Кахалани и заключили: о прыжках не может быть и речи. Но доктор Каплан, который двенадцать раз оперировал Авигдора, в свое время сказал ему: 'Ты не относишься к категории людей, которым говорят, что можно, а чего нельзя. Нет для тебя лучшего врача, чем ты сам. Сам и решай". И Кахалани решил. Пять прыжков должен совершить израильский солдат, чтобы получить "крылышки" парашютиста. Кахалани прыгнул одиннадцать раз. Годичные командные и штабные курсы - военная академия. Как обычно, Кахалани использует каждую минуту учения, чем завидно отличается от некоторых других слушателей - от капитана до подполковника. После окончания курсов Кахалани командовал танковым батальоном резервистов, а потом был назначен заместителем командира 77-го танкового батальона 7-го танкового полка. Вскоре он стал командиром этого батальона, дислоцированного в Синае. К 28-летию Авигдора Далия подарила ему дочку Вардит. Празднование Нового года (в это время Авигдор пришел на свадьбу брата Эммануэля) было прервано звонком командира полка, приказавшего немедленно прибыть на Голанские высоты, куда был передислоцирован батальон. Подполковник Кахалани поехал на новое место в новый полк, в который влился батальон. Только через несколько дней, уже за считанные часы до начала Войны Судного дня, 7-й полк прибудет на Голанские высоты. А пока танки на Синае законсервировали, личный состав на самолетах перебросили на север и укомплектовали им временно взятые со склада только 22 танка "Центурион" со 105-миллиметровой израильской пушкой. Кахалани со своими офицерами использовал каждую минуту для рекогносцировки местности и изучения обстановки. А обстановка была малоутешительной. Оборону всей израильско-сирийской границы обеспечивали 12 бункеров. В каждом бункере гарнизон из 12-16 бойцов. Примерно 165 пехотинцев, поддержанных двумя неполными танковыми полками, должны были сдержать возможное наступление сирийцев! Немыслимо! Это очерк о Герое, а не о преступном поведении правительства Меир-Даяна, стоившем народу Израиля стольких жертв. Но и сейчас Кахалани рассказывает о первых днях Войны Судного дня с чувством неутихшей боли. Граница между Израилем и Сирией - обычный сетчатый забор. На некоторых участках - противотанковые рвы и минные поля. А чего стоят противотанковые препятствия, не охраняемые огнем пехоты и артиллерии? Сетчатый забор... Я не хочу отвлекаться от рассказа о Герое. Но слово "забор" вызывает навязчивые ассоциации. Снова забор. Господи! неужели евреи так глупы, что ничему не научились? Линия Бар-Лева на Синае. Забор на сирийской границе. Сколько на этом заработали подрядчики? Сколько денег это стоило налогоплательщикам? И сколько крови - народу Израиля?! Неужели снова надо совершить те же ошибки? Невольно задумываешься над тем, что или Кто спасает нашу страну в роковые минуты. Нет сомнения, что и на Синае, как и прежде, Кахалани проявил бы героизм и выдающиеся командирские качества. Но на Синае была стратегическая глубина, на Синае можно было позволить себе отступить при необходимости. На Голанских высотах такой возможности не было. (Сегодня следует напомнить, что и в будущем не будет.) Счастье для нашей страны, что батальон Кахалани оказался на Голанских высотах в нужное время. Утро 6 октября 1973 года. Судный день. На инструктаже у командира полка стало очевидно, что война неизбежна и начнется она сегодня. Кахалани вернулся в батальон, закрыл синагогу, приказал молящимся занять места в танках и прекратить пост. Сам он тоже перекусил. Наша религия предусматривает такие ситуации: "пикуах нефеш" - спасение жизни. Во имя жизни можно нарушить все запреты Торы. Без пяти два, когда Кахалани снова поехал в штаб полка, на лагерь налетели сирийские "МИГи". Началась война. Командир батальона вывел танки на огневые позиции. Меня не переставало удивлять, как спокойно Кахалани рассказывал о первых днях войны. Может быть, он не умеет ругаться? Утром 6 октября командир полка забрал у него танковую роту и передал ее мотострелковому батальону. Своего заместителя с еще одной ротой Кахалани был вынужден послать в Кунейтру, чтобы отразить наступление сирийцев на город. В распоряжении комбата остались две неполные танковые роты и еще один взвод. У него не было ни малейшего представления о том, кто его соседи. Он не знал, сколько солдат в бункерах. Батальону не придали ни одного пехотинца. Танки растянулись, обороняя немыслимо широкую полосу. Сирийская артиллерия точно била по позиции наших танков. Сирийские "МИГи" безнаказанно праздновали в небе. Нашей авиации не было и в помине. С наступлением темноты в атаку пошли сирийские танки. У них было явное преимущество перед "Центурионами".Советские танки Т-55 и Т-62 были оснащены инфракрасными прожекторами, что позволяло сирийским танкистам видеть в темноте, оставаясь невидимыми. У израильских танкистов не было даже биноклей ночного видения. Только благодаря осветительным ракетам удалось обнаружить и поджечь десяток сирийских танков. А уже их пламя осветило цели для израильских танкистов. Несколько сирийских танков было уничтожено буквально рядом с нашими, между огневыми позициями "Центурионов". На рассвете следующего дня 90 танков Т-55 и Т-62 пошли в атаку на позицию батальона Кахалани. На один израильский танк больше восьми сирийских. "Мы стреляли, как сумасшедшие", - вспоминает Авигдор. Погиб командир роты и еще шесть командиров танков. Погиб один танкист в экипаже. Ремонтники под огнем ремонтировали подбитые танки. Врач батальона и его помощники эвакуировали убитых и оказывали помощь раненым в непосредственной близости от позиций. Все сирийские танки были уничтожены или брошены сбежавшими экипажами. Уже в первые часы после начала войны сирийские командос захватили гору Хермон. Вот откуда их наблюдатели так точно корректировали огонь артиллерии. Это было несчастьем для батальона Кахалани. Но для всего Израиля несчастьем было то, что противник захватил дорогое уникальное оборудование, позволявшее вести разведку значительной части сирийской территории. Третий день войны. Сирийцы не пошли на участок обороны батальона Кахалани. Они изменили направление наступления. Батальон пополнили вернувшимися ротами, еще несколькими танками из другого батальона и переместили на направление сирийской атаки. Как и обычно, танк командира батальона впереди. Авигдор выехал из-за скалы, и душа у него, как он выразился, ушла в пятки. Прямо перед ним стояли два танка Т-55", третий, Т-62", медленно проближался к ним. Из командирской башенки Кахалани направил пушку на ближайший танк. "Стреляй!" - крикнул он. "Какое расстояние?" - спросил ничего не понимающий стреляющий. Что-то зеленое закрыло все поле зрения прицела; так как пушка чуть ли не уперлась в сирийский танк. "Стреляй!" - крикнул Кахалани. Выстрел. Танк подбит. Кахалани перевел пушку правее на второй танк. "Стреляй!" Подбит и этот танк. "И тут я увидел, как смерть хватает меня в свои объятия, - рассказывает Авигдор. - Огромное орудие "Т-62" смотрело прямо мне в глаза. Я юркнул в башню, распрощавшись с жизнью. Но стреляющий поджег и этот танк. За ним мы увидели четвертый и тоже подожгли его". - Авигдор, - сказал я, - но ведь это невозможно. Представь себе, что я бы командовал одним из сирийских танков. Ты бы и вздохнуть не успел". - Я знаю, что это невозможно, - он ткнул указательным пальцем вверх и снова, в который уже раз, произнес: - Чудо. По пути в долину они подбили еще шесть танков, что было пустяком в сравнении с только что происшедшим. Несколько десятков сирийских танков поднимались на гряду. Танк Кахалани одиноко стоял на перевале. Если сирийцы поднимутся сюда - это конец. Придется отступить под огнем противника. Кахалани приказал батальону подняться к нему. Но только один танк командира роты стал рядом с ним. Остальные словно приросли к земле. Даже израильские танкисты всего-навсего люди. Ох, как нелегко преодолеть страх! Кахалани приказывал, увещевал, упрашивал. Ни с места. (Мне очень трудно быть беспристрастным летописцем. Ровно 63 года назад у меня возникла точно такая ситуация. Девятые сутки наступления. Мне 19 лет. Я командир сборной роты. 12 машин - все, что осталось от нашей танковой бригады, тяжелотанкового полка и полка 152-миллиметровых самоходных орудий. Я приказал в атаку. Машины стоят. На шум работающих дизелей немцы открыли бешеный огонь из орудий и минометов. Машины задраены наглухо. Командирам наплевать на мой изысканный мат - единственное средство убеждения, которым я владел в совершенстве. А от ударов ломиком по броне танков только рука заболела. Я забрался в свой танк и скомандовал "За мной!", надеясь на то, что эти сукины сыны сдвинутся с места. Не сдвинулись. Я вступил в бой. Мой танк подбили. Три человека в экипаже и шесть десантников погибли. Механик-водитель и я тяжело ранены.) Кахалани нашел нужные слова. Главное - надо было собрать все силы, чтобы фраза прозвучала спокойно, в повествовательной манере. "Говорит комбат. Посмотрите, с каким мужеством противник поднимается на позиции против нас. Я не понимаю, что с нами произошло. Ведь они всего-навсего арабы, и мы сильнее их! Начните двигаться и станьте в одну линию со мной. Я обозначу себя флажком". И танки пошли! И снова знакомая фраза: "Мы стреляли, как сумасшедшие". Кахалани был вынужден приказать стрелять ТОЛЬКО ПО ДВИЖУЩИМСЯ танкам, чтобы впустую не расходовать снаряды. Все сирийские танки были уничтожены. Это была победа! По радио прозвучал голос командира полка: "Кахалани, ты остановил сирийцев. Ты - Герой Израиля!" Это был единственный участок фронта, где противнику не удалось прорваться. Южнее танковый полк отступил до центра Голанских высот, понеся страшные потери. Были убиты командир полка и его заместитель. Только через четыре дня двум дивизиям резервистов в тяжелых боях удалось вернуть утерянные позиции. Полтора дня формирования. Кахалани во главе своего батальона, а за ним еще один батальон (командир полка - с двумя батальонами южнее) пошли в наступление. На второй день была занята большая сирийская деревня в 35 километрах от Дамаска. Дальше нашим танкам не приказали идти. Вероятно, у правительства были свои соображения. Прекратились бои. Но все в этот последний день войны шло не как надо. Сменивший их батальон пришел с большим опозданием, поздно вечером, и танки батальона Кахалани вытягивались в колонну в абсолютной темноте, естественно, не включая фар. Командир полка срочно вызвал Кахалани к себе. Но одна из рот, находившаяся на соседней высоте, все еще не присоединилась к батальону. Командир роты по радио пообещал прибыть через несколько минут, так как он уже в пути. Прошло более получаса, и Кахалани понял, что рота заблудилась и поперла к сирийцам. По радио он сообщил командиру полка, что вынужден задержаться, и на своем танке по скалам в кромешной тьме поехал разыскивать заблудившуюся роту. На обратном пути у двух танков соскочили гусеницы. К командиру полка он прибыл поздно ночью. Странным было поведение командира полка. Кахалани понимал, что предстоит разговор необычный. Он дисциплинированно ждал, когда командир сообщит ему причину вызова. "Кахалани, срочно поезжай домой. Батальон на формировании обойдется без тебя. Погиб твой брат Эммануил. И брат Далии". Авигдор расстался со своим любимым братом в утро после свадьбы... Вот когда до предела пришлось мобилизовать свою волю. Авигдор рассказывал мне, чего стоило ему подавить рвущиеся из груди рыдания. Далии с детьми не было дома. Она уехала к родителям, оплакивавшим смерть сына. Их старший сын погиб в Шестидневную войну. А потом "шлошим" (тридцать дней после смерти) Эммануила. Посмертно танкист Эммануил Кахалани был награжден той же наградой, которую получил Авигдор за Шестидневную войну, - "Мофет". Продолжалась армейская служба Героя Израиля Кахалани - командир базы маневров, командир танкового полка. Далия родила сына Дотана. Год занятий в военной академии в США. В июне 1982 года бригадный генерал Кахалани повел в бой свою дивизию. В этой войне он снова проявил командирский талант. Военную службу он завершил в 1988 году в должности заместителя командующего сухопутными войсками. В Тель-авивском университете он получил степень бакалавра, в Хайфском - магистра. Он автор двух книг, ставших бестселлерами. В гражданской жизни он стал заместителем мэра Тель-Авива. Был избран в Кнессет во главе партии, целью которой было снова защитить Голанские высоты. На сей раз не от сирийцев, а от недальновидных евреев. В ту пору он признался мне, что задача эта более трудная, чем в бою командовать батальоном. "Понимаешь, я не политик" Это правда. Он не политик. А затем ему пришлось пережить несколько мучительных лет, когда на него, Героя, министра внутренней безопасности, честнейшего человека определенными лицами, был возведен поклеп. Суд полностью обелил его. Но чего стоили ему эти годы? Он не политик. Он воин, в котором еще так нуждается наше государство.

  подал рапорт об отставке. Авидор Кахалани был одним из 7 военослужащих ЦАХАЛа, награждённых по итогам войны Судного дня званием "Герой Израиля". 6 октября 1973 подполковник Кахалани командовал батальоном танковой бригады Я. Бен-Галя на Голонских высотах. Он и его танкисты выдержали страшный сирийский танковый удар, не дали сирийцам прорваться к долине Хула.

Метки:

1991, 3 сентября — (24 Элула 5751) Похороны генерала-майора в отставке Ш. Гонена (Городиша), командира 7 бронетанковой бригады в Шестидневной войне, первой достигшей тогда Суэцкого канала, командующего Южным фронтом в войне Судного дня. Комиссия Аграната, расследовавшая причины неудач первых дней войны, назвала его одним из главных виновников.

Метки:

2000, 9 июля — (6 Таммуза 5760) Израиль. На родину возвращён свиток Торы форта Мезах. 8 дней защитники форта отражали египетские атаки во время войны Судного дня и лишь по приказу вынуждены были сдаться. Свиток они взяли с собой. Но затем египтяне его отобрали. Через 35 дней в рамках обмена пленными защитники Мезаха вернулись домой, судьба же свитка осталась неизвестна. Оказалось, он был передан в музей египетской армии, и вот спустя 27 лет египтяне его возвратили. 9 июля в резиденции президента Израиля в присутствии защитников форта Мезах свиток был отдан начальнику генерального штаба Израиля Ш. Мофазу.

Метки:

Страницы: 12